Главная » Книги

Гербель Николай Васильевич - Ю. Д. Левин. H. В. Гербель

Гербель Николай Васильевич - Ю. Д. Левин. H. В. Гербель


1 2

  

Ю. Д. Левин

H. В. Гербель

  
   Левин Ю. Д. Русские переводчики XIX в. и развитие художественного перевода.- Л.: Наука, 1985.
   OCR Бычков М. Н.
  
   В истории русской литературы середина XIX в. была временем необычайного усиления переводческой деятельности. Социальные перемены в стране, возникновение разночинной интеллигенции, стремившейся овладеть мировой культурой и значительно расширившей круг читающей публики, лежали в основе этого процесса. Когда в 1852 г. великосветская поэтесса графиня Ростопчина обвиняла "молодое поколение" в том, что им
  
   Отвергнут блеск имен великих! -
   Прочь, Данте, Байрон и Омир!..1
  
   ей ответил в "Современнике" Новый поэт (И. И. Панаев), заявивший: "... мы, сыны прозы и дети этого положительного века, никогда не думали отвергать истинной поэзии <...> для нас дороги не только имена Омира, Данте, Сервантеса, Шекспира, Байрона, Вальтер-Скотта, Гете, Шиллера, Державина, Пушкина, - имена всех великих и истинных поэтов, но даже и тех, в которых поэзия не проявлялась так могущественно, в чьих созданиях вспыхивали хоть только искры ее".2 И как бы в подтверждение этих слов в 50-60-е годы разворачивается деятельность Н. В. Гербеля по составлению и изданию переводных собраний сочинений величайших поэтов мира.
   Николай Васильевич Гербель,3 потомок швейцарского архитектора Николауса-Фридриха Гербеля (HДrbel), приехавшего в Петербург по вызову Петра I и поступившего на русскую службу в 1719 г.,4 сын генерал-лейтенанта артиллерии, родился 26 ноября 1827 г. в Твери. Образование он получил в благородном пансионе при 1-й киевской гимназии и затем, с 1844 г., в Лицее кн. Безбородко в Нежине, который окончил в 1847 г. Здесь он написал диссертацию "Подробный разбор словесных произведений Сумарокова и Ломоносова и общее заключение о характере и состоянии русской словесности от Петра Великого до Екатерины II", за что был награжден серебряной медалью.
   К пребыванию в лицее относятся первые поэтические опыты Гербеля. Он вспоминал впоследствии: "В это время в Лицее веял литературный дух. Всё - писало прозой и стихами и мечтало об авторской славе, чему не мало способствовало добродушное удивление товарищей, видевших в авторах будущих Пушкиных и Гоголей".5 Направление лицейской поэзии было преимущественно сатирическое, и Гербель написал немало стихов, "воспевавших геройские похождения студентов".6 В 1846 г. ему удалось впервые напечататься: в "Библиотеке для чтения" появилось его стихотворение "Бокал", изобилующее штампами романтической поэзии:
  
   Один я сидел. На столе предо мною
        Стоял недопитый бокал
   И, пенясь, своею чудной игрою
        Мечту за мечтой навевал.
   Душа утопала в волшебном сиянье,
        Стремилась в неведомый мир,
   И будто в хаосе времен мирозданья
        Носилась, пронзая эфир...7
   и т. д.
  
   После окончания лицея Гербель в 1848 г. определился юнкером в Изюмский гусарский полк. В следующем году он был произведен в корнеты и участвовал вместе с полком в венгерской кампании. В 1851 г. его прикомандировали к расположенному в Петербурге лейб-гвардии Уланскому полку, а год спустя перевели в этот полк.
   После переезда в Петербург Гербель смог заняться литературой, сочетая эти занятия с военной службой. Он сближается с кругом "Современника"; И. И. Панаев покровительствует начинающему поэту.8 Литературная деятельность его в это время разнородна. Он публикует статьи об истории Изюмского полка, составившие в итоге книгу "Изюмский слободской казачий полк. 1651-1765" (СПб., 1852). В "Современнике", "Отечественных записках", "Библиотеке для чтения" и других столичных периодических изданиях время от времени появляются его стихотворения - реже оригинальные, чаще переводные. Известность ему принес вышедший в 1854 г. отдельной книгой стихотворный перевод "Слова о полку Игореве", озаглавленный "Игорь, князь Северский". Перевод был напечатан параллельно с оригинальным текстом и снабжен предисловием и многочисленными примечаниями. Следуя мнению некоторых исследователей, Гербель расчленил "Слово" на двенадцать "песен" и перелагал каждую соответствующим, как ему казалось, размером.
  
        Не начать ли, братцы, мне
        Моего повествованья,
        По заветной старине,
        Складом важного сказанья
        Про исполненный невзгод
        Святославича поход?
  
   Встретившись в пятницу утром, русичи дружным напором
   Смяли врагов; и, рассыпавшись, будто стрелы, по полю,
   Много побрали пригожих девиц половецких, а с ними
   Столько золота, тканей цветных и парчи драгоценной...
  
   Слава нашим князьям
        И их храбрым войскам,
   Воевавшим отважно доныне
        За всех нас христиан
        Против злых басурман!
   Слава храбрым князьям и дружине!9
  
   Над этим переводом Гербель продолжал работать и дальше. Благодаря звонкому и бойкому стиху "Игорь" пользовался значительным успехом и переиздавался пять раз (6-е издание - в 1881 г.), а сравнительная близость перевода к подлиннику обусловила сочувственное к нему отношение со стороны ученых-филологов.10
   Тогда же, около 1854 г., Гербель начал готовить первое свое издание собрания переводов - лирические стихотворения Шиллера. Ниже мы остановимся на этом издании подробнее. Здесь же отметим, что сочетать военную службу и связанные с нею походы с литературными занятиями становилось все труднее. И в 1859 г. Гербель, получивший к тому времени звание штаб-ротмистра, вышел в отставку. В речи на обеде по случаю выхода его из полка он говорил: "Оставляя военное поприще, я перехожу к занятиям более мирным - к литературе, которая всегда была любимым моим занятием и которой я теперь отдаюсь весь, нераздельно".11
   Литературная деятельность Гербеля, как мы видим, развивалась в двух основных направлениях - собственно творческом, включавшем оригинальную и переводную поэзию, и редакционно-издательском, которое в итоге возобладало над творческим. С этим последним направлением были связаны и библиографические разыскания, неоднократно предпринимавшиеся Гербелем.
   В бурной общественной жизни 60-х годов Гербель не занимал достаточно определенной позиции, тем не менее он относился с несомненным сочувствием к передовому направлению в русской литературе и общественной жизни. В 1859-1860 гг. он печатался в сатирических журналах "Искра" и "Развлечение" под псевдонимом "Эраст Моховоев - последний эпик". Длительные дружественные отношения связывали его с революционными деятелями - поэтом и переводчиком М. Л. Михайловым и публицистом Н. В. Шелгуновым. В 1859 г. Михайлов с Гербелем даже проектировали совместное издание политической и литературной газеты "Век". "...Это должна быть серьезная газета с благородным и определенным направлением, - сообщал Михайлов Шелгунову. - Гербель в этом, как и в материальном, отношении товарищ драгоценный. Он не будет стеснять направление газеты, потому что подчинится ему и сам".12 Осуществить издание газеты, однако, не удалось.
   Летом 1861 г. Михайлов, Шелгунов с супругой и Гербель выехали за границу, причем Михайлов отправился в Лондон, чтобы напечатать в Вольной русской типографии революционную прокламацию "К молодому поколению". Гербель, возможно, был осведомлен о его планах.13 Более того, он сам ездил в Лондон во второй половине июля (по-видимому, после Михайлова), сносился с Герценом и Огаревым, которым передал стихотворения для сборника "Русская потаенная литература" и альманаха "Полярная звезда" и сообщал о положении в России. Гербель также доставил Герцену "Записки" М. А. Бестужева.14
   После ареста и осуждения Михайлова Гербель был в числе немногих наиболее близких ему лиц, которым было разрешено свидание с осужденным 14 декабря 1861 г. перед отправкой его на каторгу.15 В дальнейшем Гербель поддерживал с ним связь, оказывал ему помощь. Через Гербеля Некрасов переслал Михайлову деньги.16 А когда в конце 1862 г. были арестованы посетившие Михайлова на каторге Шелгуновы, Гербель хлопотал об их освобождении и помогал им материально.17
   Одним из аспектов издательской деятельности Гербеля было издание за границей запрещенных в России литературных произведений. Когда после ареста Михайлова стало невозможно выпустить в России сборник его переводных стихотворений, Гербель содействовал осуществлению этого издания в Берлине, где оно вышло в свет в 1862 г.18 Четыре года спустя Гербель попытался издать стихотворения Михайлова в более полном объеме в России и даже отпечатал без предварительной цензуры 2500 экземпляров книги, но весь тираж был уничтожен по постановлению Главного управления по делам печати.19
   В 1861 г. Гербель издал в Берлине отдельной книгой "Стихотворения А. С. Пушкина, не вошедшие в последнее собрание его сочинений". Подготовка издания потребовала большой библиографической и текстологической работы, тщательного сбора стихотворений, распространенных в списках.20 В предисловии, подписанном псевдонимом "Русский", Гербель писал: "Благодаря тупоумию русской ценсуры около сотни больших и малых стихотворений величайшего из русских поэтов исключено из обоих изданий,21 а другая сотня искажена или урезана <...>. Цель предлагаемого издания - дать русской читающей публике возможно полное собрание стихотворений Пушкина, запрещенных русскою ценсурою...".22
   В том же году у лейпцигского издателя Ф. А. Брокгауза Гербель начал выпускать "Библиотеку русских авторов", первым томом которой явилось лучшее из зарубежных собраний сочинений К. Ф. Рылеева; том завершался первой библиографией произведений Рылеева.23 Вышедший через год второй том "Библиотеки" содержал стихотворения декабристов: С. И. Муравьева-Апостола, А. И. Одоевского, Г. С. Батенькова, В. К. Кюхельбекера, А. А. Бестужева и Н. И. Лорера.24 Подборка стихов каждого из них открывалась биографическим очерком, а в конце прилагалась "Библиографическая статья о сочинениях декабристов". Наконец, в начале 60-х годов по заказу Гербеля были изготовлены в большом количестве альбомы фотографий с портретов декабристов; эти альбомы он распространял среди знакомых.25
   Гербель был членом созданного в 1862 г. так называемого "Шахматного клуба" - литературно-политической организации, которая объединяла прогрессивных писателей и ученых Петербурга и вела революционную пропаганду.26 Как вспоминал Л. Ф. Пантелеев, весной 1862 г. Шелгунов посылал Гербелю с Н. И. Утиным какую-то прокламацию.27
   Гербель не был членом "Земли и воли", но, по свидетельству А. А. Слепцова, был близок к организации и являлся посредником между нею и Шелгуновым, когда последний находился в Сибири. В 1864 г. Гербель прятал у себя архив и типографский шрифт "Земли и воли", которые затем были приняты у него для уничтожения.28
   Спад революционной волны, усиление реакции вызвали разочарование Гербеля в активной общественной деятельности. В стихотворении "Давно я не вижу небесной лазури" (1864), отразившем его новые настроения, он писал:
  
   И вот, искушенный житейской невзгодой,
        Чуть с ветром заспорит ладья,
   Уже не о новой борьбе с непогодой -
        О пристани думаю я.29
  
   Тем не менее гражданские чувства были сильны у Гербеля и в последующие годы; это запечатлено в стихотворении видевшего его в конце жизни поэта-демократа M. H. Соймонова "Венок на могилу Н. В. Гербеля", которое было произнесено над гробом 11 марта 1883 г. (Гербель умер 8 марта).
  
   Я видел раз тебя, усопший в мире брат!
   Лишь только раз - но ты, средь грязной тины века,
   Где ложь кругом и где бесчинствует разврат -
   Как луч во тьме, явил мне образ человека.
  
   Я видел раз тебя, поэт и гражданин!..
        Болел ты муками отчизны...
   Страдая - ты любил; любя - как верный сын,
   Отчизне-матери не слал ты укоризны.30
  
   Оригинальные произведения составляли незначительную долю в поэтическом творчестве Гербеля, к тому же они довольно однообразны. Это - либо элегические медитации в духе эпигонского романтизма ("Меня преследует какой-то демон злой...", "Перед камином", "Простор" и др.), либо залихватские ура-патриотические куплеты, посвященные полкам, в которых служил поэт ("Изнищай", "Уланы", "Песнь лейб-гвардии Уланского полка"). Последние, будучи перепечатаны в двухтомном "Полном собрании стихотворений" Гербеля (СПб., 1882), вызвали язвительные насмешки рецензента "Отечественных записок", утверждавшего, что они произведут "несомненно великий эффект во всякой казарме".31
   Основным в творчестве Гербеля был стихотворный перевод. Переводил он много, причем выбор определяли главным образом подготовлявшиеся им переводные издания. Больше всего переводил он Байрона: около 30 лирических стихотворений, поэмы "Паризина", "Осада Коринфа", "Морской разбойник", "Лара", "Жалоба Тасса", "Остров", "Проклятие Минервы" и мистерию "Небо и Земля". Из английской поэзии он также перевел все сонеты Шекспира, сцены из трагедии Марло "Эдуард II", отрывки из поэм Крабба, по одному стихотворению Э. Спенсера и Шелли.32 С немецкого Гербель в основном переводил стихотворения Шиллера и Гете и прозаические их произведения ("Гец фон Берлихинген", "Эгмонт", "Брат и сестра", "Боги, герои и Виланд", "Добрые женщины" Гете; "Заговор Фиаско в Генуе", "История тридцатилетней войны" Шиллера). Он также перевел два стихотворения Бюргера и по одному Маттисона и Гейне. Единичные стихотворения были им переведены с французского (Корнель - монолог из трагедии "Сид", Шенье, Жильбер, Гюго) и латыни (Гораций, Катулл).
   Особое место в переводном наследии Гербеля занимал "Славянский мир" (так был озаглавлен специальный раздел в "Полном собрании стихотворений"). Здесь преобладал Шевченко, из которого Гербель перевел полтора десятка стихотворений и поэмы "Гайдамаки" и "Катерина". Кроме того, он переводил народные песни - украинские (малорусские и червоннорусские) и белорусские, а также отдельные стихотворения почти сорока поэтов - украинских, сербских, болгарских, польских, чешских, лужицких и словенских (хорутанских).
   Поэтическое дарование Гербеля было невелико. Умение составить гладкий стих - а именно в этом заключалось главное его искусство - не было большой заслугой при общем уровне русской поэтической культуры середины XIX в. Употребляемая им лексика обычно пестра, лишена стилистического единства независимо от стиля оригинала. Основным его пороком были не отступления от подлинника, неизбежные в стихотворных переводах, но то, что эти отступления являлись, как правило, поэтическими штампами и банальностями, которые подчас сочетались с прозаизмами и неловкими оборотами, обусловленными трудностями оригинала. Ограничимся одним примером - началом перевода стихотворения Байрона "Сегодня мне исполнилось 36 лет" (принадлежащего к лучшим переводам Гербеля):
  
   О, сердце, замолчи: пора забыть страданья!
   Уже любви ни в ком тебе не возбудить;
   Но если возбуждать ее не в состоянье,
        Все ж я хочу еще любить.
  
   Как листья, дни мои поблекли и завяли;
   Цветы моей любви оборваны грозой -
   И вот грызущий червь, упреки и печали
        Одни осталися со мной.
  
   Как гибельный волкан, средь глади вод безбрежной,
   Мой внутренний огонь клокочет с давних пор;
   Не светоч он зажжет, таинственный и нежный,
        А погребальный мой костер...33
   и т. д.
  
   Выделены добавления Гербеля, не имеющие соответствий в оригинале. Они достаточно характерны. Четкие образы, резкие переходы и контрасты оригинала в переводе сглажены, дополнены произвольными добавлениями и банализированы. Притом переводчик значительно распространил стих, заменив четырехстопные строки шестистопными, а двухстопные - четырехстопными, в резулыьтате чего 28 слогов строфы оригинала в переводе разрослись до 46.
   Соответственно репутация Гербеля-поэта у современников была невысока. Когда в 1858 г. он издал сборник своих оригинальных и переводных стихотворений "Отголоски", Добролюбов в специальной рецензии писал, что "у г. Гербеля своего голоса нет", а потому "в своем затруднительном положении г. Гербель решился издавать отголоски на голоса других поэтов", и заключал: "Вообще, надо сказать, что г. Гербель, как отголосок, не имеет особенной силы "выражения"".34 И в дальнейшем Добролюбов не упускал случая поиронизировать над "отголосками", "какие издавал некогда г. Гербель, утопая в волшебном сиянье и впивая надзвездный эфир".35
   В письме от 5 ноября 1856 г. к находившемуся в Италии Некрасову Чернышевский, перечисляя содержание 11-го номера "Современника", замечал, что помещенный там перевод Гербеля из Шиллера, "пожалуй, лучше бы не печатать".36 По поводу того же номера Некрасов возмущался, что Панаев в его отсутствие "пачкает "Современник" стишонками Гербеля и Грекова".37 В 70-е годы он под благовидным предлогом отказался от печатания в "Отечественных записках" "Паризины" и "Острова" в переводах Гербеля.38 В этой связи можно отметить, что, по мнению П. И. Вейнберга, поэмы Байрона, переведенные Гербелем, "носят на себе печать крайней вялости и беспомощности переводчика".39
   Окончательный приговор Гербелю-переводчику был высказан критиком В. В. Чуйко в книге о русской поэзии второй половины XIX в. Говоря, что Гербель "перевел великое множество поэтических произведений", Чуйко добавлял: "... но ни один из этих переводов нельзя назвать вполне удачным: иногда недурно, но очень бледно, казенно, иногда положительно скверно и даже бессмысленно".40
   Заслугой Гербеля следует считать не собственные его переводы, но его издательскую деятельность, составившую важный этап в истории русской переводной литературы. К середине XIX в. в русской литературной жизни ощущалась нужда в переводных собраниях сочинений крупнейших иностранных писателей. Необходимость эта диктовалась и общими потребностями русской культуры и специфическими задачами развития переводной литературы. Выше, в главе о Жуковском, мы отмечали, что на более ранних этапах поэт-переводчик в сознании читателей стоял наравне с переводимым автором и даже в какой-то мере заслонял его, и это отражалось на эдиционных принципах. В дальнейшем же творческая личность переводимого автора заслоняла собою переводчика, который низводился до роли языкового посредника. Это был сложный, длительный и противоречивый процесс, но переломным моментом в России являлись, по-видимому, 30-40-е годы прошлого века.
   Осознание примата переводимого автора над переводчиком отразилось на характере изданий - появилась потребность в собрании сочинений этого автора, которое представило бы более или менее полно его творческую личность. И в 40-е годы одна за другой предпринимаются попытки создания таких собраний. В 1841 г. московский врач и переводчик, друг Белинского и Герцена Н. X. Кетчер начинает издавать прозаические переводы пьес Шекспира.41 В следующем году, как упоминалось выше, молодой стихотворец И. П. Бочаров (ум. 1892) с "обществом молодых людей" (по словам В. Г. Белинского) приступил к изданию сочинений Гете.42 В 1845 г. собрание романов Вальтера Скотта издавал А. А. Краевский.43 К этим предприятиям примыкает и "Испанский театр", начатый К. И. Тимковским в 1843 г.44 Однако все перечисленные начинания не были доведены до конца (наиболее продвинулось издание Кетчера, доведенное к 1850 г. до середины). Конкретные причины прекращения их в каждом случае были разными, но существовали и некоторые общие факторы, препятствовавшие успеху. Стихотворные произведения в этих собраниях передавались прозой, издания осуществлялись единолично или узким кругом лиц, и, наконец, ни одно из них не использовало наследия, накопленного русской переводной литературой.
   Принимаясь за издание сочинений иностранных писателей, Гербель учитывал опыт своих предшественников, особенно отрицательные его стороны, и строил свою работу на совершенно иных основаниях. Во-первых, он решительно отказался от передачи поэзии прозой. Впоследствии в предисловии к изданию Шекспира он писал: "Никто не будет спорить, что только стихотворный перевод может служить некоторою заменою стихотворного подлинника для публики, желающей наслаждаться на своем языке изучением творений иностранного поэта".45
   Во-вторых, Гербель всегда использовал предшествующие переводы, для чего производил кропотливые библиографические разыскания, выявляя все, что уже было переведено к тому времени на русский язык. Для издания стихотворений Шиллера он, по собственному признанию, "пересмотрел все наши журналы, сборники и альманахи с 1800 по 1856 год включительно и почти все существующие собрания сочинений, переводов и стихотворений разных авторов, что составило с лишком 9000 томов, и сделал необходимые выписки".46 Иногда Гербель даже прибегал к посторонней помощи. Так, в пору подготовки издания сочинений Байрона он писал библиографу М. Н. Лонгинову: "Не поможете ли Вы мне в пересмотре старых альманахов и некоторых малоизвестных журналов, начиная с 1810 года? Все известные современные журналы мною пересмотрены, и потому их подымать нечего, также: Вестник Европы, Телеграф, Московский наблюдатель, Маяк, Русская Беседа. Если возможно - помогите".47
   Наконец, Гербель привлекал к своим изданиям возможно более широкий круг участников. Причину этого он объяснял так: "У нас, где силы каждого деятеля развлечены таким множеством еще не тронутых задач, не скоро можно дождаться, чтобы явился замечательный поэт, который мог бы на много лет оторваться от всех других трудов, исключительно посвятив свои силы исполнению столь обширного дела" 48 (т. е. единоличного перевода всех произведений великого поэта). Поэтому, указывал Гербель в предисловии к изданию Шиллера, единственная возможность - это "разделить труд перевода между несколькими писателями, из которых каждый выбрал бы для передачи на русский язык то, что наиболее согласуется с его талантом и направлением".49
   Первым редакционно-издательским опытом Гербеля явилось собрание переводов стихотворений Шиллера. Обращение именно к Шиллеру было не случайным. Немецкий поэт, великий гуманист, неутомимый проповедник идеалов истины, добра и свободы, стал неотъемлемой частью русской духовной жизни. Еще ссыльный Пушкин мечтал говорить с друзьями "о Шиллере, о славе, о любви" ("19 октября"). А спустя полвека Достоевский заявит, что переведенный Жуковским Шиллер "в душу русскую всосался, клеймо в ней оставил, почти период в истории нашего развития обозначил".50 Недаром шиллеровокие слова бросал в лицо обитателям "леса" Несчастливцев. И Чернышевский, подчеркивая значение издания Гербеля, утверждал: "Поэзия Шиллера как будто родная нам <...>. Произведения Шиллера были переводимы у нас - и этого довольно, чтобы мы считали Шиллера своим поэтом, участником в умственном развитии нашем".51
   Собирать переводы стихотворений Шиллера Гербель начал, по-видимому, еще в 1853 или 1854 г. Во всяком случае 21 сентября 1854 г., направляясь с полком на границу Австрии, он писал из похода своему другу и поверенному в делах Н. Я. Макарову, чтобы тот взял у его брата ""Шиллера в русском переводе", совершенно готового к изданью", и передал Михайлову.52 "Порадеть об издании" книги Гербель просил Михайлова в письме от 27 сентября. Однако работа над подготовкой рукописи сборника была тогда еще не вполне завершена, поскольку в том же письме говорилось о необходимости связаться со Струговщиковым и поэтессой А. П. Глинкой и просить их выправить свои переводы.53 Михайлов также должен был написать биографию Шиллера (чего он в итоге не сделал, и она была написана самим Гербелем). Издание задерживалось; не последнюю роль в этой задержке, видимо, сыграл "цензурный террор" последних лет николаевского царствования. Кроме того, только в августе 1856 г. Гербель получил от наследников Жуковского и от С. П. Шевырева разрешение на перепечатку их переводов.
   Собрание стихотворений Шиллера в русском переводе вышло в двух томах в 1857 г.54 В нем было напечатано 260 стихотворений, принадлежавших 49 поэтам-переводчикам. 180 переводов были выполнены 23 поэтами специально для этого издания. Остальные представляли собою перепечатки прежних публикаций, три из которых, однако, были заново исправлены авторами. Больше всего пополняли новое издание своими переводами Л. А. Мей, М. А. Дмитриев, А. Н. Струговщиков, М. Л. Михайлов, А. Я. Мейснер, Д. Е. Мин, Ф. Б. Миллер и, конечно, сам Гербель. В издании также участвовали В. Г. Бенедиктов, M. M. Достоевский, В. С. Курочкин, А. Н. Майков, Я. П. Полонский, Ф. И. Тютчев, А. А. Фет, С. П. Шевырев и др. Словом, Гербель привлек для издания все силы русской поэзии своего времени. Из старых переводов, разумеется, выделялись стихотворения Жуковского.
   В предисловии Гербель особо отмечал: "При выборе между стихотворениями, существующими на русском языке в нескольких переводах, я нередко был поставляем в затруднение тем, что одна часть пиэсы была удачно и часто безукоризненно хорошо переведена одним поэтом, в то время как другая была передана удачнее другим; что там, где один являлся сильным, другой оказывался слабым, и наоборот - и все это в пределах одного, часто небольшого, лирического стихотворения. Случалось также встретить два и более перевода одного стихотворения, равносильные по достоинству; принять одно, значило - пожертвовать другим, что было бы несправедливо". Это побудило Гербеля помещать в издании от двух до пяти переводов отдельных стихотворений, чтобы тем самым "представить, по мере возможности, в полнейшей передаче творения избранного поэта".55
   Первоначально Гербель намеревался издать только стихотворения Шиллера. Но интерес и сочувствие, вызванные его предприятием в литературных кругах, побудили его продолжить свое начинание. 15 сентября 1856 г., т. е. незадолго до выхода первого тома "Лирических стихотворений", он писал Макарову из Москвы: "Здесь все литераторы очень интересуются Шиллером и поощряют меня к дальнейшему преследованию моей идеи, т. е. издать его всего".56 Выход тома вызвал всеобщее одобрение. 10 апреля 1857 г., отвечая на благодарность Г. П. Данилевского за подаренную ему книгу, Гербель сообщал: "Тютчев, Фет, Майков, Панаев, князь Вяземский, Бенедиктов, Гаевский, Мей и Полонский - наговорили мне и письменно и изустно множество комплиментов по поводу моего издания, что не могло меня не порадовать, тем более что всех этих людей я душевно люблю и уважаю".57 Чернышевский в "Современнике" (1857, No 1) назвал "прекрасной" мысль издать Шиллера в русском переводе и писал: "Мы желаем, чтобы издание г. Гербеля имело успех в публике".58 А Дружинин в "Библиотеке для чтения" (1857, No 3) выражал надежду, что "книга г. Гербеля дополнится последующими томами", и тогда, заверял он, "мы порадуемся от души и от души поздравим издателя с окончанием его истинно полезного предприятия".59
   Общее одобрение воодушевило Гербеля, и, выпуская II том "Лирических стихотворений", он принялся готовить "Драматические сочинения Шиллера в переводах русских писателей", составившие тома III-VII его издания (1857-1859). Том VIII (1860) был озаглавлен "Разные сочинения Шиллера" и включал неоконченную трагедию "Димитрий Самозванец", роман "Духовидец", драматический отрывок "Мизантроп" и некоторые статьи. Том IX (1861) - "Исторические сочинения Шиллера" - содержал перевод "Истории тридцатилетней войны". В предисловии Гербель сообщал, что готовит тома X-XII, куда войдут остальные исторические сочинения Шиллера, а также его философские и критические статьи"60 Однако эти тома так и не были выпущены, и IX томом издание закончилось.
   Мы остановились подробнее на истории создания "Шиллера в переводе русских писателей" (так было названо собрание в целом), чтобы показать, как складывался тип издания переводного собрания сочинений, утвердившийся в дальнейшем в издательской практике самого Гербеля и его последователей.
   Еще до завершения "Шиллера" Гербель подготовил и издал "Кобзаря" Т. Г. Шевченко в русских стихотворных переводах.61
   В 1859 г. в журнале "Библиографические записки" появилось сообщение: "Гг. Гербель и Михайлов готовят собрание русских переводов сочинений Байрона и других английских поэтов".62 Осуждение и ссылка Михайлова, видимо, приостановили эту работу, и издание Байрона вышло в свет только в 1864-1866 гг.63
   Н. А. Некрасов, задумавший еще в 1858 г. издать пьесы Шекспира, привлек к этому делу Дружинина и Гербеля. После смерти Дружинина (в 1864 г.) основной труд по подготовке издания пришелся на долю Гербеля. Оно вышло в свет в 1865-1868 гг. и включало все 37 канонических пьес драматурга. 18 переводов были здесь новыми, 4 пьесы появились впервые на русском языке, 8 - впервые в стихотворном переводе.64
   В начале 70-х годов вместе с переводчиком А. Л. Соколовским, с которым он сошелся в пору издания Шекспира, Гербель начал издавать полное собрание сочинений Гофмана. Однако задуманное в 12-ти томах издание было доведено только до четвертого тома:65 слишком чужда русским читателям этого времени была фантастика немецкого романтика. "Наша публика, - писал рецензент демократического журнала "Дело", - в сочинениях Гофмана увидит только массу скучного, фантастического пустословия и ничего более".66
   Зато несомненно успешной была подготовка собрания сочинений Гете, выпущенного Гербелем в 1878-1880 гг.67 В 60-е годы П. И. Вейнберг пытался предпринять такое издание, но не смог довести его до конца (см. ниже, с. 272). Гербель же осуществил свое издание полностью, представив в нем переводы многих произведений, ранее неизвестных на русском языке (в том числе: "Фауст", вторая часть; "Годы странствий Вильгельма Мейстера"; "Поэзия и правда").
   Тогда же, в 70-е годы, Гербель задумал издание национальных поэтических антологий. Первой была "Поэзия славян" - обширный том, знакомивший русских читателей с народным творчеством на славянских языках и произведениями славянских поэтов.68 Далее последовали сборники произведений английских и немецких поэтов в русских переводах.69 Однако особого успеха эти сборники не имели, а появившиеся в печати обвинения Гербеля в том, что он наживается на бесплатной перепечатке чужих переводов,70 заставили его отказаться от продолжения таких изданий и не отдавать в печать уже подготовленный им сборник "Французские поэты".71
   Следует также отметить, что еще в конце 50-х годов Гербель задумал серию под общим заглавием "Библиотека иностранной поэзии", в которой предполагал выпускать сборники стихотворных переводов крупнейших современных поэтов-переводчиков. Первую книгу составили переводы Н. В. Берга.72 По-видимому, следующим должен был быть сборник переводов Михайлова. Запрещение этого издания, возможно, заставило Гербеля отказаться от продолжения серии. Однако в разное время он издал переводные стихотворения И. П. Крешева и Д. Л. Михаловского.73
   О своей деятельности Гербель писал: "...я издаю только то, работаю над чем сам и к чему лежит моя душа".74 Переводные его издания, как правило, были снабжены биографическими статьями и заметками (обычно компилятивного характера), для написания которых привлекались специалисты. В "Шекспире" каждой пьесе предшествовала пояснительная статья. В томах собраний сочинений неизменно приводилась тщательно составленная Гербелем библиография русских переводов произведений данного автора, представленных в данном томе.
   Редакционная работа Гербеля касалась и самих переводов. Обычно он сверял их с оригиналами и в тех случаях, когда обнаруживал неточности, неправильности размера и т. п., предлагал переводчикам исправить замеченные недостатки или исправлял их сам. Так, например, он писал М. Н. Лонгинову 5 января 1866 г., что во II томе "Шекспира" переводы "более или менее исправлены авторами и мною", а 2 августа 1867 г. сообщал ему же о работе над IV томом: "Бездна дела: надо каждую пьесу сверить и исправить".75
   Сохранилась правленная Гербелем рукопись поэмы Байрона "Дон-Жуан" в прозаическом переводе А. Л. Соколовского.76 А его правка переводов H. В. Берга в антологии "Поэзия славян", не согласованная с переводчиком, вызвала в свое время конфликт.77
   Подготовленные Гербелем собрания сочинений иностранных авторов (кроме Гофмана) пользовались неизменным успехом и переиздавались. Осуществляя такие переиздания, Гербель не ограничивался простой перепечаткой сделанного, но стремился дополнить собрание произведениями, ранее не представленными из-за отсутствия переводов. Так дополнялись издания Шиллера, Байрона. "Полное собрание драматических произведений" Шекспира в 3-м издании (1880) стало "Полным собранием сочинений", поскольку в него вошли переводы сонетов и поэм. Слабые переводы по возможности заменялись лучшими. Так, включенный в 1-е издание Байрона весьма несовершенный и неполный стихотворный перевод "Дон-Жуана", сделанный Д. Д. Минаевым, во 2-м издании был заменен упомянутым прозаическим переводом А. Л. Соколовского, о котором Гербель писал: "Это первый и единственный полный перевод этого венца произведений великого поэта. Перевод, по отзывам всех понимающих дело, превосходен и по возможности передает близко подлинник, отличающийся непреодолимыми трудностями для перевода".78
   Своих трудов Гербель не оставлял до конца жизни. Находясь на лечении в Ницце, больной, он писал 27 ноября (9 декабря) 1881 г. Н. Я. Макарову: "Несмотря, однако, на все мои немощи <...> работы мои продолжаются с прежней энергией <...> готовлю к печати третье издание "Полного Собрания Сочинений Байрона", куда войдет все, написанное Байроном, и где появятся новые мои переводы "Неба и Земли", лучшей из поэм автора "Дон-Жуана", и целого ряда мелких стихотворений, одобренных всеми, знающими дело".79
   Время показало правильность пути, избранного Гербелем. "Успех, который имели все эти издания, - отмечал рецензент газеты "Голос", - вполне ими заслужен: наша публика хорошо поняла и пользу таких изданий и ту добросовестность и уменье, с которыми взялся за это дело г. Гербель".80 Когда в 1875 г. в пятый раз был издан "Шиллер", Н. К. Михайловский писал: "Пятого издания русские книги, если не считать учебников и сказок вроде "Гуака" или "Милорда английского", вообще почти не доживают. Поэтому пятое издание Шиллера уже само по себе составляет факт чрезвычайно знаменательный".81 Подготовленные Гербелем переводные собрания продолжали переиздаваться и после его смерти.
   В 1859 г., откликаясь на выход в свет гербелевского издания Шиллера, М. Л. Михайлов писал о значении "тех немногих вечных наставников и руководителей человечества, с которых начинаются новые периоды его развития", и добавлял: "Великая заслуга - дать чужому народу полный перевод такого писателя, по возможности удовлетворяющий современным требованиям. Такую заслугу оказал русской литературе г. Гербель, и ему должны быть глубоко благодарны все, кому дороги успехи этой литературы".82 А почти полвека спустя публицист А. И. Фирсов свидетельствовал: "Не одно молодое русское поколение изучало великие творения всемирных гениев Шиллера, Гете, Шекспира и Байрона, не одно оно восторгалось их дивными красотами по прекрасным переводам наших поэтов, с любовью собранным в сборники Николаем Васильевичем Гербелем".83 К этому можно добавить, что выработанный Гербелем тип переводного собрания сочинений в основных чертах сохраняется и в наши дни.
  
   1 Ростопчина Е. Ода к поэзии. Анахронизм. - Москвитянин, 1852, ч. 6, No 21, нояб., кн. 1, с. 5.
   2 Современник, 1852, т. 36, No 12, отд. 6, с. 271.
   3 См. о нем: Автобиография Н. В. Гербеля. М., 1915. 18 с; Полевой П. Н. В. Гербель. - В кн.: Гимназия высших наук и Лицей кн. Безбородко. 2-е изд. СПб., 1881, с. 344-356; Невзоров Н. Памяти Николая Васильевича Гербеля. Казань, 1883. 5 с; Фирсов А. И. В усадьбе Н. В. Гербеля. - Ист. вестн., 1903, т. 93, No 8, с. 516-525; Ельницкий А. Е. Гербель, Николай Васильевич. - В кн.: Русский биографический словарь: Гааг-Гербель. М., 1914, с. 486-492; Левин Ю. Д. Н. В. Гербель и его антология "Поэзия славян". - В кн.: Славянские литературные связи. Л., 1968, с. 95-123; Тарасенко И. Н., Хохлачев В. В. Издательская деятельность Н. В. Гербеля: (Из истории идейного книжного дела 50-70-х годов XIX в.). - Книга, М., 1974, сб. 28, с. 98-120; Engel-Braunschmidt A. Deutsche Dichter in Russland im 19. Jahrhundert: N. V. Gerbel's "Deutsche Dichter in Biographien und Proben" als Zentrum der Kenntnis und Verbreitung deutscher Dichtung. MЭnchen, 1973. 362 S.
   4 См. о нем: Грабарь И. Архитекторы-иностранцы при Петре Великом. - Старые годы, 1911, июль-сент., с. 137-138. - См. также письмо Н. В. Гербеля к П. П. Пекарскому от 30 янв. 1861 г. (ГПБ, ф. 568, No 195).
   5 Автобиография Н. В. Гербеля, с. 8.
   6 Романович-Славатинский А. В. Моя жизнь и академическая деятельность. 1832-1884 гг. - Вестн. Европы, 1903, No 1, с. 178.
   7 Библиотека для чтения, 1846, т. 79, No 12, отд. 1, с. 117.
   8 См.: Панаева (Головачева) А. Я. Воспоминания. М., 1948, с. 213.
   9 Игорь, князь Северский: Поэма. Перевод Н. Гербеля. СПб., 1854, с. 33. 49, 125.
   10 См.: Полевой П. Н. В. Гербель, с. 354.
   11 Быков П. Памяти Н. В. Гербеля: (К 20-летию его смерти). - Биржевые ведомости, 1903, 8 (21) марта, No 120, с. 2.
   12 Шелгунов Н. В.; Шелгунова Л. П., Михайлов М. Л. Воспоминания: В 2-х т. М., 1967, т. 1, с. 118.
   13 См.: Казанович Е. П. Письма Н. В. и Л. П. Шелгуновых и М. Л. Михайлова к Н. В. Гербелю. - В кн.: Историко-литературный сборник: Посвящается В. И. Срезневскому. Л., 1924, с. 226-228.
   14 См.: Эйдельман Н. Я. Тайные корреспонденты "Полярной звезды". М.. 1966, с. 193-200, 226.
   15 Лемке М. Политические процессы в России 1860-х гг. 2-е изд. М.; Пг., 1923, с. 134.
   16 См. письмо Некрасова к Гербелю от 5 янв. 1863 г. (Некрасов П. А. Полн. собр. соч. и писем. М., 1952, т. 11, с. 13).
   17 См.: Казанович Е. П. Письма Н. В. и Л. П. Шелгуновых..., с. 232-235.
   18 Стихотворения М. Л. Михайлова. Берлин: Georg Stilke, 1862. 326 с. - Находясь в Петропавловской крепости, Михайлов писал Шелгуновым в ноябре 1861 г. об издании своих стихотворений: "Гербель может отлично привести все в порядок" (Современник, 1912, No 9, с. 205).
   19 Стихотворения М. Л. Михайлова. Редакция издания Н. В. Гербеля. СПб.: Тип. К. Вульфа, 1866. XVI, 428 с. - Об издании см.: Ашукин Н. К истории издания сочинений М. Л. Михайлова. - В кн.: Михайлов М. Л. Полн. собр. стихотворений. М.; Л., 1934, с. 649-652; Добровольский Л. М. Запрещенная книга в России. 1825-1904. М., 1962, с. 60, No 36; Левин Ю. Д. Издание стихотворений М. Л. Михайлова. - В кн.: Издание классической литературы: Из опыта "Библиотеки поэта". М., 1963, с. 203.
   20 См. письма Гербеля к М. Н. Лонгинову от 30 марта и 17 апр. 1861 г. и без даты (ИРЛИ, 23146/CLXVI6.12, л. 3-7, 20-21 об.). В последнем письме, обращаясь к Лонгинову за помощью, Гербель писал: "Это была бы с Вашей стороны великая услуга русской литературе" (л. 20 об.).
   21 Т. е. издания под редакцией П. В. Анненкова (1855-1857) и Г. В. Геннади (1859-1860).
   22 Стихотворения А. С. Пушкина, не вошедшие в последнее собрание его сочинений: Дополнение к 6 томам петербургского издания. Изд. Р. Вагнера. Берлин, 1861, с. V. - См.: Краснов Г. В. Берлинское издание "Стихотворений" Пушкина в Нижегородской губернии. - В кн.: Болдинские чтения. Горький, 1978, с. 110-116.
   23 Полное собрание сочинений К. Ф. Рылеева. Лейпциг: F. A. Brockhaus, 1861. XX, 394 с. - См.: Рыспин Е. И. Основные издания сочинений русских писателей. XIX век. М., 1948, с. 33.
   24 Собрание стихотворений декабристов. Лейпциг: F. A. Brockhaus, 1862. XVI, 231 с. - В письме от 29 нояб. 1861 г. Гербель просил П. А. Ефремова передать ему для издания хранившиеся у того стихотворения Одоевского, Кюхельбекера и Батенькова (ИРЛИ, ф. 103, оп. 2, No 16, л. 3-3 об.).
   25 Н. Б. [Берг Н. В.] Николай Васильевич Гербель: (Из литературных воспоминаний). - Новое время, 1883, 28 апр. (10 мая), No 2572, с. 3.
   26 См. донесение полицейского агента Волгина в кн.: Герцен А. И. Полн. собр. соч. и писем. Пб., 1920, т. 15, с. 325.
   27 См.: Пантелеев Л. Ф. Воспоминания. М., 1958, с. 161-162. - По предположению Пантелеева, это была прокламация "К офицерам".
   28 См.: Герцен А. И. Полн. собр. соч. и писем, т. 16, с. 75.
   29 Эпоха, 1864, No 1-2, с. 350.
   30 Соймонов М. Н. Недопетые песни: Стихотворения. (Посмертное издание). СПб., 1891, с. 190.
   31 Отеч. зап., 1882, т. 263, No 12, отд. 2, с. 213.
   32 Так как Гербель недостаточно хорошо владел английским языком, при переводе английских поэтов он прибегал к помощи своей жены О. И. Гербель (см.: Фарсов А. И. В усадьбе Н. В. Гербеля, с. 519), которая сама пе

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 354 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа