Главная » Книги

Тихомиров Павел Васильевич - Библиография. Новые книги по истории философии

Тихомиров Павел Васильевич - Библиография. Новые книги по истории философии


  
   Тихомиров П. В. Библиография. Новые книги по истории философии // Богословский вестник 1899. Т. 2. No 5. С. 127-141 (2-я пагин.).
  

БИБЛ²ОГРАФ²Я.

Новыя книги по Истор³и философ³и.

I

Артуръ Шопенгауэръ. М³ръ, какъ воля и представлен³е Переводъ A Фета. Съ портретомъ Шопенгауэра. Издан³е 4-ое. A. Ф. Маркса. С.-Петербургъ. 1898. Стр. ХХV²II Цѣна 2 руб.

   Чрезвычайно усиливш³йся во вторую половину истекающаго столѣт³я интересъ къ философ³и Шопенгауэра, выражающ³йся въ появлен³и множества изслѣдован³й и статей объ этой философ³и,- какъ въ иностранной, такъ и въ русской литературѣ,- объясняетъ и появлен³е уже четвертымъ издан³емъ русскаго перевода главнаго сочинен³я Шопенгауэра "М³ръ, какъ воля и представлен³е". Переводъ этотъ принадлежитъ извѣстному Фету, считавшемуся знатокомъ и поклонникомъ Шопенгауэровой философ³и. Переводу предпослано краткое предислов³е H H. Страхова, указывающее значен³е Шопенгауэра. Въ этомъ-же предислов³и относительно самаго перевода говорится, что "можно вообще ручаться. что смыслъ подлинника переданъ точно, и течен³е и сила мыслей его вполнѣ сохранены; но другое дѣло - та удивительная ясность, живость и блескъ рѣчи, которыми отличается Шопенгауэръ и которыя часто неотдѣлимы отъ его оруд³я,- нѣмецкаго языка" (стр. VI). Съ этой оцѣнкой можно вполнѣ согласиться: дѣйствительно, переводъ Фета отличается вѣрностью, хотя и не безусловною; но о блестящихъ литературныхъ достоинствахъ подлинника онъ не даетъ понят³я.
   Впрочемъ, стремлен³е разрѣшить эту послѣднюю задачу едва-ли можетъ быть осуществлено безъ ущерба для первой. Поэтому, мы полагаемъ, можно легко примириться съ нѣкоторой тяжеловѣсностью русской рѣчи въ переводѣ Фета. Менѣе извинительны архаизмы - почти церковнославянск³е обороты рѣчи. Но всѣ эти, въ сущности, мелк³е недостатки нисколько не заслоняютъ крупныхъ достоинствъ работы Фета. Всякому русскому читателю, не имѣющему возможности читать Шопенгауэра въ подлинникѣ, смѣло можно рекомендовать этотъ переводъ. Знакомство-же съ философ³ей Шопенгауэра въ настоящее время, надо сказать, прямо обязательно не только для спец³алистовъ-философовъ, но и для всякаго образованнаго человѣка. Шопенгауэръ, подобно Платону, Аристотелю, Декарту, Локку, Юму и Канту, принадлежитъ къ классикамъ философской мысли и долженъ быть изучаемъ и въ цѣляхъ общаго образован³я: современное м³ровоззрѣн³е образованнаго европейскаго общества весьма многими своими элементами обязано этимъ мыслителямъ, слѣдовательно, безъ знакомства съ ними нельзя считать себя серьезно образованнымъ человѣкомъ.
   Что касается издан³я, то,- надо отдать честь г. Марксу,- оно выполнено отлично: прекрасная бумага и хорош³й шрифтъ производятъ весьма пр³ятное впечатлѣн³е. Пр³ятно также отличаетъ это издан³е отъ предъидующихъ присоединен³е къ нему превосходнаго портрета Шопенгауэра. Не смотря на эту заботу о внѣшности книги, издатель однако нашелъ возможнымъ, въ интересахъ ея большей доступности, понизить ея цѣну сравнительно съ прежнимъ: 2 руб. вмѣсто 3 руб.
  

II.

  

Т. Рибо Философ³я Шопенгауэра. Переводъ съ пятаго французскаго издан³я М. Суперанскаго. С.-Петербургъ. 1898 г. Стр. 138. Цѣна 80 коп.

  
   Книга Рибо въ переводѣ г. Суперанскаго состоитъ изъ семи главъ. Въ ²-ой главѣ разсматривается Шопенгауэръ, какъ человѣкъ и писатель (стр. 1-16), во II-ой общ³е принципы его философ³и (стр. 17-35), въ III-ей его учен³е объ интеллектѣ (стр. 36-49), въ ²Ѵ-ой - о волѣ (стр. 50-72), въ Ѵ-ой - объ искусствѣ (стр. 73-92), въ V²-ой - о морали (стр. 98-116) и въ VII-oй, наконецъ, даются заключительныя критическ³я замѣчан³я о системѣ Шопенгауэра и указывается его значен³е (стр. 117-138). Написана разсматриваемая книга весьма живо и читается легко. Переводъ сдѣланъ хорошо. Что касается содержан³я, то своей цѣли - представитъ въ небольшомъ очеркѣ полное изложен³е и характеристику Шопенгауэровой философ³и - авторъ вполнѣ достигаетъ. Изъ б³ограф³и взято только то, что представляется цѣннымъ для пониман³я философа; подробности-же, имѣющ³я цѣну вообще въ б³ограф³и, но для указанной цѣли безразличныя, опущены. Изложен³е системы ведется въ порядкѣ книгъ главнаго сочинен³я Шопенгауэра "М³ръ, какъ воля и представлен³е". Четыре книги этого сочинен³я представляютъ, по мнѣн³ю Рибо, четыре части философской системы Шопенгауэра: 1) теор³ю познан³я, 2) метафизику природы, 3) метафизику красоты и 4) метафизику нравовъ. Обозрѣн³ю ихъ и посвящены главы III-VI. Намъ нѣтъ надобности входить въ подробности содержан³я этихъ главъ. Замѣтимъ только, что авторъ не ограничивается тѣми данными, как³я находятся въ сочинен³и "М³ръ, какъ воля и представлен³е", a привлекаетъ для полнаго и точнаго выяснен³я мыслей философа и друг³я его сочинен³я,- напр. "Parerga und Paralipomena", "Die beiden Grimdprobleme der Ethik" и др.,- a равно и внѣшн³я литературныя и историческ³я данныя. Достигаемое такимъ путемъ истолкован³е Шопенгауэровой системы можетъ быть признано въ общемъ совершенно правильнымъ. Но чтобы не вводить читателя сразу in medias res изучаемой системы, предоставляя ему самому судить о ея исходныхъ точкахъ и историко-философскихъ отношен³яхъ, авторъ предпосылаетъ ея обзору разсмотрѣн³е общихъ принциповъ философ³и Шопенгауэра - въ гл. II. Указать нѣкоторыя подробности изъ этой главы будетъ не излишне. Здѣсь авторъ собираетъ и группируетъ потребный себѣ матер³алъ изъ различныхъ мѣстъ сочинен³й Шопенгауэра.
   Задачей II главы своей книги Рибо ставитъ "изложить воззрѣн³я Шопенгауэра на цѣль, природу и границы философ³и, на критер³й и его отношен³е къ опыту" (стр. 17). Историческое положен³е Шопенгауэра, по словамъ автора, опредѣляется его отношен³емъ къ Канту. "Шопенгауэръ, говоритъ онъ,- ученикъ Канта, что онъ всегда открыто признавалъ; но тогда какъ Фихте, Шеллингъ и Гегель, въ его глазахъ, являются побочными потомками этого философа, онъ происходитъ отъ него по прямой лин³и; и эта претенз³я, намъ кажется, не лишена основан³я" (стр. 18). Основан³е это Рибо видитъ въ томъ, что Шопенгауэръ "принимаетъ всѣ конечные выводы ,,Критики"" Канта: необходимость анализа человѣческаго разума для опредѣлен³я его предѣловъ, невозможность переступить за границы опыта, необходимость апр³орныхъ формъ для урегулирован³я послѣдняго" (стр. 21). Отрицательный пунктъ въ отношен³и Шопенгауэра къ Канту,- именно, мнѣн³е перваго, что Критика 1787 года сдѣлала шагъ назадъ, сравнительно съ Критикой 1781 г., въ сторону проблематическаго реализма,- Рибо не изслѣдуетъ, a ограничивается только констатирован³емъ того, что Шопенгауэръ отдавалъ безусловное предпочтен³е издан³ю 1781 года (стр. 18-20). Но, принимая результаты Критики, Шопенгауэръ всетаки не желалъ отказываться отъ метафизики и въ своей системѣ далъ попытку построить метафизику, не выходящую,- по крайней мѣрѣ, по его собственному убѣжден³ю,- изъ указываемыхъ Кантомъ границъ (стр. 21). Къ этому привело Шопенгауэра, по словамъ автора,- убѣжден³е, что ,,метафизика не простая забава нѣсколькихъ праздныхъ людей, какъ это часто утверждаютъ, a дѣйствительная потребность человѣка", такъ что "можно сожалѣть объ этомъ фактѣ, но его обязательно признавать" (стр. 21) Источникомъ этой потребности является удивлен³е предъ фактомъ смерти. "Благодаря ему, говоритъ Шопенгауэръ, человѣкъ - животное метафизическое. Если-бы наша жизнь была безконечна и протекала безъ страдан³й, то, быть можетъ, никто не задавался-бы вопросомъ: затѣмъ существуетъ м³ръ, и какова его природа? Все это казалось-бы само собою понятнымъ. Но мы видимъ, что всѣ религ³озныя и философск³я системы имѣютъ цѣлью отвѣтить на вопросъ: что будетъ послѣ смерти"? (стр. 22). Какимъ-же образоиъ удовлетворяется эта метафизическая потребность? - ,,Подъ метафизикой, говоритъ Шопенгауэръ, я разумѣю такой видъ знан³я, который идетъ дальше возможнаго опыта, природы, данныхъ явлен³й,- чтобы объяснить то, чѣмъ все, въ томъ или другомъ смыслѣ, обусловлено, или,- въ болѣе ясныхъ словахъ, - чтобы объяснить то, что существуетъ позади природы и дѣлаетъ ее возможною" (стр. 23). Метафизика "у цивилизованныхъ народовъ является въ двухъ видахъ, въ зависимости отъ того, гдѣ она ищетъ своихъ доказательствъ,- въ себѣ самой или внѣ себя. Философск³я системы принадлежатъ къ первой категор³и: ихъ доказательства имѣютъ своимъ источникомъ размышлен³е, изощренное на досугѣ сужден³е; поэтому онѣ доступны весьма незначительному числу людей и при томъ лишь на высокой ступени цивилизац³и. Системы второго рода называются религ³ями; ихъ доказательство - внѣшняго характера; это - откровен³е, подтверждаемое знамен³ями и чудесами. Онѣ удовлетворяютъ безчисленное множество людей, болѣе расположенныхъ склоняться предъ авторитетомъ и вѣрить, чѣмъ размышлять" (ibid). Метафизическая потребность человѣка, въ ея высшей формѣ, удовлетворяется философ³ей. Что-же понимаетъ Шопенгауэръ подъ философ³ей и какъ опредѣляетъ онъ ея предметъ и границы? - "Истинная философ³я, говоритъ онъ,- та, которая научаетъ насъ понимать сущность м³ра и такимъ образомъ возвышаетъ насъ надъ явлен³ями, не задаваясь вопросами о томъ, откуда произошелъ м³ръ, или куда онъ идетъ, или зачѣмъ онъ существуетъ; она спрашиваетъ только: что онъ такое"?. "Заслуга и честь философ³и не въ томъ, чтобы, подобно мистикамъ, постигать data въ исключительныхъ обстоятельствахъ, a въ томъ, напротивъ, чтобы понимать все, что дается воспр³ят³емъ внѣшняго м³ра. Поэтому она должна оставаться космолог³ей, никогда не дѣлаясь теолог³ей. Она должна ограничиваться этимъ м³ромъ: выразить вполнѣ, что онъ такое въ его сокровеннѣйшей сущности,- вотъ все, что она въ правѣ сказать" (стр. 25). Такимъ образомъ, философ³я Шопенгауэра, въ сущности, остается въ границахъ опыта и только координируетъ его элементы,- слѣдовательно, не имѣетъ претенз³и отступать отъ началъ Кантовой Критики. Поэтому Рибо справедливо называетъ ее "имманентнымъ догматизмомъ", потому что "она остается въ области опыта, который предполагается объяснить, свести къ его послѣднимъ элементамъ,- въ противоположности трансцендентному догматизму. который, игнорируя опытъ, поднимается надъ м³ромъ и надѣется все объяснить посредствомъ произвольныхъ гипотезъ или теологическихъ рѣшен³й" (стр. 27). Онъ соглашается съ отзывомъ одного изъ учениковъ нашего мыслителя, что "какъ философъ, Шопенгауэръ занимаетъ среднее мѣсто между своимъ учителемъ Кантомъ и своими врагами - Шеллингомъ и Гегелемъ: Кантъ говоритъ - ничего не знать, Шеллингъ и Гегель -знать все, Шопенгауэръ - знать кое-что. Что-же именно?- То, что дается всею совокупностью опыта (стр. 27). При такомъ взглядѣ на сущность и задачи философ³и, критер³емъ знан³я Шопенгауэръ естественно долженъ былъ признать опытъ, но не одинъ внѣшн³й, a и внутренн³й (ibid). Внѣшн³й опытъ даетъ ему то, что подлежитъ объяснен³ю, и анализъ внѣшняго опыта уполномочиваетъ на утвержден³е - совершенно въ духѣ Кантовой критики, - что "м³ръ есть мое представлен³е"; внутренн³й опытъ даетъ объясняющее начало и основан³е для утвержден³я, что м³ръ есть обнаружен³е воли, что воля есть истинная сущность м³ра, подлинная вещь въ себѣ.
   Эта предварительная характеристика Шопенгауэровой философ³и весьма умѣстна, потому что прежде чѣмъ погрузить вниман³е читателя въ подробности изучаемой системы, ставитъ его на правильную общую точку зрѣн³я, помогающую пониман³ю и оцѣнкѣ подробностей.
   Въ заключительной VII главѣ, какъ мы упоминали, Рибо даетъ критическую оцѣнку системы Шопенгауэра. Критика эта не обширна и болѣе ограничивается оцѣнкой логической стороны системы; но всѣ замѣчан³я автора весьма дѣльны и почти со всѣми можно вполнѣ согласиться. Приведемъ для примѣра оцѣнку основнаго положен³я Шопенгауэра, что м³ръ есть обнаружен³е воли. "Шопенгауэръ,- говоритъ Рибо, - утверждаетъ, что, по правиламъ метода, должно переходить отъ извѣстнаго къ неизвѣстному, отъ своего собственнаго, непосредственно познаваемаго, дѣйств³я къ другимъ, посредственно выводимымъ, дѣйств³ямъ. Пусть будетъ такъ. Но тотъ фактъ воли, который служитъ ему точкою отправлен³я и ключемъ, посредствомъ котораго онъ дешифрируетъ загадку м³ра, совершенно измѣняется въ его рукахъ. Хотѣн³е, какъ его всѣ знаютъ и какъ о немъ свидѣтельствуютъ, есть фактъ сложный, которому предшествуютъ мотивы, за которымъ слѣдуютъ дѣйств³я и который сопровождается познан³емъ. Таково-ли хотѣн³е всюду предполагаемое Шопенгауэромъ? Совсѣмъ нѣтъ. Онъ прежде всего объявляетъ, что все содержимое интеллекта случайно; поэтому изъ волевого акта нужно удалить сознан³е и мотивы; что-же въ немъ останется, когда оно такъ обобрано и лишено своего вида? Ничего, кромѣ темнаго желан³я, - менѣе того - стремлен³я, т. е. того, въ сущности, что наука называетъ силой. Такимъ образомъ, въ концѣ концовъ оказывается, что это стремлен³е объясняетъ нашу волю, a не наша воля даетъ ему полное объяснен³е, что сохранять это слово - значитъ продолжать иллюз³ю точки отправлен³я; это значитъ - заключаться въ субъективномъ познан³и вмѣсто того, чтобы стремиться къ объективному, свойственному наукѣ, методу. Въ самомъ дѣлѣ, совершенно иное дѣло сказать, что воля есть единственный актъ, въ силу котораго мы понимаемъ всѣ акты природы, познавая ихъ, какъ аналогичные,- положен³е, допускаемое многими философами и учеными,- и утверждать, подобно Шопенгауэру, что всѣ силы природы происходятъ изъ воли или, скорѣе, суть не что иное, какъ одно съ нею. Въ первомъ случаѣ мы говоримъ, что это можетъ быть и, какъ-бы то ни было, это такъ для насъ: мы допускаемъ субъективную аналог³ю. Во второмъ случаѣ мы говоримъ, что это такъ абсолютно: мы утверждаемъ объективное тожество. Мы встрѣчаемся здѣсь съ обычнымъ недостаткомъ всякой метафизики, который состоитъ въ утвержден³и: это можетъ быть, значитъ, есть"....... Произведенный Шопенгауэромъ анализъ дѣйствительности "обнимаетъ полный кругъ естественныхъ фактовъ - историческихъ, физ³ологическихъ, жизненныхъ, физико-химическихъ, и приводитъ къ заключен³ю, что все есть воля и что, не смотря на ежеминутныя превращен³я въ м³рѣ, количество воли неизмѣнно. Но какое доказательство, что изъ всѣхъ возможныхъ рѣшен³й правильно именно это? Шопенгауэръ не даетъ никакого. Его доктрина не имѣетъ другой основы, кромѣ доведеннаго до крайности заключен³я по аналог³и. Его, какъ и всякой другой, метафизикѣ не достаетъ повѣрки. A потому она не имѣетъ научнаго значен³я: опредѣленный признакъ, отличающ³й метафизику отъ науки, состоитъ въ томъ, что тогда какъ наука проходитъ три существенныхъ момента - констатирован³е фактовъ, приведен³е ихъ къ законамъ и провѣрку найденныхъ законовъ,- метафизика проходитъ первые два момента, но никогда не достигаетъ третьяго" (стр. 119-120). Вообще, надо сказать, переводъ книги Рибо о Шопенгауэрѣ на русск³й языкъ есть дѣло весьма полезное. Книжка эта можетъ быть рекомендована всѣмъ любителямъ философ³и, которые прочтутъ ее съ несомнѣннымъ удовольств³емъ. Переводъ этотъ нисколько не излишенъ и при существован³и на русскомъ языкѣ книги Куно Фишера о Шопенгауэрѣ, потому что послѣдняя по цѣнѣ своей (3 р.) далеко не всѣмъ доступна.
  

III.

  

Th. Lorenz. Zur Entwicktungsgeschkhte der Metapliysik Schopenhauers. Mit Benutzung des handschriftlichen Nachlasses Leipzig. 1897. SS. 48.

  
   Шопенгауэръ самъ относился несочувственно ко всякимъ истор³ямъ развит³я. Онъ, напр., порицалъ Ламарка за его эволюц³онистск³я стремлен³я. Это, повидимому, не осталось безъ вл³ян³я на его б³ографа Гвиннера, который утверждалъ, что философ³я Шопенгауэра не пережила никакого процесса развит³я: "Какъ Минерва вышла изъ головы Юпитера, такъ и его система вышла совершенно готовой изъ его головы". Этотъ взглядъ, который склонны раздѣлять и нѣкоторые историки философ³и, впервые былъ поколебленъ Гуго Линманомъ, который, соглашаясь, что хотя вообще система Шопенгауэра отличается большою устойчивостью и вѣрностью самой себѣ, тѣмъ не менѣе за время отъ 1813 по 1818 годы она пережила замѣтный процессъ развит³я. Прослѣдить и раскрыть этотъ процессъ и составляетъ задачу разсматриваемой книжки Лоренца
   Шопенгауэръ былъ крѣпко увѣренъ, что онъ остается самъ себѣ равенъ въ своемъ философствован³и. Въ 1813 году (годъ появлен³я его диссертац³и "Ueber die vierfache Wurzel des Satzes vom zureichenden Grande") онъ писалъ: "случай, владыка этого чувственнаго мира! дай мнѣ прожить спокойно еще нѣсколько лѣтъ! потому что я люблю свое творен³е, какъ мать свое дитя.... Если же желѣзная рука времени сгубитъ меня раньше,- о, тогда эти незрѣлые начатки, эти мои этюды, могутъ быть переданы м³ру въ своемъ настоящемъ видѣ: когда-нибудь, можетъ быть, явится родственный мнѣ духъ, который съумѣотъ соединитъ разрозненные члены и реставрировать памятникъ прошлаго''. Увѣренность, что изъ его отдѣльныхъ набросковъ, афоризмовъ, можетъ образоваться единое цѣлое, Шопенгауэръ черпалъ въ томъ сознан³и, что всѣ эти мысли произошли изъ одной и той-же головы, или, какъ онъ выражался,- "изъ одного основан³я". Но само собою очевидно, какъ неосновательна такая самоувѣренностъ. Самымъ яркимъ показателемъ этой неосновательности являются противорѣч³я между главнымъ сочинен³емъ Шопенгауэра "М³ръ, какъ воля и представлен³е", появившемся въ 1818 году и его раннѣйшими философскими мнѣн³ями. Самъ мыслитель этихъ противорѣч³й не замѣчалъ или, по крайней мѣрѣ, скрывалъ ихъ отъ себя двусмысленностью терминовъ, потому что въ 1817 году, когда писалъ свой главный трудъ, онъ называлъ это "обработкой всего въ одинъ связный очеркъ". Раскрыт³емъ и выяснен³емъ ихъ главнымъ образомъ и занимается Лоренцъ (SS. 1-3).
   Основной пунктъ Шопенгауэровой метафизики образуетъ положен³е: "то, что Кантъ противополагаетъ явлен³ю, какъ вещь въ себѣ, есть воля" или короче - "воля есть вещь въ себѣ". Такъ не разъ заявлялъ самъ Шопенгауэръ. Когда выработалъ и установилъ онъ этотъ свой догматъ? - Въ письмѣ къ Лейпцигскому издателю Брокгаузу отъ 28 марта 1818 г., предлагая ему свой "М³ръ, какъ воля и представл.", онъ говоритъ, что это произведен³е содержитъ рядъ мыслей, "не приходивш³й доселѣ въ голову ни одному человѣку", и вслѣдъ затѣмъ прибавляетъ: "а въ моей головѣ, въ существенныхъ чертахъ, онъ былъ ужъ четыре года тому назадъ". Такимъ образомъ, онъ самъ происхожден³е своего метафизическаго основоположен³я пр³урочиваетъ къ 1814 году. Это подтверждается документально и другими данными (S. 4). Въ диссертац³и "О четверномъ корнѣ закона достаточнаго основан³я", принадлежащей къ 1813 году, главнаго метафизическаго догмата Шопенгауэра не можетъ быть. И дѣйствительно, ближайшее ознакомлен³е съ ея гносеологическими основами показываетъ, что она весьма далека отъ этого догмата.
   Въ предислов³и къ своему главному сочинен³ю Шопенгауэръ заявляетъ, что диссертац³я "О четверномъ корнѣ'' есть необходимая пропедевтика къ нему. При этомъ онъ говоритъ: "Я могъ-бы дать лучшее изложен³е содержан³ю послѣдняго сочинен³я, очистить его отъ нѣкоторыхъ понят³й, проистекавшихъ изъ тогдашней моей слишкомъ большой приверженности къ Кантовской философ³и, каковы, напр., категор³и, внѣшнее и внутреннее чувство и т. и Впрочемъ, и тамъ эти понят³я находятся еще только потому, что я до тѣхъ поръ никогда глубоко не вникалъ въ нихъ, слѣдовательно, только въ видѣ придатковъ и совершенно внѣ отношен³я къ главному предмету", почему и самое исправлен³е такихъ мѣстъ "произойдетъ совершенно само собой въ умѣ читателя чрезъ знакомство съ главнымъ сочинен³емъ". Можно подумать, что для полнаго соотвѣтств³я "М³ру etc" диссертац³я нуждается только въ самыхъ пустяшныхъ и внѣшнихъ поправкахъ. Между тѣмъ стоитъ взять на повѣрку хотя-бы только категор³и! Въ первомъ издан³и диссертац³и Шопепгауэръ усвоялъ значен³е всѣмъ 12 категор³ямъ Канта, позднѣе - только причинности. Разница не малая. Затѣмъ, y Шопенгауэра выходитъ, будто въ диссертац³и онъ только случайно оставилъ (stehen liess), по недосмотру, эти понят³я. На самомъ дѣлѣ, онъ ихъ тамъ весьма рѣшительно защищаетъ: "ничто другое, кромѣ таблицы сужден³й,- говоритъ онъ,- не можетъ дать руководящей нити къ открыт³ю категор³и"; это - рѣшительное оправдан³е 12 категор³й Канта. Насколько вообще онѣ тѣсно связаны были съ тогдашнимъ его мышлен³емъ, видно изъ того, что въ диссертац³и онъ свое доказательство апр³орности законапричннности могъ оградить отъ противорѣч³я,- только пользуясь прочими категор³ями. Ясно, что Шопенгауэръ старался самъ отъ себя и отъ читателей скрыть разницу между своими взглядами 1813 и 1818 годовъ (SS. 6-7).
   Разница между диссертац³ей и главнымъ сочинен³емъ сказывается, и въ отношен³и къ вещи въ себѣ. Въ своихъ воззрѣн³яхъ на Канта Шопенгауэръ стоялъ подъ сильнымъ вл³ян³емъ Шульце, который своимъ "Энезидемомъ" весьма приближается къ Берклеевскому идеализму. Въ этомъ Шопенгауэръ отчасти и самъ сознается. Въ диссертац³и онъ, вслѣдъ за Шульце обнаруживаетъ большое несочувств³е Кантовскому понят³ю вещи въ себѣ. Онъ здѣсь всего разъ употребляетъ и самый терминъ-то, да и то съ ироническимъ эпитетомъ: "пресловутая (berügtigtes) вещь въ себѣ". Въ главномъ сочинен³и онъ уже призналъ волю за вещь въ себѣ и вмѣсто того, чтобы называть послѣднюю "пресловутою", онъ выражается совершенно въ другомъ родѣ: "величайш³я заслуги Канта есть различен³е явлен³я отъ вещи въ себѣ" (SS. 10-15).
   Точно также и взглядъ Шопенгауэра на волю въ диссертац³и не согласенъ съ воззрѣн³ями главнаго сочинен³я. Если при написан³и диссертац³и Шопенгауэръ вещь въ себѣ считалъ еще непознаваемымъ X, то естественно, что онъ не могъ тогда волю считать за вещь въ себѣ, a скорѣе считать ее явлен³емъ. Затѣмъ, сужден³е объ отношен³и воли къ тѣлу совершенно различно въ диссертац³и и въ главномъ сочинен³и. Въ первой онъ считаетъ безспорнымъ фактомъ "причинное дѣйств³е воли на реальные объекты, между которыми непосредственный объектъ познан³я, тѣло, есть и непосредственный объектъ хотѣн³я"; во второмъ онъ отрицаетъ причинность между волей (вещью въ себѣ) и тѣломъ (явлен³емъ), поточу что тѣло есть только "созерцаемая въ познавательной формѣ пространства сама воля"; - "актъ воли и дѣйств³е тѣла - не два объективно познаваемыя различныя состоян³я, соединяемыя причинною связью, a они составляютъ одно и то-же, только данное двумя совершенно различными способами" (SS. 16 -18).
   Таково содержан³е ²-ой главы книги Лоррена, доказывающее фактъ перемѣны воззрѣн³й Шопенгауэра съ 1813 до 1818 г. Подъ какими-же вл³ян³ями произошла эта перемѣна? Какъ выработался y Шопенгауэра догматъ, что "воля есть вещь въ себѣ"? - Отвѣтить на этотъ вопросъ авторъ старается во II-ой главѣ (SS. 18-34).
   Перемѣна воззрѣн³й Шопенгауэра, какъ доказываетъ Лоренцъ, совершилась подъ вл³ян³емъ Платона съ его теор³ей идей. Самъ Шопенгауэръ въ своемъ curriculum vitae, представленномъ въ 1819 г. философскому факультету въ Берлинѣ, говоритъ: "otium praesertim Platoni et Kantio impendebatur". Изъ замѣтокъ его видно, что въ 1814 году онъ сдѣлалъ открыт³е, что Платоновы идеи, какъ вѣчные типы вещей, и Кантовы вещи въ себѣ - одно и то-же ("?!). Это и послужило ему толчкомъ къ преобразован³ю своего учен³я, т. е. сначала къ признан³ю реальности вещи въ себѣ, a потомъ къ отожествлен³ю съ нею воли. "Тожество этихъ двухъ великихъ и темныхъ учен³й, говоритъ онъ, есть безконечно плодотворная мысль, которая должна стать главной опорой моей философ³и". Принявъ въ свою философ³ю вещь въ себѣ, Шопенгауэръ скоро дошелъ и до формулы: "воля есть вещь въ себѣ". Уже въ томъ-же 1814 г. онъ писалъ: "Платоновская идея, вещь въ себѣ и воля - это все одно и то-я;е". Высказанное Виндельбандомъ, Леманомъ и др. мнѣн³е, что за волю Шопенгауэръ взялся подъ вл³ян³емъ Бутервека, что его метафизика есть преобразован³е "абсолютнаго виртуализма" Бутервека, авторъ считаетъ неправильнымъ. Единственными вл³ян³ями на Шопенгауэра остаются вл³ян³я Платона и Канта.
   Этими двумя вл³ян³ями обусловлены въ самой и окончательно сложившейся системѣ Шопенгауэра два порядка мыслей,- метафизическ³й (Платоновское вл³ян³е) и психологическ³й (Кантовское). Изслѣдован³ю этой стороны дѣла посвящена III глава (SS. 34-48).
   Изслѣдован³е Лоренца, составленное весьма старательно и подкрѣпляющее свои выводы точными документальными данными, является весьма цѣннымъ пособ³емъ при изучен³и Шопенгауэровой философ³и.
  

IV.

  

Rich Böttger. Das Grundproblem der Schopenliauersclien Philosophie Greiftswald. 1898. SS. 42.

  
   Авторъ старается доказать не разъ высказывавшееся, но въ дѣйствительности едва-ли справедливое положен³е, что основная проблема Шопенгауэровой философ³и - объяснить "нравственное значен³е" человѣческой дѣятельности, что метафизика y него остъ только "обширная подстройка (Unterbau)" для этики, имѣющая цѣлью всѣми своими подробностями служить къ разрѣшен³ю этой основной задачи. Пользуясь собственнымъ сравнен³емъ Шопенгауэра, называвшаго свою философ³ю "стовратыми Ѳивами", въ которыхъ чрезъ каждыя ворота можно прямымъ путемъ дойти до центра, Беттгеръ старается выяснить, гдѣ-же находится этотъ центральный пунктъ системы,- и оказывается, что въ этикѣ (SS. 1 ff). Что теоретическая философ³я Шопенгауэра тѣсно связана съ его этикой, это безспорно. Что этическ³я его тенденц³и (пессимизмъ) не остались безъ вл³ян³я на рѣшен³я гносеологическихъ и метафизическихъ вопросовъ, это также безспорно; но утверждать, что вся метафизика и гносеолог³я есть только "подстройка" для этики, будетъ слишкомъ много. Впрочемъ, изслѣдован³е Беттгера отъ того не теряетъ своей цѣны, какъ работа выясняющая тѣсную связь Шопенгауэровой этики съ гносеолог³ей и метафизикой; - такъ ее слѣдовало-бы и озаглавить.
   Книга написана по слѣдующему плану. Въ I-oй части (SS. 1-23) раскрывается "проблема Шопенгауэра", во II-ой излагается "рѣшен³е проблемы" (SS. 24-42). Авторъ весьма старательно собираетъ данныя, долженствующ³я, по его мнѣн³ю, показать, какъ этическ³й интересъ обусловливалъ у Шопенгауэра развит³е и постановку теоретическихъ вопросовъ. Здѣсь между прочимъ оказывается, что, напр., въ гносеолог³и феноменализмъ Шопенгауэра былъ обусловленъ этическимъ мотивомъ: разъ м³ръ явлен³й не даетъ основан³я для правильной нравственной оцѣнки, его надо признать призрачнымъ, усумниться въ его реальности - отсюда кант³анство Шопенгауэра, учен³е о томъ что "м³ръ есть мое представлен³е" (S. 4). Развит³е учен³я Шопенгауэра авторъ старается представить, какъ постепенное усовершенствован³е,- путемъ преобразующихъ "дополнен³й (Ergänzungen)",- четырехъ точекъ зрѣн³я на дѣйствительность (эти точки зрѣн³я онъ почему-то называетъ "стад³ями", порождая тѣмъ недоумѣн³е, будто признаетъ въ Шопенгауэрѣ историческую постепенность выработки м³ровоззрѣн³я, чего на самомъ дѣлѣ нѣтъ): 1, естественной (наивно-реалистической) 2, критической, 3, метафизической и 4, религ³озной (?). При этомъ показывается, какъ отражается, по мнѣн³ю Шопенгауэра, каждая точка зрѣн³я на объяснен³и и оцѣнкѣ м³ра (SS. 12-22). Рѣшен³е основной проблемы, по автору, обусловлено взаимодѣйств³емъ только двухъ изъ этихъ точекъ зрѣн³я - метафизической и религ³озной (SS. 31-42).
   Для пониман³я и оцѣнки нравственнаго учен³я Шопенгауэра изслѣдован³е Беттгера имѣетъ несомнѣнную цѣнность. Точно также не лишено оно значен³я и для правильнаго пониман³я теоретической философ³и этого мыслителя. Шопенгауэръ не всегда доказываетъ свои мысли, a часто предпочитаетъ только убѣждать читателя. Въ его трудахъ масса противорѣч³й и парадоксовъ. Истинную цѣну всему этому мы найдемъ только тогда, когда мышлен³е философа поставимъ въ психологическую связь съ его личностью, съ практическими тенденц³ями.
  

V.

  
Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 112 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа