Главная » Книги

Горький Максим - Разрушение личности, Страница 3

Горький Максим - Разрушение личности


1 2 3

и потешают его, жирную жабу, когда он устает душить правду, красоту, любовь.
   Славная, умная Жорж Санд говорила: "Искусство не такой дар, который мог бы обойтись без широких знаний во всех областях. Надо пожить, поискать, нужно сперва многое переварить, много любить, страдать, не переставая в то же время упорно работать. Прежде, чем пустить в ход шпагу, надо основательно научиться фехтовать. Художник, который исключительно художник, бессилен, т. е. посредствен, или он вдается в крайность, т. е. безумен".
   Посредственности и безумцы - вот два типа современного писателя.
   Момент, переживаемый нашей страной, требует от него больших знаний, энциклопедизма, но писатель, видимо, не чувствует этих требований.
   Литература наша - поле, вспаханное великими умами, еще недавно плодородное, еще недавно покрытое разнообразными и яркими цветами, - ныне зарастает бурьяном беззаботного невежества, забрасывается клочками цветных бумажек - это обложки французских, английских и немецких книг, это обрывки идей западного мещанства, маленьких идеек, чуждых нам; это даже не "примирение революции с небом", а просто озорство, хулиганское стремление забросать память о прошлом грязью и хламом. Пришел кто-то чужой, и все чуждо ему, он пляшет на свежих могилах, ходит по лужам крови, и его желтое, больное лицо бесстыдно скалит гнилые зубы. Вольной дикарь, он чувствует себя победителем, и орет, орет, опьяненный радостью при в аде людей, которые сегодня слушают его бессвязный крик; зефемерида - он живет шумом и блеском дня, не думая о том, что грозное завтра осудит его, горько н презрительно осмеет.
   О чем говорит современный литератор?
   "Что есть жизнь? - говорит он. - Все есть пища смерти, псе. И хорошее, и дурное, содеянное тобой, исчезнет со смертию твоею, человек. Всё - равно и все - равно ничтожны пред лицом смерти".
   Слушая эти новые слова, мещанин одобрительно кивает головою: "Так, не стоит творить жизнь, и бесполезно стараться изменить ее, добро и зло - равноценны. И зачем искать смысла дней? Примем и полюбим их такими, каковы они есть, наполним их всеми наслаждениями, доступными нам, и они будут легко и приятно поглощаться нами".
   И храбро преступая кодекс морали своей, - уложение о наказаниях уголовных - мещанин наполняет дни свои грязью, пошлостью, творит маленькие, гадкие грешки против тела и духа человеческого и - блаженствует.
   Он бессмертен, мещанин; он живуч, как лопух; попробуй - скоси его, но если не вырвешь корня - частной собственности, - он снова пышно разрастется и быстро задушит все цветы вокруг себя. Проповедь смерти полезна ему: она вызывает в душе его спокойный нигилизм и - только. Острой пряностью мышления о гибели всего сущего мещанство приправляет жирную и обильную пищу свою, побеждая пресыщение свое, а клиенты его, певцы смерти, господа Смертяшкины73, действительно и неизлечимо отравляются страхом ее, бледнеют, вянут и жалобно кричат:
   - Погибаем, ибо нет личного бессмертия!
   Известно, что "шуты и дети часто говорят правду".
   Чуковский торжественно возгласил унижающую человека и писателя "правду" о современной литературе:
   ""Ужас Бесконечного" стал теперь, если хотите, литературной модой. Литераторы, поэты, художники обсасывают его, как леденец. И та литературная школа, с которой теперь все охотнее сближает свое имя Андреев,- она вся вышла из этого ужаса, питается им. Для того, чтобы стать теперь истинным поэтом, нужно уметь ужаснуться. И Блока, и Белого, и Брюсова, и Леонида Андреева, как они ни различны, объединяет один этот животный ужас, который заставлял толстовского Ивана Ильича кричать протяжно и однотонно:
   - У-у-у-у!..
   Они - как приговоренные к казни. И пусть Брюсов относится к ней бодро и строго, а Белый фиглярничает и строит палачу рожи, пусть Сологуб забегает за секунду до эшафота в свою пещеру, а Городецкий восторгается палачом и поет ему славословия - все это, в конце концов, и эти безумные и мудрые слова, и эти кошмарные и строгие образы - все это одно:
   - У-у-у-у!
   И ничто другое. И великим ныне сочтем того, кто сумеет по-новому, с новым приливом ужаса выкрикнуть этот вопль, и величайшим будет тот, кто заставит и нас вопить за ним, без слов, без мыслей, без желаний:
   - У-у-у-у!.." (Газета "Родная земля". No 2. 1907 г.).
   Вот какова "правда" Чуковского, и, видимо, названные им авторы согласны с этим определением смысла их творчества - никто из них не возразил ему.
   Когда наш старый писатель страдал "от зубной боли в сердце", - в честном и чутком сердце своем, стон его муки сливался со стонами лучших людей земли, ибо он находился в неразрывном с ними духовном сосуществовании, и крик его был криком за всех.
   Современный неврастеник возводит боль своих зубов - личный свой ужас пред жизнью - на степень мирового события; в каждой странице его книги, в каждом стихотворении ясно видишь искаженное лицо автора, его раскрытый рот, и слышен злой визг:
   - Мне больно, мне страшно, а потому - будь вы все прокляты, с вашей наукой, политикой, обществом, со всем, что мешает вам видеть мои страдания!
   Нет самолюбца более жестокого, чем больной.
   Благодарение мудрой природе: личного бессмертия нет и все мы неизбежно исчезнем, чтобы дать на земле место людям сильнее, красивее, честнее нас, людям, которые создадут новую, прекрасную, яркую жизнь и, может быть, чудесною силою соединенных воль победят смерть.
   Радостный привет людям будущего!
  

* * *

  
   Признаком этического упадка в русском обществе является крутой поворот во взглядах на женщину.
   Даже имея в виду хронически плохое состояние органа памяти у русских людей, надеюсь, нет надобности напомнить им исторические заслуги русской женщины" ее великий социальный труд" ее подвиги. Начиная с Марфы Борецкой и Морозовой, кончая женщинами раскольничьих скитов и революционных партий, мы видим перед собою образ эпический.
   Величественная простота, презрение к позе, мягкая гордость собою, недюжинный ум и глубокое, полное неиссякаемой любви сердце, спокойная готовность жертвовать собою ради торжества своей мечты - вот духовные данные Василисы Премудрой, великолепно и любовно очерченные старыми мастерами образа и слова, а еще точнее - музою новейшей русской истории.
   Редко на протяжении трудного пути своего спрашивала она, "пеняя":
   - Долго ли муки сея, протопоп, будет?
   Но когда ей говорили:
   - Марковна! До самой смерти.
   Она, "вздохня", отвечала:
   - Добро, Петрович, ино еще побредем.
   И вдруг эта женщина, воистину добрый гений страны, ушла из жизни, исчезла, как призрак; на место ее ставят пред нами "кобыл" {Прошу заметить, что в этой статье я пользуюсь только теми грубостями, которые были уже употреблены ранее в журналах и газетах последнего времени.}, наделяют их неутолимою жаждою исключительно половой жизни, различными извращениями в половой сфере, заставляют сниматься нагими, а главным образом, - предают на изнасилование.
   Последнее удовольствие приняло характер спорта: если А. насиловал одну женщину, Б. - трех, и если Г. - старушку, тетку, Ф. - родную дочь. С поразительною быстротою мещанство, одолевшее писателей, заставило их изнасиловать женщин всех возрастов и во всех степенях родства. Теперь, чтобы избежать повторений, необходимо литераторам обратить свои творческие силы на щук, ворон и жаб, следуя примеру одной из своих групп, которая, будучи понуждаема запросами публики, серьезно приступила к изучению кошек74.
   Эта эпидемия порнографии, поразившая мозги наших литераторов, развилась так быстро и в таких грубых формах, что ошеломила честных людей - не все же они побиты на смерть! - и до сей поры, очевидно, они не могут собраться с силами, чтобы протестовать против грязи, которою усердно пачкают русскую девушку, женщину и мать.
   Если честные люди не ясно видят источник отвратительного явления, их может в данном случае просветить немудрый г. Бердяев, читавший книгу Вейнингера75 еще до перевода ее на русский язык. Со свойственным неуклюжему россиянину грациозным умением носить на своих плечах тонкое платье, шитое западными портными и всегда уже несколько засаленное мещанином Европы, с присущим г. Бердяеву талантом огрублять и опошлять все чужие слова и заемные мысли, он, горячий защитник "культурных ценностей", в одной из своих статей, едва ли не первый высказал несколько ценных мыслей о женщине. Тон его статьи весьма напоминает времена борьбы нашей реакционной печати против "стриженых девок", "нигилисток", а тема ("духовная организация женщины ниже, чем таковая же у мужчин") - доказывается по-австралийски, с позаимствованиями из туземно-австралийских взглядов на вопрос, из "Домостроя" и подобных сим источников.
   Но важна не статья Бердяева, а мотив, побуждающий его и ему подобных, вчерашних блондинов, озаботиться ниспровержением установившегося отношения к женщине как духовно равноценному и социально-равноправному товарищу.
   Французы до сего дня прикованы к этому вопросу, немцы и теперь едва решаются касаться его, англичанин хотя и уступает женщине место рядом с собою, но делает это молча, неохотно подчиняясь напору необходимости, и, как заметно, он еще будет оспаривать завоевания женщины. Наша литература уже в конце первой половины XIX столетия поставила и быстро решила этот вопрос - одна из ее великих заслуг перед родиной. Вопрос не мог быть решен иначе: малочисленность культурных сил, одиночество разночинца среди групп, которые презрительно отрицали его, - вся сумма условий, окружавших интеллигента в первые дни его борьбы за место в жизни, внушили ему верный тон в вопросе о женщине, повелели признать ее силой всячески равной ему. Теперь он, должно быть, думает, что уже победил врага, и, как видно, старается превратить своих союзников - женщину и народ - в подданных, в рабов его милости. Это всегда так делалось, но - никогда не выполнялось столь скверно и цинично.
   Мизогиния - нечто от плоти мещанской: женщина, помогавшая в борьбе, мешает победителю-мещанину спокойно пользоваться плодами его призрачной победы, ибо в процессе боя она развила в душе своей слишком высокие требования к мужчине - другу и союзнику.
   Мещанство радо новому отношению к женщине и поощряет его, ибо оно возбуждает притуплённую чувственность изношенного мещанского тела - разве не забавно превратить врага в любовницу?
   И в гнилых мозгах малокровных людей разгорается сладострастие, отравляя воображение картинами половой борьбы, А литераторы, снова вольно или невольно насыщаясь продуктами разложения мещанской души, переносят их на бумагу, все более отравляя и себя, и окружающих.
   На Кавказе, в Кабарде, еще недавно, по словам А. Веселовского76, существовали гегуако, бездомные народные певцы. Вот как один из них определил свою цель и свою силу:
   "Я одним словом своим, - сказал он, - делаю из труса храбреца, защитника своего народа, вора превращаю в честного человека, на мои глаза не смеет показаться мошенник, я противник всего бесчестного, нехорошего".
   Наши писатели, разумеется, считают себя выше "некультурного" поэта кабардинцев.
   Если бы они, действительно, могли подняться на высоту его самооценки, если бы могли понять простую, но великую веру его в силу святого дара поэзии!
  

* * *

  
   Теперь посмотрим, как относится наша интеллигенция к другому старому союзнику - мужику, и как относится к нему современная литература.
   Лет пятьдесят мужика усиленно будили: вот - он проснулся; каков же его психический облик?
   Скажут: слишком мало времени истекло, не было еще возможности отметить изменения лица давно знакомого героя. Однако старая литература имела силы идти в ногу с жизнью, и у новой, очевидно, было время заметить в мужике кое-что; она о нем и говорила уже, и говорит.
   Но определенных ответов на вопрос - не дано, хотя по некоторым намекам молодых писателей уже видно, что ничего отрадного для страны и лестного для мужика они и не видят и не чувствуют.
   Насколько обрисован мужик в журнальной и альманашной литературе наших дней - это старый, знакомый мужик Решетникова, темная личность, нечто зверообразное. И если отмечено новое в душе его, так это новое пока только склонность к погромам, поджогам, грабежам. Пить он стал больше и к "барам" относится по шаблону мужиков чеховской новеллы "На даче", как об этом свидетельствует г. Муйжель77 в одноименном рассказе - автор, показания коего о мужике наиболее обширны.
   Общий тон отношения к старому герою русской литературы - разочарование и грусть, уже знакомые по литературе 80-х годов, когда тоже вздыхали:
   - Мы для тебя, Русь, старались, а ты... эх ты! Изменщица!
   И - так же ругались. Помню, как поразила меня одна фраза, сказанная уже в 92-м году в кружке политических ссыльных по поводу холерных беспорядков на Волге:
   - Нет, для нашего мужика все еще необходим и штык, и кнут! - грустно сказал бывший ссыльный, очень симпатичный человек во всем прочем.
   И слова его не вызвали протеста товарищей.
   Ныне при таком же молчании "культурного" общества народ именуют "фефелой", "потревоженным зверем" и т. д. {Хотя первоначально народ был обруган "фефелой" за недостаток темперамента, но впоследствии разные ретивые люди называли его этим именем уже "за все"!} Профессор П. Н. Милюков78 называет знамя величайшей идеи мира, способной объединить и объединяющей людей "красной тряпкой", идейных врагов - "ослами".
   "Ослы", "кобылы", "звери", "фефела", "обозная сволочь" - браво, культура, браво, "культурные вожди русского общества"!
   В пестром стане защитников "культурных ценностей" уже нет ни одного честного воина, который мог бы, как Яков Полонский, красиво и искренно возгласить тост "за свободу враждебного пера".
   Это ли не понижение типа русского культурного человека?
   Рабочий, по осторожным очеркам молодых беллетристов, еще хуже мужика: он глупее, более дерзок и при этом говорит о социализме, пагубности которого для себя и мира он, конечно, не может понять.
   При всей идейной беззаботности гг. писателей "венского периода русской литературы"79, как выразился Амфитеатров, они прекрасно усвоили мещанское представление о социализме как о вредном учении, которое, защищая исключительные интересы желудка, совершенно отрицает запросы духа. Поэтому тяготение к социализму понимается ими как прогрессивное развитие слабоумия.
   Что пролетарий везде и всюду среди мещан является неприятным лицом, слишком трагичным в мещанской комедии, что для современного автора он велик и неудобен как герой - все это понятно.
   Мужик же испортил свою карьеру в литературе и, видимо, надолго лишился теплого отношения беллетристики по такому поводу: видя, что господа волнуются, требуя себе политической власти, и что мундирное начальство уступит им, если он своею силою поддержит господ, - он должен был отдать все силы свои в распоряжение воинствующего мещанства, а оно, построив его руками и своим умом крепость благополучия своего, после этого поблагодарило бы его. Он же, некультурный, вместо того, чтобы спокойно ожидать награды со стороны столь благородных господ, с настойчивостью, устрашившею их, немедленно потребовал себе "всю землю" и, подстрекаемый рабочими, даже заговорил о социализме. За что - обруган и временно оставлен без внимания со стороны господ, известных своей добротой.
   Разумеется, эта ссора интеллигенции с народом не может затянуться надолго: "без мужика не проживешь", как показано Щедриным, но "культурному обществу", в интересах сохранения и дальнейшего роста страны, следует, возможно скорее прекратить проявления своих оскорбленных чувств, кончить истерические и капризные жалобы на непослушный ее желаниям народ. Интеллигенция же торопится забить своим телом все щели и трещины в государстве, потрясенном и полуразрушенном революцией; усталая и преждевременно разочарованная, она ищет лишь уютного места для отдыха, в деяниях ее нет более любви к своей стране, в словах нет веры.
   Надо учесть еще одно специфически русское явление: непосильный рост "лишних", "никудышных", "никчемных", "ненужных" людей - рост этот очевиден, как и его причины. Это элемент, крайне опасный для жизни, ибо эти люди с убитой волей, без надежд, без желаний, люди, массою которых прекрасно умеет пользоваться наш враг. Когда тип "лишнего" человека отмечался литературою среди культурного общества, это было не страшно: культура создается энергиею народа. Но когда сам народ из своей среды и непосредственно выдвигает "никчемных", "никудышных", "ненужных" людей, это опасно, ибо свидетельствует об истощении почвы культурной - духовных сил народа; это явление надо учесть, с ним необходимо бороться. Задача литературы - уничтожить этих людей или, насытив их бодростью, воскресить к жизни активной.
   Но, - "позна вол стяжавшего и осел ясли господина своего", - литераторы дружно уходят на службу мещанству. На этой почве они неизбежно должны испытать и уже испытывают роковую убыль души: в среде мещанства нет свободных планов, нет широких идей, способных стройно организовать творческие силы личности.
   Как на болоте не может разрастись могучий дуб, но растут только хилые березы, низенькие ели, так и в этой гнилой среде не может сложиться и подняться высоко над жизнью буден могучий талант, способный окинуть орлиным взором всю пестроту явлений в своей стране и в мире, талант, освещающий пути к будущему и великие цели, окрыляющие нас, маленьких людей.
   Мещанство - это ползучее растение, оно способно бесконечно размножаться и хотело бы задушить своими побегами все на своей дороге; вспомните, сколько великих поэтов было погублено им!
   Мещанство - проклятие мира; оно пожирает личность изнутри, как червь опустошает плод; мещанство - чертополох; в шелесте его, злом и непрерывном, неслышно угасает звон мощных колоколов красоты и бодрой правды жизни. Оно бездонно-жадная трясина грязи, которая засасывает в липкую глубину свою гения, любовь, поэзию, мысль, науку и искусство.
   Болезненный этот нарыв на могучем теле человечества ныне, мы видим, совершенно разрушил личность, привив в кровь ей яд нигилистического индивидуализма, превращая человека в хулигана - существо бессвязное в самом себе, с раздробленным мозгом, изорванными нервами, неизлечимо глухое ко всем голосам жизни, кроме визгливых криков инстинкта, кроме подлого шепота больных страстей.
   Благодаря мещанству мы пришли от Прометея до хулигана.
   Но хулиган - кровное дитя мещанина, это плод его чрева. Историей назначена ему роль отцеубийцы, и он будет отцеубийцею, он уничтожит родителя своего.
   Это драма - семейная драма врага; мы смотрим на нее со смехом и радостью, но нам жалко, когда мещанство в борьбу со своим же исчадием вовлекает ценных и талантливых людей, нам грустно видеть, как гибнут они, отравленные гнилостным ядом бурно разрушающейся среды.
   Нам - это естественное желание здорового - хочется видеть людей здоровыми, бодрыми, прекрасными; мы чувствуем, что, будучи развита и организована, духовная энергия народа нашего может освежить жизнь мира, ускорить наступление всечеловеческого праздника разума и красоты.
   Ибо для нас история всемирной культуры написана гекзаметром, и мы знаем: в мире будут дни всеобщего восторга людей пред картиною прошлых деяний своих, и земля когда-то явится во вселенной местом торжества жизни над смертью, местом, где возникнет воистину свободное искусство жить для искусства, творить великое!
   Жизнь человечества - творчество, стремление к победе над сопротивлением мертвой материи, желание овладеть всеми ее тайнами и заставить силы ее служить воле людей для счастия их. Идя к этой цели, мы должны в интересах успеха ревностно заботиться о постоянном развитии количества живой, сознательной и активной психофизической энергии мира. Задача данного исторического момента - развитие и организация, по возможности, всего запаса энергии народов, превращение ее в активную силу, создание классовых, групповых и партийных коллективов.
  

1908

ПРИМЕЧАНИЯ

  
   Разрушение личности. Впервые: "Очерки философии коллективизма". Сб. 1. СПб., 1909; печ. по: ГорькийМ. Собр. соч.: В 30 т. М., 1953. Т. 24. С. 26-79.
  
   Программная статья Горького, содержащая изложение взглядов писателя на целый ряд ключевых вопросов политики, истории и эстетики. Статья неоднократно перерабатывалась Горьким, однако принципиальные положения ее остались без изменений. На горьковскую концепцию "коллективизма" как единственной базы социального и художественного творчества огромное влияние оказало учение Александра Александровича Богданова (наст, фамилия - Малиновский, 1873-1928) - ярчайшего деятеля русской социал-демократической творческой интеллигенции, талантливого медика, социолога, писателя. В 1909 г. Богданов и А. В. Луначарский создали вместе с Горьким "партийную школу" на о. Капри (Италия), чем навлекли на себя гонение со стороны "ортодоксальных" марксистов (Богданов был исключен из партии). Статья "Разрушение личности", первоначально предназначавшаяся для ленинской газеты "Пролетарий" (1908), была забракована вождем, требовавшим "все, хоть косвенно связанное с богдановской философией, перенести в другое место" (Ленин В. И. Полн. собр. соч. 4-е изд. Т. 13. С. 415). Изложение эстетической доктрины Богданова см.: Богданов А. А. Искусство и рабочий класс. М., 1918.
  
   1 Буслаев Ф. И. (1818-1897) - языковед, фольклорист, литературовед, историк искусства, автор "Исторической грамматики русского языка" (1958).
   2 "Калевала" - финский героический эпос.
   3 ...двенадцать подвигов Геркулеса - Геркулес (Геракл) - один из главных героев древнегреческой мифологии, совершивший, согласно преданию, двенадцать великих подвигов (победа над немейским львом, лернейской гидрой, стимфалийскими птицами, поимка керинейской лани, эриманфского вепря, очищение Авгиевых конюшен, поимка критского быка, похищение коней Диомеда, пояса Ипполиты, коров Гериона, победа над адским псом Цербером и добывание яблок Гесперид) по приказанию Эврисфея, царя Микен. В древнегреческом обществе сказание о подвигах Геракла играло важную культурную и обрядовую роль.
   4 Бестужев-Рюмин приводит следующее свидетельство... - имеется в виду книга К. Н. Бестужева-Рюмина (1829-1897, не путать с известным декабристом!) "Русская история" (т. 1-2. СПб., 1872-1885), являвшаяся наиболее полным сводом источников в исторической науке XIX века.
   5 Ибн Фоцлан (Фадлан) - арабский путешественник X в., оставивший описание своего путешествия через Бухару к волжским булгарам.
   6 ...испанцы пели в своих песнях "жизнь - есть сон" раньше Кальдерона - обыграно название одной из пьес великого испанского драматурга Педро Кальдерона де ля Барка (1600-1681).
   7 Фидий (V в. до н. э.) - величайший древнегреческий скульптор, вершиной творчества которого было создание монументальной статуи Зевса (главного божества древнегреческого пантеона) для храма в Олимпии.
   8 Квиетизм (от лат. quietus - спокойный) - религиозное учение XVII в., проповедовавшее абсолютное пассивное подчинение воле Бога, безразличие ко всему, в том числе и к личному спасению.
   9 Дольчино (ум. 1307) - глава секты апостоликов, вождь крестьянского восстания в Северной Италии в 1304-1307 гг.
   10 Красинский Зыгмунт (1812-1859) - польский писатель-романтик.
   11 Прерафаэлиты (от лат. pre - "перед" и имени великого художника Возрождения Рафаэля Санти) - члены "Братства Прерафаэлитов", английской эстетической школы, провозгласившей своей эстетической программой возвращение к "наивному" искусству раннего Возрождения.
   12 Гирландайо (наст, имя Доменико ди Томазо Бигорди, 1449-1494) - итальянский живописец флорентийской школы раннего Возрождения.
   13 Донателло (Донато ди Никколо ди Бетто Барди, ок. 1386-1466) - итальянский скульптор флорентийской школы раннего Возрождения.
   14 Брунеллески Филиппо (1377-1446) - итальянский архитектор, скульптор, ученый.
   15 Арнольфо ди Камбио (ок. 1245 - до 1310) - итальянский скульптор и архитектор эпохи Проторенессанса.
   16 Чимабуэ (наст, имя - Ченни ди Пеппо, ок. 1240 - ок. 1302) - итальянский живописец эпохи Проторенессанса.
   17 ...антидемократ Монье, заканчивая свою книгу, говорит... - Горький ссылается на книгу Ф. Монье "Опыт литературной истории Италии XVвека. Кватроченто" (СПб., 1904).
   18 Сакс Ганс (1494-1576) - немецкий поэт-мейстерзингер, актер, авантюрист, автор популярных светских песен.
   19 Было создано множество Манфредов... - Манфред - герой романтической драмы Байрона, ставший символом романтического бунтаря-индивидуалиста.
   20 Эринии - богини мести в древнегреческой мифологии, не дающие покоя преступникам, преследующие и мучающие их.
   21 До 48 г. командующую роль в жизни играли Домби и Гранде... В конце XIX века их сменяют... Саккар и герой пьесы Мирбо "Les affaires sont les affaires" - речь идет об изменении типа буржуа после революции 1848 г., приведшей к власти Наполеона III; Домби - герой романа Диккенса "Домби и сын", Гранде - герой романа Бальзака "Евгения Гранде"; Саккар - один из персонажей цикла романов Э. Золя "Ругон-Маккары"; пьеса О. Мирбо вышла в русском переводе (под названием "Рабы наживы") в 1905 г.; Горький имеет в виду одного из ведущих героев пьесы - Исидора Леша.
   22 ...в лице героя "Rouge et noire" - имеется в виду Жюльен Сорель, герой романа Стендаля "Красное и черное".
   23 Растиньяк - один из персонажей цикла романов Бальзака "Человеческая комедия".
   24 ...Люсьена сменяет "Bel ami" - имеются в виду герой романа Бальзака "Утраченные иллюзии" Люсьен Шардон и герой романа Мопассана "Милый друг" Жорж Дюруа.
   28 ...Отдал себя сначала Наполеону, затем - Бурбонам... - имеется в виду узурпация власти Наполеоном Бонапартом (1804), которая сменилась реставрацией династии Бурбонов (1814).
   28 ...зачеркнув... 93-й, хотел восстановить 89-й, но против воли своей вызвал к жизни 48-й... - имеются в виду события Великой французской революции: начало ее, связанное с борьбой против феодальных привилегий, за права "третьего сословия" (1789), якобинская диктатура (1793), свержение Луи Филиппа (1848).
   27 ...Фойгт определяет... - имеется в виду книга Г. Фойгта "Возрождение классической древности, или Первый век гуманизма" (Т. 1. М., 1884).
   28 ...Шахов... говорит... - имеется в виду книга А. Шахова "Очерки литературного движения в первую половину XIX века" (СПб., 1907).
   29 Ролла - герой одноименной поэмы А. Мюссе (1833).
   30 ...но "сын века" уже... поражен. - роман А. Мюссе "Исповедь сына века" (1836), повествующий о жизненном пути разочарованного в жизни героя (Октава).
   31 Рене - герой одноименной повести французского романтика Ф. Шатобриана (1802).
   32 Грелу - герой романа П. Бурже "Ученик" (1889).
   33 Человек "без догмата" у Сенкевича... - имеется в виду Леон Плошовский, герой романа Г. Сенкевича "Без догмата" (1891).
   34 Фальк - герой романа С. Пшибышевского "Homo sapiens" (1898).
   35 Санин - герой одноименного романа М. П. Арцыбашева (1907).
   36 ...существо, более несчастное, чем Мармеладов, ибо поистине некуда ему идти... - ср. слова чиновника Мармеладова ("Преступление и наказание" Ф. М. Достоевского): "Понимаете ли, понимаете ли вы, милостивый государь, чтб значит, когда уже некуда больше идти?"
   37 Демель Рихард (1863-1920) - немецкий писатель.
   38 Соловьев Е.А. (псевдоним Андриевич, 1867-1905) - критик, историк литературы, сотрудничавший в 90-х гг. XIX в. в журналах "легальных марксистов", в том числе - в горьковской "Жизни".
   39 ...приступило к борьбе с ним по способу Ирода - намек на известный библейский эпизод: когда царю Ироду стало известно о рождении "царя Иудейского" - Иисуса Христа, - он приказал избить младенцев в Вифлееме (Мф 2, 16-17).
   40 70-е годы... - Горький имеет в виду апофеоз народнической революционной борьбы: "хождение в народ" и террористические акции "Народной воли".
   41 Тюлин - герой рассказа В. Г. Короленко "Река играет", образ, вызвавший ожесточенные дискуссии в русских либерально-демократических кругах.
   42 Штунда - сектантское движение восточных славян в XIX в., слившееся впоследствии с баптизмом.
   43 Аким - персонаж драмы Л. Н. Толстого "Власть тьмы".
   44 ...похоронная речь Достоевского... - доклад Ф. М. Достоевского "Пушкин", прочитанный на пушкинских торжествах в Москве (1880).
   45 ...Гамлетами, "на грош пара"... - имеется в виду рассказ Я. Абрамова "Гамлеты - на грош пара (Из записок лежебоки)" (1882).
   46 ...Новодворский... назвал... "ни павой, ни вороной"... - имеется в виду повесть Осиповича (наст, имя - А. О. Новодворский) "Эпизод из жизни ни павы, ни вороны".
   47 Емельянченко И. Я. (1868-1917) - прозаик, журналист, революционер-народоволец.
   48 Дедлов (В. Л. Кигн, 1856-1908) - прозаик, публицист, критик, автор нашумевшего романа "Сашенька" (1892), рассказывающего о судьбе юноши-"восьмидесятника", изверившегося циника и "жизнелюбца".
   49 Политические эволюции г. Струве невольно заставляют вспомнить "эволюцию" Льва Тихомирова... - т. е. П. Б. Струве (1870-1944), один из теоретиков "легального марксизма" 90-х гг. XIX в., обвиняется Горьким за "ренегатство"; Л. А. Тихомиров (1852- 1923) был членом исполнительного комитета террористической революционной партии "Народная воля"; в 1888 г. он разочаровался в революционных идеалах, подал прошение о помиловании и стал одним из виднейших монархистов России.
   50 Волынский А. Л. (наст. фамилия Флексер, 1863-1926) - критик, искусствовед, в 90-е годы XIX века - ведущий критик журнала "Северный вестник", где выступил со статьями "в защиту идеализма" в литературе: см. его кн. "Борьба за идеализм" (1900).
   51 Лебедев Н. К. (псевд. Н. Морской, 1846-1888) - прозаик, автор натуралистических бытописательских произведений.
   52 "Новое время" - газета, издававшаяся в 1868-1917 гг. и ставшая с 1876 г. (с переходом в издательство А. С. Суворина) одним из столпов русского консерватизма.
   53 "Неделя" - газета М. О. Меньшикова, выходившая с 1866 по 1901 гг.
   54 Дюринг Евгений (1833-1921) - немецкий философ и экономист.
   55 Каронин С. (наст, имя Н. Е. Петропавловский, 1853- 1892) - писатель, один из столпов русского "народничества".
   56 Свенцицкий В. П. (1879-1931) - драматург, прозаик, церковный писатель, талантливый оратор, пытавшийся сочетать христианство и социализм.
   57 ..Мережковского... прокричал... едва ли допустимую Зля культурного человека, фразу... - приводится цитата из статьи Мережковского "В обезьяньих лапах"; выше обыгрывается название известного очерка Мережковского "Грядущий Хам".
   58 ...в 92 году вышла книжка "Вопросов философии и психологии" - см. об этом: Данилевский Р. Ю. Русский образ Ф. Ницше // На рубеже XIX и XX веков: Из истории международных связей русской литературы. Л., 1991. С. 5-42.
   59 Возьмем такие произведения старой литературы, как "Бесы", "Взбаламученное море", "Обрыв", "Новь" и "Дым", "Некуда" и "На ножах"; мы увидим в этих книгах совершенно открытое, пылкое и сильное чувство ненависти к тому типу, который другая литературная группа пыталась очертить в образах Рахметова, Рябинина, Стожарова, Светлова и т. п. - т. е. в "антинигилистических" романах Достоевского, Писемского, Гончарова, Тургенева, Лескова предстает в непривлекательном виде тип революционера-демократа, воплощенный в героях Чернышевского ("Что делать?") Гаршина ("Художники"), Д. Л. Мордовцева ("Знаменья времени"), Омулевского ("Шаг за шагом: Светлов, его взгляды, характер, деятельность").
   60 Маркевич Болеслав Михайлович (1822-1884) - прозаик, публицист, критик консервативного толка.
   61 Крестовский Всеволод Владимирович (1839-1895) - поэт, прозаик, автор "Петербургских трущоб"; прошел путь от увлечения "нигилизмом" до пропаганды консервативных идей.
   62 Герой "Тьмы" - герой рассказа Л. Н. Андреева "Тьма" Алексей - революционер-террорист, отказывающийся от революционной деятельности.
   63 "Миллионы", "Ужас", "Человеческая волна" - произведения М. П. Арцыбашева.
   64 Алкина - героиня романа Ф. Сологуба "Творимая легенда".
   65 ...Куприн... предал социал-демократку на изнасилование... - имеется в виду рассказ А. И. Куприна "Морская болезнь".
   66 Клюшников В. П. (1841-1892) - прозаик, переводчик, журналист, издатель, убежденный консерватор, автор антинигилистического романа "Марево". Дьяков А. А. (1845-1895) - прозаик, фельетонист, отошедший от лагеря демократов и примкнувший в 1880 г. к консерваторам.
   67 Каблиц И. И. (псевд. Юзов, 1848-1893) - публицист и общественный деятель, автор книги "Основы народничества" (1882).
   68 ...народничество... будет для них ложем Прокруста - разбойник Прокруст, убитый древнегреческим героем Тесеем, казнил свои жертвы на особом ложе, отрубая им конечности, не помещавшиеся на узкой поверхности.
   69 Златовратский Н. Н. (1845-1911) - прозаик, публицист, мемуарист. Засодимский П. В. (1843-1912) - прозаик, публицист. Бажин Н. Ф. (1843-1908) - прозаик, журналист. О. Забытый (Недетовский Г. И., 1846-1922) - писатель, автор очерков и рассказов о русском духовенстве. Нефедов Ф.Д. (1838-1902) - прозаик. Наумов Н. И. (1838-1901) - прозаик.
   70 "Отечественные записки", "Дело", "Слово", "Мысль", "Русское богатство" - периодические издания либерально-демократического толка 70-80-х гг. XIX в.
   71 Френсен Густав (1863-?) - немецкий писатель и проповедник.
   72 Он публично издевается сам над собой, как это видно по "Календарю писателя" - имеется в виду издание 1907 г., насыщенное пародийным и юмористическим материалом и иллюстрированное шаржами на известных русских писателей (в т. ч. - и на Горького).
   73 ...господа Смертяшкины... - на языке Горького - поэты-символисты (см. "Русские сказки").
   74 ...серьезно приступила к изучению кошек - имеется в виду нашумевшее в 1910 г. "дело литераторов-кошкодавов", по которому проходили П. Потемкин и другие молодые поэты, использовавшие кошек в мистических "радениях".
   75 Вейнингер Отто (1880-1903) - немецкий философ, автор книги "Пол и характер" (1903).
   76 Веселовский А Н. (1838-1906) - филолог, историк и теоретик литературы, автор ряда работ по фольклористике.
   77 ...об этом свидетельствует господин Муйжель... - имеется в виду рассказ В. В. Муйжеля "Дача".
   78 Милюков П. Н. (1859-1943) - политический деятель, историк, публицист, один из основателей партии кадетов, редактор газеты "Речь".
   79 ...писателей "венского периода русской литературы" - намек прозаика и публициста, историка русской литературы А. В. Амфитеатрова (1862-1938) на знаменитый петербургский литературный ресторан "Вена".
  

Другие авторы
  • Дьяконов Михаил Алексеевич
  • Лаубе Генрих
  • Волков Алексей Гаврилович
  • Соболь Андрей Михайлович
  • Катаев Иван Иванович
  • Энгельгардт Анна Николаевна
  • Вульф Алексей Николаевич
  • Соловьев Владимир Сергеевич
  • Лесевич Владимир Викторович
  • Волковысский Николай Моисеевич
  • Другие произведения
  • Леонтьев-Щеглов Иван Леонтьевич - Сомнительный друг
  • Зайцевский Ефим Петрович - Денису Васильевичу Давыдову
  • Бунин Иван Алексеевич - Возвращаясь в Рим
  • Тургенев Александр Иванович - М. Гиллельсон. Краткая хронология странствий А. И. Тургенева
  • Даль Владимир Иванович - Из "Матросских досугов"
  • Эдельсон Евгений Николаевич - В. З. Головина (Воронина). Мое знакомство с А. Н. Островским
  • Короленко Владимир Галактионович - Письма к Луначарскому
  • Страхов Николай Иванович - Плач Моды об изгнании модных и дорогих товаров, писанный сочинителем Переписки мод
  • Волконский Михаил Николаевич - Забытые хоромы
  • Барыкова Анна Павловна - Барыкова А. П.: Биобиблиографическая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (23.11.2012)
    Просмотров: 210 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа