Главная » Книги

Джаншиев Григорий Аветович - Д-р Н. A. Белоголовый

Джаншиев Григорий Аветович - Д-р Н. A. Белоголовый


  

Вмѣсто предислов³я къ 1-му издан³ю.

  
   Н. А. Белоголовый. Воспоминан³я и друг³я статьи
   Издан³е Литературнаго фонда. СПб, 1901
  
   Немног³е изъ общественныхъ дѣятелей оставляютъ послѣ себя такую чистую, свѣтлую, такую добрую и славную память, какую оставилъ авторъ настоящей книги, знаменитый врачъ-гуманистъ Николай Андреевичъ Бѣлоголовый. Въ удивительной гармон³и сочетались въ этой крупной, граждански-развитой и стойкой личности высок³я качества сердца, ума и характера, не только не заслонявш³я одно другое, какъ это къ сожалѣн³ю не разъ встрѣчается въ жизни, но прекрасно дополнивш³я другъ друга. Образцовый семьянинъ, нѣжный и почтительный сынъ, любящ³й брать, попечительный родственникъ, идеальный мужъ, сливш³йся воедино съ личностью своей подруги жизни, въ течен³е долгихъ лѣтъ супружеской жизни ни разу съ нею не разстававш³йся - H. A. обладалъ любвеобильнымъ, чуткимъ сердцемъ, которое было широко раскрыто не для однихъ семейныхъ привязанностей, но и для дружбы теплой, для прочныхъ нравственныхъ привязанностей. Всѣ, кому выпало высокое счастье быть пр³общеннымъ къ нимъ - а такихъ лицъ было не мало, начиная отъ декабристовъ, которые годились въ отцы Н. А-чу и кончая людьми нашего поколѣн³я, которые годились ему въ дѣти - согласятся со мною, если я скажу, что дружба Н. А-ча была для нихъ однимъ изъ лучшихъ воспоминан³й всей жизни.
   Не меньшею широтою и глубиною отличались и общественныя симпат³и этого всесторонняго альтруиста, умѣвшаго согласовать разнаго рода общественно-концентрическ³я привязанности, кажущ³яся недостаточно развитымъ умамъ взаимно себя исключающими. Страстно любя свою холодную, обездоленную родину Сибирь, Н. А. всѣми фибрами души былъ привязанъ и къ Росс³и, духовными интересами коей онъ жилъ и дышалъ до послѣдняго вздоха - но любовь къ Росс³и не мѣшала ему питать глубочайшее уважен³е къ европейской, точнѣе ко всем³рной, общечеловѣческой культурѣ, насажден³е коей въ Росс³и онъ считалъ первымъ и самымъ священнымъ долгомъ всякаго друга русскаго народа.
   Отъ природы Бѣлоголовый былъ одаренъ мягкимъ сердцемъ, но душевная теплота одна сама по себѣ, и даже въ связи съ добрымъ вл³ян³емъ дружной семейной жизни, не могла бы изъ него выработать того цѣльнаго гражданина и отзывчиваго на все доброе, человѣка, съ хорошо сознанными требован³ями вѣка и крѣпкими нравственными принципами, какимъ его знали всѣ, знавш³е его. Въ формирован³и характера и м³росозерцан³я Бѣлоголоваго прежде всего слѣдуетъ отмѣтить плодотворное вл³ян³е семейнаго режима, чуждаго крайностей, какъ распущенности, такъ и жесткой дисциплины - и его первыхъ учителей декабристовъ, подъ руководствомъ коихъ прошло его первоначальное учен³е. Нельзя не отмѣтить и полученное имъ прекрасное среднее образован³е, чуждое казенной муштровки, а также университетское благотворное вл³ян³е временъ Грановскаго и, наконецъ, тотъ высок³й нравственный подъемъ, который коснулся въ концѣ 50-хъ годовъ всего, что было въ Росс³и мыслящаго и разумѣющаго, свѣжаго и порядочнаго. Таковы факторы, сформировавш³е изъ даровитаго сибирскаго купеческаго сына одного изъ лучшихъ русскихъ гражданъ, одного изъ образованнѣйшихъ и благороднѣйшихъ русскихъ врачей, который смѣло могъ сказать: homo sum et nihil humani a me alienum puto.
   Считаю излишнимъ и даже неумѣстнымъ передавать здѣсь подробности о воспитан³и и учен³я Бѣлоголоваго. Въ печатаемыхъ ниже воспоминан³яхъ его о декабристахъ, о Боткинѣ и др. съ такою правдивостью и рельефностью очерченъ кругъ лицъ и впечатлѣн³й, окружавшихъ дѣтство и юность Н. А., что пришлось бы только повторять, а то и портить эти прелестныя картины съ натуры, написанныя любящею и признательною рукой. Пусть читатель самъ испытаетъ всю обаятельную свѣжесть этихъ безыскуственныхъ дружескихъ воспоминан³й, отъ коихъ вѣетъ какою-то чисто эпическою простотою и юношескою задушевностью, нерѣдко однако достигающими художественной яркости и глубокаго потрясающаго лиризма, какъ напр. въ разсказѣ о Подж³о. Вы невольно поддаетесь очарован³ю дружескаго пера: вы невольно полюбите героевъ автора воспомиван³й, а также и... самого автора. Не смотря на всѣ усил³я его, автора, стушеваться самому и выдвигать на первый планъ своихъ учителей и друзей, его любящая натура, его вдумчивый умъ, открытый, благородный характеръ, крѣпк³й нравственный закалъ и твердость въ привязанностяхъ просвѣчиваютъ на каждомъ шагу.- Характеризуетъ ли онъ взглядъ Подж³о на обязанности гражданина, обсуждаетъ ли принципы медицинской школы Боткина или политической программы Лорисъ-Меликова - Бѣлоголовый обрисовывается во весь ростъ со своими твердыми, благородными, гуманно-освободительными политическими принципами и крѣпкими нравственными устоями.
   Въ виду сказаннаго, отсылая читателя къ самимъ произведен³ямъ Бѣлоголоваго, какъ лучшимъ источникамъ для уяснен³я личности его, тутъ мы ограничимся немногими б³ографическими штрихами {Въ 3-е издан³е, за немногими изъят³ями, вошло все, что осталось въ бумагахъ Бѣлоголоваго, а также и то, что печаталось имъ въ Росс³и.}.

Гр. Джанш³евъ.

   Августъ 1897 г.
   Москва.
  
   P. S. Приводимъ отчетъ о первыхъ двухъ издан³яхъ "Воспоминан³й Е. А. Бѣлоголоваго" Получено отъ продажи 1-го веленеваго издан³я 2,202 р., 2-го издан³я - 2,382 р. Поступило отъ С. П. Бѣлоголовой 1,000 р. и гонораръ за статьи Бѣлоголоваго изъ Русск. Вѣд.- 761 р. 30 к., итого 6,348 р. 30 к. Уплачено типограф³и Александрова 1,409 р. 65 к., компан³и Говарда за бумагу - 1,330 р., Ренару за клише - 150 p., за объявлен³я въ Нов. Врем. (Русск³я Вѣдомости и Вѣстникъ Европы объявлен³я печатали безплатно) - 9 р. 60 к, итого 2,899 р. 25 к., остатокъ - 3,449 р. 5 к., изъ коихъ С. П. Бѣлоголовой 1,000 р. пожертвовано въ женск³й медицинск³й институтъ для образован³я прем³и имени В. А. Бѣлоголоваго и 1,000 р. въ Литературный Фондъ - въ капиталъ его же имени. Остальная сумма 1,449 р. 5 коп. переносится на счетъ настоящаго, печатающагося въ количествѣ 3,600 экземпляровъ, также съ благотворительною цѣлью, 3-го издан³я.
   Москва.
   Мартъ 1898 г.
  

---

   Настоящее, 4-е издан³е печатается Литературнымъ Фондомъ, которому Софья Петровна Бѣлоголовая принесла его въ даръ.
  

Д-ръ Н. A. Бѣлоголовый

Род. 5 октября 1834 г. Ум. 6 сентября 1895 г.

   Н. А. Бѣлоголовый родился въ Иркутскѣ въ старинной купеческой семьѣ.- Отецъ Бѣлоголоваго, человѣкъ начитанный и близко стоявш³й къ декабристамъ, рѣшилъ дать дѣтямъ наилучшее образован³е.- Первыми учителями Бѣлоголоваго были живш³е недалеко отъ Иркутска декабристы: П. И. Борисовъ, А. П. Юшневск³й и A. B. Подж³о, съ которымъ онъ завязалъ дружеск³я отношен³я на всю жизнь. - Добродушный и аккуратный, способный и трудолюбивый, H. A. уже въ дѣтствѣ обнаруживалъ любознательность и страсть къ чтен³ю, которая, благодаря методическому руководству названыхъ наставниковъ, получила разумное направлен³е и цѣлесообразное питан³е.
   Среднее образован³е Н. А. получилъ въ одномъ изъ лучшихъ московскихъ панс³оновъ Эннеса, гдѣ онъ окончилъ курсъ въ 1850 г. вмѣстѣ съ знаменитымъ своимъ другомъ С. П. Боткинымъ.
   Любя страстно русскую литературу, H. A. намѣревался поступить на словесный факультетъ, но какъ разъ передъ этимъ, обскурантамъ удалось ввести въ университеты, кромѣ медицинскаго факультета, комплектъ въ 300 человѣкъ, и Бѣлоголовый, какъ и С. П. Боткинъ, чтобы не остаться за порогомъ университета, вынужденъ былъ поступить на медицинск³й факультетъ московскаго университета.

0x01 graphic

   Рѣдко когда злая судьба дѣлала безсознательно такое доброе дѣло. Изъ даровитаго Бѣлоголоваго вышелъ блестящ³й медикъ, превосходно изучивш³й свою науку, но вмѣстѣ съ глубокими знан³ями по своей спец³альности соединявш³й рѣдкое человѣколюб³е, безкорыст³е и необыкновенно живой интересъ къ общественнымъ дѣламъ. На нравственное и политическое развит³е Н. А., безъ сомнѣн³я, оказало самое сильное вл³ян³е вѣщее слово допѣвавшаго свою лебединую пѣснь великаго учителя - Грановскаго, но едва ли не большее еще вл³ян³е на дальнѣйшую дѣятельность и направлен³е имѣло то юношеское, бодрое настроен³е, которое охватило все, что было живого и мыслящаго въ Росс³и, съ воцарен³емъ Александра II. Къ этой свѣтлой полосѣ русской жизни, когда
  
   ...раскрывалась грудь надеждѣ
   И мечтамъ о счаст³и земномъ,
  
   когда не только юноши, но и старцы мечтали осуществить
  
   Святыя бредни юныхъ дней,
  
   относится начало общественной дѣятельности H. A.
   Какъ-разъ въ эту грозную, но памятную весну 1855 г. Бѣлоголовый сбрасывалъ съ себя студенческ³й мундиръ, чтобы надѣть сначала казенный мундиръ городового врача, а затѣмъ вскорѣ смѣнить этотъ мундиръ на toga virilis русскаго убѣжденнаго, вольнолюбиваго гражданина, образъ котораго сталъ обрисовываться въ это время въ туманной перспективѣ будущаго и энерг³ею котораго созидались и сохранялись всѣ культурныя пр³обрѣтен³я послѣдующаго времени.
   По окончан³и курса въ университетѣ, Н. А. отправился на родину, гдѣ вскорѣ получилъ мѣсто иркутскаго городового врача. Даровитый врачъ, внимательно слѣдящ³й за движен³емъ науки, гуманный, общедоступный, безкорыстный, безукоризненный блюститель всѣхъ требован³й медицинской этики и съ независимымъ характеромъ - находка и не для Иркутска, а потому Бѣлоголовый сразу занялъ видное и почетное мѣсто, импонируя какъ всесильной администрац³и, привыкшей къ раболѣпству, такъ и мѣстному обществу, привыкшему дотолѣ уважать только деньги и власть. Вскорѣ по поступлен³и H. A. на общественное поприще стали обнаруживаться, по окончан³и крымской войны, первые проблески пробужден³я Росс³и и первые признаки предстоящей отмѣны крѣпостнаго права. Отдаленные отголоски начинавшагося общественнаго пробужден³я чрезъ журналы и устную молву стали доходить и до далекой Сибири, и здѣсь университетская молодежь не менѣе радостно, нежели въ коренной Росс³и, привѣтствовала занимавшуюся зарю освобожден³я.
   Бѣлоголовый, всегда живо интересовавш³йся литературою и журналистикою, всегда горячо принимавш³й къ сердцу общественные вопросы, съ восторгомъ вошелъ навстрѣчу зачинавшемуся общественному возрожден³ю. Какъ вы мало оставляли досуга ему оффиц³альныя обязанности и практика, какъ ни плохо подготовлена была въ сибирской глуши 50-хъ годовъ почва для общественной самодѣятельности, Бѣлоголовыя своимъ убѣжденнымъ словомъ и благороднымъ характеромъ умѣлъ расшевелить косность своихъ товарищей по професс³и, а впослѣдств³и въ Иркутскѣ образовалъ медицинск³й кружокъ который обсуждалъ научные медицинск³е вопросы, а также вопросы медицинской этики. Какъ извѣстно, къ этому же времени относятся первыя печатныя разоблачен³я злоупотреблен³й общерусской и сибирской администрац³и. Объ одномъ изъ нихъ, касавшемся Молчанова, появилась корреспонденц³я въ Колоколѣ. Введенный въ заблужден³е, Герценъ опровергъ впослѣдств³и сообщенное извѣст³е. Нужно вспомнить о томъ чрезвычайномъ авторитетѣ, какимъ пользовался въ то время Колоколъ въ высшихъ сферахъ, чтобы понять ликован³е друзей Молчанова. Они уже считали побѣду окончательно на своей сторонѣ, но тутъ вступилъ въ дѣло Бѣлоголовый. Никогда не знавш³й Герцена, онъ поѣхалъ къ нему заграницу и съ документами въ рукахъ доказалъ ему, что онъ введенъ друзьями въ заблужден³е. Вотъ съ какимъ участ³емъ и жаромъ относились люди того времени къ общественнымъ вопросамъ.
   Въ концѣ 50-хъ годовъ Бѣлоголовый поѣхалъ въ Москву держать экзаменъ на доктора медицины. Въ это время дѣла отца его разстроились. Съ очень ограниченными средствами H. A. поѣхалъ послѣ экзамена заграницу писать диссертац³ю. Диссертац³ю писалъ онъ два года, терпя сильную нужду. Выбирая самое дешевое мѣсто, онъ остановился на о. Рюгенѣ на Балт³йскомъ морѣ. Здѣсь онъ написалъ уголъ въ лавкѣ мелочнаго торговца и, занимаясь составлен³емъ диссертац³и, въ отсутств³е хозяина долженъ былъ принимать покупателей {Въ это время Бѣлоголовый находился въ дружескихъ отношен³яхъ съ Г. А. 3ахарьинымъ, съ которымъ впослѣдств³и рѣзко разошелся не только въ политическихъ воззрѣн³яхъ, но и въ пониман³и правилъ медицинской этики. Въ одномъ изъ писемъ (письмо 25 ³юля 1861 г.) Захарьинъ, между прочимъ, писалъ изъ Москвы Бѣлоголовому: "По университету есть важныя новости: во 1-хъ, отъ взноса денегъ увольняются не всѣ, представивш³е свидѣтельство о недостаточности состоян³я (какъ было прежде), а только съ каждой губерн³и отъ выдержавшихъ отлично университетск³й экзаменъ, и изъ нихъ одинъ долженъ быть непремѣнно воспитанникъ гимназ³и. Вступительные университетск³е экзамены будутъ держаться не въ университетѣ, какъ прежде, а въ гимназ³яхъ,- въ присутств³и, гдѣ это возможно, депутатовъ со стороны университета. Студенческая форма совершенно уничтожается: студенты одѣваются, какъ и проч³е смертные. Доходы университета, имѣющ³е якобы увеличиться отъ вышеозначенной мѣры, пойдутъ на "усилен³е жалованья" профессорамъ. Я, хотя и выгодно заинтересованный, противъ этой мѣры. Въ принципѣ оно, конечно, справедливо: государство, конечно, ничего не можетъ давать даромъ; противное мнѣн³е, какъ вамъ извѣстно - фикц³я; и всяк³й, кто получаетъ образован³е, долженъ и платить за это. Но я полагаю, что у насъ на Руси слѣдовало бы повременить съ проведен³емъ здравыхъ экономическихъ началъ въ области народнаго образован³я: финансовая потеря или, правильнѣе, неправильная раскладка расходовъ тутъ не Богъ знаетъ какая, а образован³е-то намъ крайне нужно,- есть много другихъ сферъ, гдѣ приложен³е названныхъ началъ гораздо важнѣе и гораздо настоятельнѣе. 50 р. въ годъ т. е. 200-250 во все время университетскаго курса довольно много для бѣднаго человѣка и, пожалуй, во многомъ ограничитъ то право на высшее образован³е, которое, по Положен³ямъ 19-го февраля, пр³обрѣтаютъ бывш³е крѣпостные. Еще: стипенд³и будутъ выдаваться не бѣднѣйшимъ, какъ прежде, а достойнѣйшимъ (по успѣхамъ) и, конечно, бѣднымъ. 2-я новость - образъ назначен³я ректора: все будетъ по старому, т. е. ректоръ будетъ выбираться профессорами... Что сказать вамъ объ общемъ течен³и дѣлъ? Не разберешь хорошенько, куда текутъ они не то, clopin - clopant по почтенной стезѣ умѣреннаго либерализма, не то по торной дорогѣ реакц³и. Дурныхъ слуховъ больше, чѣмъ хорошихъ, какъ можетъ и всегда (sic) бываетъ. Противъ цензуры стоитъ стонъ жалобъ: il ny a qu'une voix là-dessus. Крайне нужныхъ, давно ожидаемыхъ мѣръ въ судопроизводствѣ и въ финансовомъ м³рѣ пока все еще нѣтъ; онѣ все еще sind in Werden begriffen. Финансовое положен³е по общимъ отзывамъ ужасно: всѣ жалуются на Geldklemme и на страшную дороговизну, что и понятно, потому что золото стоитъ 5 р. 80 к., т. е. за рубль бумажками даютъ только 87 к. сер. Крестьянск³я волнен³я поутихли; кажется, что всѣ доселѣ бывш³я волнен³я зависѣли не оттого, что крестьяне поняли положен³е (к. п.) и остались недовольны имъ, а оттого, что они не поняли, что очень понятно. Останутся ли они довольны положен³емъ (к. п.), когда поймутъ его, покажетъ будущее. А, кажется, что надо будетъ обратиться въ этомъ будущемъ съ горячей мольбой къ тучегонителю Зевсу: особенно хорошаго оно мало сулитъ... Чтобы разсѣять грустное впечатлѣн³е, которое, конечно, произведутъ эти извѣст³я, заканчиваю pour la bonne boche пр³ятною новостью...Зная ваше благочест³е, я увѣренъ, что это извѣст³е изгладитъ предыдущее непр³ятное впечатлѣн³е и укрѣпитъ вашу надежду на силу и жизненность русскаго м³ра. Что сказать вамъ о себѣ? Въ ³юлѣ я занимался литературою (читалъ Бёкля, о которомъ мы вѣроятно потолкуемъ съ вами) и началъ заниматься, что продолжаю до сихъ поръ съ перемѣннымъ успѣхомъ, потому что занят³ямъ мѣшали жары, intermittens, отъ которыхъ у меня до сихъ поръ осталась порядочная слабость (подивитесь, какой я вѣрный Berichtsstatter) эпизодъ чуднаго психическаго состоян³я - можетъ быть, послѣдн³й привѣтъ отлетающей юности, о которомъ не распространяюсь, какъ о предметѣ хотя и высокомъ, но исключительно малаго интереса.
   "Вы должны быть довольны моимъ письмомъ (оно и написано съ цѣлью доставить вамъ удовольств³е - въ отплату за удовольств³е, доставленное мнѣ вашимъ письмомъ): я уже лѣтъ 5 не посылалъ такихъ писемъ; собираясь писать его, я даже съ полчаса думалъ и обдумывалъ вѣрный отчетъ о нашемъ теперешнемъ состоян³и; я знаю, какъ вы принимаете къ сердцу извѣст³е объ этомъ. Сердечно жалѣю, что не могъ порадовать лучшимъ. Храни васъ Зевесъ, дорогой мой Николай Андреевичъ, и помоги одолѣть диссертац³ю". }. Въ 1862 году появилась его диссертац³я въ Москвѣ подъ заглав³емъ: "О всасыван³и солей кожею". Послѣ блестящей защиты диссертац³и Н. А. намѣревался вернуться на родину, но Боткинъ и др. уговорили его остаться въ Петербургѣ.
   Съ половины 60-хъ годовъ до 1881 года Бѣлоголовый жилъ въ Петербургѣ, уѣзжая ежегодно за границу на нѣсколько мѣсяцевъ съ неизмѣнною спутницею, женою своею Софьею Петровною - для отдыха и освѣжен³я. Съ самаго начала Н. А. занялъ въ Петербургѣ одно изъ первыхъ мѣстъ въ медицинскомъ м³рѣ, гдѣ общепризнанное первое мѣсто занималъ велик³й С. П. Боткинъ. Это первенство извѣстнаго во всей Европѣ клинициста не положило ни малѣйшей тѣни на ихъ взаимныя дружеск³я отношен³я. Бѣлоголовый былъ и остался до конца жизни самымъ горячимъ поклонникомъ своего даровитаго друга и послѣ смерти его написалъ лучшую его б³ограф³ю появившуюся въ сборникѣ Павленкова "Жизнь замѣчательныхъ людей" {Въ б³ограф³и Боткина, написанной Бѣлоголовымъ, имѣется не одна мѣткая характеристика его alter ego Боткина, вполнѣ примѣнимая и къ Бѣлоголовому. Сравнивая Боткина съ тѣми клиницистами, которые смотрять на больныхъ, какъ на безжизненный терапевтическ³й матер³алъ, Бѣлоголовый пишетъ: "Въ противоположность этому Боткинъ былъ воплощенная человѣчность и доброта, онъ такъ мягко и участливо обходился съ больными, что одними этими врожденными своими качествами пр³обрѣталъ неограниченное довѣр³е больныхъ, при чемъ такая естественная гуманность, чуждая всякой сантиментальности, оказывала прекрасное воспитательное дѣйств³е на слушателей, неизбѣжно привыкавшихъ даже въ внѣшнихъ пр³емахъ подражать обаятельной личности учителя и дѣлала его клинику, при всѣхъ прочихъ его медицинскихъ достоинствахъ, самою образцовою школою для будущихъ врачей". "Не только добросовѣстная точность и напряженная внимательность, съ какими Боткинъ изслѣдовалъ больного - говоритъ въ другомъ мѣстѣ б³ографъ его - и привѣтливая внѣшность, сквозь которую ярко просвѣчивалась необыкновенная человѣчность, искреннее участ³е къ страждущему и еще болѣе искреннее желан³е помочь ему - дѣлали изъ него идеальнаго врача, производившаго на всѣхъ, обращавшихся къ нему, зачаровывающее впечатлѣн³е и убѣжденность, что если возможно исцѣлен³е отъ серьезнаго недуга, то только при содѣйств³и Боткина". (См. стр. 29 и 39 брошюры Бѣлоголоваго - С. П. Боткинъ, его жизнь и дѣятельность).- Многочисленные пац³енты Бѣлоголоваго, навсегда сохранивш³е въ сердцѣ его благородный образъ, безъ сомнѣн³я согласятся, что приведенныя черты точно списаны съ него самого. (См. ниже Воспоминан³я о Н. А. Бѣлоголовомъ).- Какой получается контрастъ, если сопоставить эти простые, безъискуственные, полные задушевности пр³емы Боткина и Бѣлоголоваго, съ тѣмъ полубалаганнымъ, полумистическимъ сложнымъ ритуаломъ, какимъ обставляютъ торжественное и à la lettre драгоцѣнное появлен³е у постели больного иные жрецы или шаманы современной медицины.}. Боткинъ въ свою очередь необыкновенно высоко цѣнилъ дарован³я, познан³я и высок³я душевныя качества Бѣлоголоваго, и по нѣкоторымъ отдѣламъ медицины онъ открыто ставилъ его выше себя. Какою эпическою простотою и классическою красотою отзываются эти полныя взаимной нѣжности и уважен³я отношен³я двухъ медицинскихъ свѣтилъ, въ такомъ привлекательномъ свѣтѣ рисующ³я ихъ обоихъ особенно въ наше время ожесточенной вражды медицинскихъ свѣтилъ, во имя личныхъ и меркантильныхъ соображен³й!
   Съ первыхъ же лѣтъ практики Бѣлоголовый имѣлъ въ Петербургѣ громадный успѣхъ и пр³обрѣлъ обширный кругъ пац³ентовъ во всѣхъ слояхъ общества. Своею быстрою популярностью онъ былъ обязанъ не только своему выдающемуся таланту чрезвычайно проницательнаго д³агноста и запасу солидныхъ знан³й, всегда неустанно и тщательно имъ пополняемому, но и вѣрности своей строгимъ и благороднымъ принципамъ медицинской этики, отошедшимъ у многихъ нынѣ въ область "забытыхъ словъ". Необыкновенная мягкость въ обращен³и, рѣдкое безкорыст³е, простота и задушевность, чуждая всякихъ шарлатанскихъ ухищрен³й, влекли къ нему больныхъ изъ самыхъ разнообразныхъ слоевъ общества и народа. Богатый и бѣдный, знатный и простолюдинъ шли въ нему съ любовью и довѣр³емъ, зная заранѣе, что никак³е инквизиторск³е распросы никакой торгъ о гонорарѣ не ждутъ его у порога медицинской знаменитости. Принять всѣхъ желавшихъ не было возможности, а потому, по недостатку времени, Н. А. поневолѣ приходилось ограничивать свои пр³емы. Но для безобиднаго рѣшен³я этого щекотливаго вопроса онъ употреблялъ по обыкновен³ю своему простое, прямое и честное средство: онъ объявлялъ, что въ такой-то день приметъ столько-то больныхъ и затѣмъ принималъ явившихся безъ различ³я общественнаго положен³я, а послѣ того прекращался пр³емъ для всѣхъ безъ изъят³я.
   Врагъ ученаго кумовства и непотизма, въ особенности когда жертвами его являются интересы науки и учащейся молодежи, Бѣлоголовый обратилъ въ 1869 году на себя общее вниман³е своею правдивою и исполненною гражданскаго мужества статьею (см. ниже) по поводу печальной "полунинской" истор³и, жертвою коей было 20 исключенныхъ съ 4 го курса медиковъ
   Всегда живо интересуясь литературно-общественными вопросами, Бѣлоголовый сталъ въ близк³я отношен³я къ прогрессивнымъ литературнымъ кружкамъ Петербурга и особенно къ Отечественнымъ Запискамъ временъ Салтыкова, Некрасова и Елисѣева. Онъ постоянно пользовалъ ихъ, какъ врачъ, а Некрасова лечилъ во время послѣдней болѣзни. Болѣзнь Некрасова онъ описалъ въ особой статьѣ, напечатанной въ No 10-мъ Отечественныхъ Записокъ за 1878 г. О болѣзни И. С. Тургенева онъ писалъ въ Новостяхъ, о болѣзни же М. Е. Салтыкова онъ писалъ передъ смертью въ Русскихъ Вѣдомостяхъ 1894 г.
   Въ отлич³е отъ своего великаго друга Боткина, который, отдавшись всецѣло наукѣ, ради нея забывалъ и себя и семью, и общество, Бѣлоголовый, будучи идеальнымъ врачемъ-человѣкомъ, первокласснымъ терапевтомъ, внимательно слѣдившимъ за движен³емъ науки, вмѣстѣ съ тѣмъ всегда былъ и оставался "м³рскимъ" человѣкомъ, чуткимъ гражданиномъ, близко принимавшимъ къ сердцу всѣ очередные общественные вопросы, интересы литературы, народнаго просвѣщен³я, культуры и вообще всѣ велик³я и тяжк³я проблемы нашего вѣка.
   Начавъ свою общественную дѣятельность въ разгаръ преобразовательной эпохи, Н. А. до конца жизни оставался вѣренъ ея освободительному и просвѣтительному знамени. Въ вѣрности и твердомъ проведен³и въ жизнь благородныхъ и человѣчныхъ принциповъ этой замѣчательной эпохи, Бѣлоголовый никому не уступилъ бы, не исключая и самыхъ видныхъ публичныхъ дѣятелей этой эпохи. Едва ли мног³е путемъ печати сдѣлали больше для распространен³я и укрѣплен³я идей великихъ реформъ, чѣмъ этотъ, лишенный всякой оффиц³альной дѣятельности и публичной трибуны, стойк³й убѣжденный гражданинъ, который не только своимъ правдивымъ, внушительнымъ и обворожительнымъ своею искренностью словомъ всегда умѣлъ кстати сослужить службу дорогимъ идеямъ, но и всею своею обаятельною личностью и праведною жизнью, даже въ мелочахъ не отступалъ отъ строгихъ принциповъ человѣчности, былъ, такъ сказать, живымъ воплощен³емъ и пропагандою этихъ облагораживающихъ идей и принциповъ человѣчности. Этотъ всегда мягк³й, до крайности снисходительный человѣкъ, готовый за ближняго положить душу, этотъ олицетворенный альтруизмъ дѣлался непримиримымъ, когда рѣчь заходила о принципахъ литературной и общественной честности. Дитя цѣльной героической эпохи, Н. А. болѣе всего чуждался половинчатыхъ людей или такъ называемыхъ "складныхъ душъ", по выражен³ю Салтыкова {"Складныя души", говорилъ Салтыковъ, явлен³е не новое... Если вы видите человѣка, который мечется какъ угорѣлый между двумя враждебными лагерями и называетъ это метан³е мудростью - будьте увѣрены - это "складная душа"; если вы видите человѣка, который, называя себя п³онеромъ, не прочь иногда въ сумерки покалякать съ "истор³ографами" насчетъ п³онерскихъ дѣлъ и называетъ это дипломат³ею - будьте увѣрены, что это "складная душа"; если вы видите человѣка, который утверждаетъ, что въ иныхъ случаяхъ ломаная лин³я можетъ быть короче прямой и называетъ это постепенностью въ преуспѣян³и - будьте увѣрены, что это "складная душа".- (См. Письма о провинц³и. Соч. II, 355).}, старающихся угодить и нашимъ, и вашимъ. Какъ ни велика была у Н. А. любознательность, жажда къ извѣст³ямъ объ общественной жизни, но онъ предпочелъ бы скорѣе превозмочь свою страстную любознательность, чѣмъ напр. сдѣлаться подписчикомъ, т. е. "соучастникомъ" газеты, хотя бы и богато освѣдомленной, но не сочувственной для него по направлен³ю. Это былъ вполнѣ тотъ "читатель-другъ", о которомъ мечталъ Салтыковъ и который смотрѣлъ на подписку, какъ на своего рода нравственное сочувств³е съ издан³емъ, а не какъ на способъ удовлетворен³я извѣстной привычки-потребности. Въ наше откровенно-безпринципное время это покажется донкихотствомъ, но вѣдь въ наше безподобное практическое время nous avons changé tout èa, такъ какъ нынѣшними мудрецами доказано какъ 2 X 2 = 4, что
  
   Безплодны всѣ труды и бдѣнья,
   Безплоденъ слова даръ живой,
   Безсиленъ подвигъ обличенья,
   Безуменъ всяк³й честный бой!
   Безумна честная отвага
   Правдивой юности - и съ ней
   Безумны всѣ желанья блага,
   Святыя бредни юныхъ дней!...
  
   Весною 1881 г., по разстроенному здоровью, Н. А. долженъ былъ покинуть Петербургъ. Отдавъ всѣ свои физическ³я и нравственныя силы на служен³е ближнему, онъ, какъ всѣ истинные альтруисты, забывалъ о себѣ. Убѣдившись, что разстроенные нервы не позволяютъ ему отправлять обязанности врача съ обычнымъ своимъ вниман³емъ, рвен³емъ и преданностью больнымъ, Н. А. оставилъ практику и поселился за границею, выбирая большею част³ю маленьк³е, но живописные швейцарск³е города около Лемана, гдѣ необыкновенная дешевизна жизни представляла для Н. А. много заманчиваго.
   Но и вдали отъ родины онъ жилъ только ея духовными интересами; онъ внимательно слѣдилъ за переживаемыми ею радостными и горестными событ³ями, всегда окруженный русскими газетами и журналами. Въ это время, а именно въ 1884 г. онъ сблизился съ графомъ М. Т. Лорисъ-Меликовымъ, съ которымъ вполнѣ сходился въ своихъ политическихъ воззрѣн³яхъ. Н. А. изрѣдка посѣщали друзья изъ Росс³и, гдѣ въ его скромной квартирѣ швейцарскаго захолустья, въ Веве или въ Лозаннѣ, все дышало просвѣщеннымъ патр³отизмомъ, неподдѣльною любовью къ родинѣ, гдѣ все говорило объ исключительной преданности роднымъ интересамъ русской свободы и просвѣщен³я этого, не сломившагося надъ напоромъ торжествующей дѣйствительности, представителя либеральныхъ принциповъ великой эпохи. Посильное служен³е имъ составляло цѣль и смыслъ остатка его жизни.
   1892-1894 гг. Н. А. провелъ въ Ниццѣ, въ скромномъ, но извѣстномъ русскомъ панс³онѣ на виллѣ "Оазисъ", гдѣ нѣкогда жили Герценъ, Салтыковъ и др. И здѣсь, въ этомъ царствѣ изящной нѣги и аристократическаго разгула, онъ успѣлъ сдѣлаться средоточ³емъ образованныхъ русскихъ людей, живущихъ не одними интересами "кармана и желудка". Но гдѣ бы Н. А. ни находился, у подошвы ли величаваго Монъ-Блана, на очаровательномъ ли берегу знаменитаго ницскаго Залива Ангеловъ, всѣ помыслы этого подневольнаго абсентеиста-гражданина были направлены въ далекой холодной отчизнѣ и къ еще болѣе далекой ледяной родинѣ - Сибири:
  
   Вѣдь на свѣтѣ бѣломъ всякихъ странъ довольно,
   Гдѣ и солнце ярко, гдѣ и жить привольно,
   Но и тамъ при блескѣ голубого моря
   Наше сердце ноетъ отъ тоски и горя,
   Что не видятъ взоры ни березъ плакучихъ,
   Ни избушекъ этихъ сѣренькихъ, какъ тучи.
   Что же въ нихъ такъ сердцу дорого и мило,
   И какая манитъ тайная къ нимъ сила?
  
   Рѣдко когда доносились оттуда, изъ страны "плакучихъ березъ" до Н. А. радостныя вѣсти, но какъ онѣ его утѣшали!.. Оптимистъ въ душѣ, онъ радовался, какъ дитя, и небольшому успѣху земской школы, и толкамъ о возрожден³и женскаго медицинскаго образован³я, и распространен³ю сельскихъ библ³отекъ и другимъ культурнымъ успѣхамъ русскаго народа. {"Тамъ вамъ въ пороховомъ дыму,- писалъ мнѣ Бѣлоголовый въ письмѣ отъ 18 февраля 1892 г. изъ Лозанны,- не такъ замѣтно, какъ мнѣ, съ высоты птичьяго полета, что борьба со зломъ не совсѣмъ безрезультатна... Вотъ напр. завтра 19-е февраля. Можно спорить, пожалуй, что экономическое положен³е мужика за эти 30 лѣтъ не улучшилось, но что это далеко ужъ не "святая скотина" и что сильно шагнулъ онъ къ подоб³ю человѣка - это и неоспоримо".} Фанатически вѣря въ благотворное дѣйств³е свободы и просвѣщен³я, самомалѣйш³е проблески распространен³я его, которому онъ и скудными своими средствами очень много негласно способствовалъ, онъ горячо привѣтствовалъ бодрящимъ Галилеевскимъ: e pur si muove, считая якоремъ спасен³я для Росс³и возможно широкое распространен³е въ народныхъ массахъ науки и просвѣщен³я.
   Въ годину народнаго бѣдств³я, посѣтившаго Росс³ю въ 1891-92 годахъ, Н. А. взялъ на себя тяжелую и неблагодарную иниц³ативу сбора пожертвован³й въ пользу голодающихъ среди этихъ пресыщенныхъ баръ ницскаго сезона, сначала a priori не могшихъ допустить возможности голодан³я вообще, и въ богатой хлѣбомъ Росс³и въ частности, а потомъ вскорѣ совсѣмъ охладѣвшихъ къ этому дѣлу, какъ вещи démodée.
   Въ 1894 г. Н. А. вернулся въ Росс³ю, какъ онъ выражался, для "медленнаго умиран³я". Здѣсь онъ поселился въ Москвѣ въ томъ историческомъ уголкѣ ея, на Маросейкѣ, гдѣ въ домѣ Боткина живали: Бѣлинск³й, Грановск³й и перебывали всѣ болѣе или менѣе извѣстные московск³е литераторы сороковыхъ годовъ. - Умиран³е, къ несчастью, началось очень скоро. Слегши въ постель въ началѣ 1895 г., Н. А. болѣе не вставалъ. Не смотря на продожительныя ужасающ³я страдан³я, Н. А. все время не покидало ясное настроен³е и невозмутимое спокойств³е - какъ естественная награда честно прожитой трудовой жизни. Онъ болѣе безпокоился о своихъ племянникахъ-сиротахъ, о ходившихъ за нимъ, чѣмъ о себѣ. Во все время болѣзни онъ не переставалъ интересоваться общественными дѣлами.
   Еще за нѣсколько дней до смерти ему читали послѣдн³е номера газетъ и журналовъ, и оффиц³альная вѣсть о предстоявшемъ открыт³и Женскаго Медицинскаго Института едва ли не послѣдн³й разъ оживила радостнымъ блескомъ его потухавш³е, чудные добрые глаза. Всего за недѣлю до смерти онъ бесѣдовалъ съ сибиряками о дѣлахъ существующаго въ Москвѣ Общества для пособ³я учащейся сибирской молодежи и выражалъ сожалѣн³е, что не успѣлъ послать рѣшеннаго пожертвован³я въ 1000 р. въ пользу иркутскаго Общества распространен³я грамотности среди народа.
   Какъ ни тяжела была для ближайшихъ друзей тяжелая картина медленнаго угасан³я этого рѣдкаго гуманиста, любвеобильнаго врача-человѣка, этого честно пожившаго и вѣрно послужившаго своей родинѣ дѣятельнаго гражданина, но въ этой картинѣ неостывавшаго до послѣдняго вздоха, интереса къ общественному дѣлу было не мало назидательнаго. Какъ всѣ цѣльные люди, носящ³е на себѣ отпечатокъ духовнаго посвящен³я отъ великой освободительной эпохи 60хъ годовъ, Н. А., познавш³й величайш³я въ жизни наслажден³я безкорыстную дѣятельность на поприщахъ альтруизма и науки, жилъ и умеръ {Н. А. Бѣлоголовый похороненъ въ Москвѣ, въ московскомъ Покровскомъ монастырѣ, рядомъ съ могилами членовъ семьи Боткиныхъ. По проэкту, составленному зятемъ П. П. Боткина, художникомъ П. С. Остроуховымъ, на могилѣ Бѣлоголоваго въ 1896 г. вдовою его Софьею Петровною сооруженъ замѣчательный по своей простотѣ, изяществу и гранд³озности памятникъ. На четырехугольномъ полированномъ темно-красномъ гранитѣ покоится огромный первобытный темно-сѣрый гранитный монолитъ. Въ верхней плоскости глыбы блеститъ чуть приподнятый, высѣченный въ ней черный крестъ-барельефъ, кажущ³йся какъ-бы созданнымъ самою природою. Въ головахъ посажены двѣ сибирск³я пихты. Видъ могилы прилагается ниже.}, какъ герой гражданской доблести.
   Потеря такихъ людей особенно чувствительна въ наше безпринципное и безхарактерное время, видѣвшее столько громкихъ паден³й и съ завистливою грустью взирающее на эту чудную героическую эпоху нашего нравственнаго возрожден³я, давшую своимъ сынамъ такую мощь и такой крѣпк³й нравственный закалъ.- Но не скорбью и унын³емъ слѣдуетъ почитать память такихъ благородныхъ тружениковъ -
  
   Съ врагомъ ихъ, подъ знаменемъ тѣхъ же идей,
   Ведите ихъ бой до конца.
   Нѣтъ почести лучше, нѣтъ тризны святѣй
   Для тѣни достойной борца!

Гр. Джаншиевъ.

0x01 graphic


Другие авторы
  • Матинский Михаил Алексеевич
  • Лохвицкая Мирра Александровна
  • Майков Леонид Николаевич
  • Писарев Александр Иванович
  • Суриков Василий Иванович
  • Шелгунов Николай Васильевич
  • Гребенка Евгений Павлович
  • Ожешко Элиза
  • Закржевский Александр Карлович
  • Карнович Евгений Петрович
  • Другие произведения
  • Пумпянский Лев Васильевич - Медный всадник и поэтическая традиция Xviii века
  • Белый Андрей - А. Л. Казин. Андрей Белый: начало русского модернизма
  • Пушкин Александр Сергеевич - Умолкну скоро я!.. Но если в день печали...
  • Клушин Александр Иванович - Смех и горе
  • Шиллер Иоганн Кристоф Фридрих - Человеконенавистник
  • Лесков Николай Семенович - Продукт природы
  • Берг Федор Николаевич - Из В. Гюго
  • Мей Лев Александрович - Царская невеста
  • Сумароков Александр Петрович - Синав и Трувор
  • Григорович Дмитрий Васильевич - Г. П. Пирогов. Григорович Д. В.
  • Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
    Просмотров: 244 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа