Главная » Книги

Хомяков Алексей Степанович - Дмитрий Самозванец, Страница 7

Хомяков Алексей Степанович - Дмитрий Самозванец


1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

v align="justify">  Подумайте, как я ему служу,
  И кланялся, и бил челом смиренно,
  И с ляхами был дружен. Что ж теперь?
  На этих днях уговорил я Мнишка,
  Чтоб он просил награды для меня;
  И знаете, что отвечал расстрига?
  "Не дам ему: в нём подлая душа".
  Душа, душа! Как виден бывший дьякон!
  
  Князь Куракин
  
  Ну, признаюсь, обижен Салтыков!
  
  Салтыков
  
  Да, смейтеся!
  
  Князь Куракин
  
  И правду не до смеху.
  
  Князь Шуйский
  
  Скажите мне, какой счастливый час
  Собрал в мой дом таких гостей бесценных?
  
  Князь Куракин
  
  Что за вопрос? Ты сам нас призывал
  Стать за Москву, начать святое дело
  И нашу Русь спасти от лжецаря.
  
  Князь Шуйский
  
  Когда ж, когда?
  
  Князь Куракин
  
  Помилуй, князь Василий,
  Не ты ли к нам всечасно присылал
  Из Галича, из мрака дальней ссылки,
  Своих друзей и преданных дворян
  И от людей святых благословенье,
  Чтоб пробудить покорную Москву?
  
  Князь Шуйский
  
  Ты шутишь, князь!
  
  Боярин
  
  Вот Ляпунов свидетель.
  
  Князь Куракин
  
  К чему еще свидетели! Вчера
  Ты нас молил не верить Самозванцу;
  Его слова, внезапну брань с Литвой
  Ты называл порывом безрассудным.
  
  Князь Шуйский
  
  И что же вы сказали мне в ответ?
  
  Князь Куракин
  
  Не вопрошай! Нам совестно и вспомнить.
  
  Салтыков
  
  Что совестно? Какая совесть тут?
  Мы думали, что он разладил с Польшей,
  Что вновь бояр своих полюбит он,
  Нас наградит, пожалует богато
  И прежнее нам будет вновь житье!
  Ты знаешь сам, что к меду липнут мухи,
  А к милостям и злату род людской.
  
  Князь Куракин
  
  Стыдись!
  
  Князь Шуйский
  
  Вчера обман, и самозванство,
  И ересь - всё прощали вы ему:
  Свершайте же свой подвиг, как хотите!
  Не изменю, не помогу я вам!
  
  Князь Куракин
  
  Но без тебя кому ж народ поверит?
  Чей глас, как твой, подвигнет всю Москву?
  
  Князь Шуйский
  
  Вы знаете, что царь великодушный
  Простил мне все минувшие вины.
  
  Князь Куракин
  
  Помиловал, как милует разбойник.
  
  Князь Шуйский
  
  А вы вчера не все ль забыли вдруг
  Свои слова и тайные обеты,
  И родины неслыханный позор?
  Подите, нет: не любите России,
  Вы холодны к призванию ее.
  Берите же себе вождя любого,
  Но не меня.
  
  Князь Куракин
  
  Винимся пред тобою.
  
  Князь Шуйский
  
  Винитеся, а завтра к вам улыбку
  Вновь обратит непостоянный царь,
  И перед ним преклоните колена,
  И от меня отступитесь опять.
  
  Князь Скопин-Шуйский
  
  Им будет стыд. Тебе какое дело?
  Ты верен будь своей стране родной.
  
  Князь Шуйский
  
  Оставь, племянник.
  
  Прокофий Ляпунов
  
  Многие граждане
  Здесь живут в сенях; велишь их отослать?
  
  Князь Шуйский
  
  Нет, Ляпунов: хочу проститься с ними.
  
  (Входят граждане.)
  
  Зачем ко мне собрались в час ночной,
  Друзья?
  
  Граждане
  (кланяются)
  
  Мы бьем челом тебе, князь Шуйский,
  Мы, граждане со всех концов Москвы,
  К тебе пришли с усердною молитвой,
  Да сжалишься над русскою страной.
  Ты, праведный обманов обличитель,
  Ты, мученик за истину и нас,
  Восстань, восстань! Расторгни плен России,
  Сними позор с страдающей земли!
  Лишь от тебя мы чаем избавленья.
  Так мыслит вся престольная Москва,
  Так говорят служители святыни,
  Так нам рекли духовные отцы.
  
  Князь Шуйский
  
  Я не могу исполнить вашей просьбы.
  
  Князь Скопин-Шуйский
  
  О господи! В тебе застыла кровь.
  Одумайся! Перед тобой Россия;
  Ее сыны, достойные сыны,
  Тебя зовут на помощь. Ты не можешь?
  Не смеешь ты? И ты природный князь
  И суздальский властителей наследник!
  Как? Вся Москва и Русь тебя зовет,
  И сей могущий глас, сей глас призывный
  Не пробудил в тебе высоких дум,
  И ты стоишь безмолвный, беспорывный;
  Душа молчит, робеет хладный ум.
  Одумайся!
  
  Князь Шуйский
  
  Племянник, успокойся!
  
  Граждане
  
  О вспомни, князь! Расстрига, злой беглец,
  Слуга Литвы, подручник Сигизмунда
  Заполонил и церковь и народ.
  Он тестю даст всю Северскую землю
  И Новоград отдаст своей жене.
  Мы ведаем, что грамота готова;
  Не правда ли?
  
  Князь Шуйский
  
  Быть может.
  
  Князь Скопин-Шуйский
  
  Боже мой!
  И бедствий сих ты будешь ждать спокойно?
  
  Граждане
  
  Мы ведаем: он папу признает,
  Обители святые уничтожит
  И инокинь и старцев изженет.
  
  Князь Шуйский
  
  Всё может быть.
  
  Старец Антоний
  
  До страшной той годины
  Не дай господь мне, грешнику, дожить!
  
  Граждане
  
  О, сжалься, князь, над скорбною Россией!
  
  Князь Шуйский
  
  Вы знаете, что я страдал за вас,
  Что голову я положил на плаху;
  Исполнен долг.
  
  Князь Скопин-Шуйский
  
  Как! Долг исполнен твой?
  Нет: двадцать раз иди на место казни
  И двадцать раз (коль можно) умирай:
  Всё родине ты долга не уплатишь.
  
  Князь Куракин
  
  Я думаю, он хочет изменить.
  
  Князь Скопин-Шуйский
  
  Ты слышишь ли? Стыдись, стыдися, дядя!
  
  Князь Шуйский
  
  Ты молод, друг, чтоб старика учить.
  Не изменю, но я боюсь измены.
  
  Князь Куракин
  
  Клянемся все, и бог свидетель нам,
  Что мы тебе отныне все покорны,
  Доколь вконец не сокрушим мечом
  И лжецаря, и ляхов ненавистных.
  
  Князь Шуйский
  
  Клянетесь ли?
  
  Все
  
  Клянемся
  
  Князь Шуйский
  
  Бог велик!
  Его рукой свершится правый подвиг.
  Идите же, гражд"ане, по домам,
  Молитеся и тайну сокрывайте,
  И к роковому дню мечи приготовляйте.
  Отсель, друзья, вождем я буду вам.
  
  Граждане
  
  (уходя)
  
  Господь свершит тобой спасенье нам.
  
  Князь Шуйский
  (к боярам)
  
  Друзья мои! Надеюся на вас;
  Увидимся для дальних совещаний.
  
  Бояре
  (уходя)
  
  Увидимся. Прощай, почтенный князь!
  
  Князь Шуйский
  
  Друг Ляпунов, с надежными гонцами
  Пошли приказ по вотчинам моим,
  Чтоб выслали ко мне в Москву скорее
  Отважнейших и лучших удальцов
  С оружием, готовым для сраженья.
  В соборы все, во все монастыри
  Богатые отправлю приношенья...
  Прощай, мой друг. Антоний, мы пойдем
  И совершим полнощное моленье.
  
  
  

  ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
  

  
  Явление первое
  
  (Внутренность дворца.)
  (Басманов и шут.)
  
  Басманов
  
  Ну, что скажешь, князь потешный? Не слыхал ли
  чего? Не заметил ли? У тебя глаза остры, да и уши
  чутки: про Шуйского ты первый проведал. Не знаешь ли
  теперь чего?
  
  Шут
  
  Нет, брат Петр, от немецких вин в глазах темно, от
  польской музыки в ушах залегло. Ничего не знаю.
  
  (Басманов уходит.)
  
  Вот я умная голова, уж раз дураков выручил; а поляк
  поди, никто не заступился. - Вылечи спину, да и
  только! - Вылечу, вылечу! - А теперь опять: не знаешь ли
  чего князь потешный? Да и знаю, а не скажу; да и мог
  бы открыть, ан промолчу. Мог бызатушить порох, ан
  сам подожгу.
  
  (Входят князь Шуйский и князь Голицын.)
  
  Э, э! Князь Шуйский! Послушай-ка песню.
  
  Собрались ребята
  На богатый пир
  В царские палаты
  Пива, меду пить.
  Напилися пива:
  Пьяные легли,
  И дороги с пира
  Гости не нашли.
  
  Князь Шуйский
  
  Что мне до твоей песни?
  
  Шут
  
  Не любишь дудки, полюбишь палку; не хочешь
  сказки, услышишь быль. Ну хоть ты, князь Голицын,
  послушай сказочку. Жил был царь, и дал он своим боярам
  праздник за заставою, и сказал царь своим боярам: (Ой
  вы мои други, верные слуги, на вас платье старое
  шелковое; Сошью новое сосновое, а головы умные, разумные
  прикреплю колом осиновым, чтобы ветер их не снес).
  Как сказано, так и сделано. Платья перешиты, головы
  пронизаны, а тело под землю упрятано, от ветра и от
  солнца, от дождя и мороза. Не светло, да тепло! А когда-то
  это было? За заставой в воскресный день. Прощайте
  ребята, прощай, Василий Шубник, бог с тобою! Больно
  сердит ты, да невесел; повеселят старика. Петь не
  любишь, плакать будешь; плясать не хочешь, так спать
  уложат, да и всех бояр: да и то в воскресенье. Что ж ты,
  брат не смеешься?
  
  Князь Шуйский
  
  Потешный князь! Поди к другим боярам
  Да рассакжи. Им также будет смех.
  
  (К Голицыну)
  
  Что скажешь ты?
  
  Князь Голицын
  На быль похожа сказка.
  
  Князь Шуйский
  
  Мы ускорим удар.
  
  Князь Голицын
  
  Уж позно, князь;
  Пойдем домой.
  
  Князь Шуйский
  
  С тобою, князь Голицын,
  Как много слуг?
  
  Князь Голицын
  
  Десяток.
  
  Князь Шуйский
  
  А со мной
  Полдюжины.
  
  Князь Голицын
  
  И все небось с оружьем?
  
  Князь Шуйский
  
  Вестимо брат! Теперь ночной порой
  Того гляди, что поляки ограбят.
  
  (Уходят.)
  

  
  Явление второе
  
  (Входят Марина, патер Квицкий.)
  
  Марина
  
  Уж пир к концу. Как долго длился он,
  Как праздники московские докучны!
  Я думаю, что скоро царь придет.
  
  Патер Квицкий
  
  Час важен сей. Решительным ударом
  Ты утвердишь владычество свое:
  Супруга трон и царство римской веры.
  Господень дух внушит твои слова.
  
  Марина
  
  Отец святой! Тут будет много крови.
  
  Патер Квицкий
  
  Благая цель святит кровавый путь.
  Ты знаешь ли, что твоему супругу
  Спасенья нет, что бездна перед ним?
  
  Марина
  
  Все знаю я. Но кто же вырыл бездну?
  Кто подданных отторгнул от царя,
  Его уча безумному презренью
  К обычаю российской старины?
  
  Патер Квицкий
  
  Что ж? Нам стерпеть, чтоб он в объятьях русских,
  Чувствительный, доверчивый, упал;
  Чтоб к черни льстив и ласковый к боярам
  И поляков гордыню обуздав,
  Он разорвал свободною рукою
  И нашу сеть, и римской власти цепь?
  Не для того трудились иезуиты;
  Не для того мы хитрою рукой
  В его душе неопытной и юной
  Посеяли науки семена;
  Не для того погиб младой Феодор,
  Чтоб эта кровь, старанья и труды
  И хитрых дум расчетливая смелость
  Осталися бесплодными для нас.
  
  Марина
  
  Ты, патер, прав!
  
  Патер Квицкий
  
  Вотще рвался Дмитрий
  И путь иной себе открыть хотел.
  Мы путами незримо охватили
  Его стопы и привели - куда?
  Суди сама! Меж им и русским царством
  Стоять теперь волшебною стеной
  Все призраки преданий суеверных,
  Обычаев отверженных ярмо
  И тайные боярские крамолы.
  Назад нельзя - и бездна перед ним.
  Он должен пасть. Мы руку предлагаем,
  Чрез глубину приносим, - новый путь
  Величия и славы окрываем.
  Он должен пасть иль нашим быть. Прощай!
  
  Марина
  
  Остановись! На твой совет ужасный
  Я не могу одна склонить его.
  

  
  Явление третье
  
  (Входит Дмитрий.)
  
  Дмитрий
  
  Мой кончен пир, и гости разошлися.
  Как радостно шумела их толпа,
  Как весело и дружно все смешались,
  Литва и Русь, в единый братский круг!
  
  Марина
  
  Доверчивый и добрый мой Димитрий!
  
  Дмитрий
  
  Как ты грустна, Марина! Что с тобой?
  
  Марина
  
  Мне жаль его. Как сон его приятен!
  Как тяжело проснуться должен он!
  
  Дмитрий
  
  Пророчество и горе. О, я вижу,
  Уж, верно, ты, премудрый патер мой,
  Рассказами смутил мою Марину.
  Не верь ему!
  
  Марина
  
  Он хочет нас спасти.
  Внимай ему!
  
  Патер Квицкий
  
  Позволь мне удалиться,
  О государь! Царица знает все.
  
  Дмитрий
  
  Постой, постой! Что это за загадки?
  Откроете ль мне их глубокий смысл?
  
  Марина
  
  Их смысл глубок и мрачен так, как бездна,
  Над коей ты, беспечное дитя,
  Блестящими пирами веселишься.
  
  Дмитрий
  
  Как, под дворцом есть пропасть?
  
  Марина
  
  Не шути!
  Как кормчему пред близкою грозою,
  Так дороги мгновенья для тебя.
  
  Дмитрий
  
  В твоих устах, прелестный мой наставник,
  Мне нравится заботливый укор.
  
  Марина
  
  О перестань! Душа моя трепещет
  Пред глубиной правительственных тайн.
  
  Дмитрий
  
  Не для тебя они, моя Марина!
  Твоя душа прекрасна и ясна,
  Как тихих вод лазурная равнина;
  Ты нежных чувств и кротких дум полна.
  Нерадостны державы царской тайны:
  В них кровь и казнь, измена и мятеж,
  И строгий суд и гнева бурный пламень.
  Оставь же их!
  
  Марина
  
  Да, ты, Димитрий прав.
  Вся кровь моя оледенела в жилах,
  Когда святой отец передо мной
  Стал развивать ужасную картину
  Грядущих бед и нынешних крамол.
  
  Дмитрий
  
  Зачем он так безвременно заботлив?
  
  Марина
  
  О мой супруг! Благодари его.
  Небесного царя святой служитель,
  Исполненный усердия к тебе,
  Явился он предвестник непогоды,
  Чтоб пробудить заснувшего царя.
  Внемли ему и бодрствуй. Час боренья
  Уж недалек. Колеблется престол;
  Огонь горит, еще покрытый пеплом,
  Во тьме созрел ужасный заговор.
  
  Дмитрий
  
  Не верь, не верь! Я знаю иезуитов.
  Их хитрый ум наклонен к мятежам,
  Их радуют кровавые волненья,
  Им мирная противна тишина,
  Как сонный ветр в пустынях океана
  Томителен для смелого пловца.
  И оттого им снятся заговоры,
  Как воину все снятся стук мечей,
  И крепости, и враг зверообразный,
  И сладкий звон гуляющих ковшей.
  
  Патер Квицкий
  
  О юный царь! Как смело и поспешно
  Ты произнес не правый приговор!
  Нам суждено служить неблагодарным
  И тяжкий труд всечасно начинать,
  Наград не зря, плодов не собирая.
  Да будет так, как ты, гостодь, велишь!
  
  Дмитрий
  
  Я не хотел тебя обидеть, патер;
  Я ведаю, что опыт долголетний,
  И хитрый ум, испытанный в делах,
  И знания в тебе соединились;
  И в трудностях на поприще моем
  Меня не раз ты направлял ко благу.
  
  Патер Квицкий
  
  Не нужно мне упреков, ни похвал.
  Я не пришел минувших дней заслуги
  Напоминать, но днесь в последний раз
  От гибели тебя спасти, Димитрий!
  Вокруг тебя лукавый сонм бояр,
  Пред властию смиренно преклоняясь,
  Но злобою, скрытою в душе,
  Ужасный ков составили во мраке.
  Но я открыл их гнустный заговор.
  
  Димитрий
  
  Участников ты знаешь?
  
  Патер Квицкий
  
  Знаю многих.
  По знатности, по сану, по уму
  Начальник всем князь Шуйский.
  
  Димитрий
  
  Быть не может.
  Подумай сам: возможно ль? Шуйский князь,
  Избавленный от смерти мною!
  
  Марина
  
  Всегда змеей останется змея.
  Признательность чужда для властолюбца,
  И низкий дух обиды помнит всё,
  В единый миг забыв благодеянья.
  
  Димитрий
  
  Другие кто?
  
  Патер Квицкий
  
  Все Шуйского друзья:
  Бутурлины, Татищев, Милославский
  Да Салтыков.
  
  Димитрий
  
  Бездушник и подлец!
  
  Патер Квицкий
  
  Голицыны.
  
  Димитрий
  
  Изменники двойные.
  Да, верю я, тут заговор сокрыт.
  
  Патер Квицкий
  
  К Куракину в просторные палаты
  Сбираются полунощной порой.
  И тихо всё: закрыты плотно ставни,
  И заперт двор, чтоб шум иль яркий свет
  Не обличил их тайных совещаний.
  
  Димитрий
  
  Не скроются, не скроются во мгле
  Коварные и низкие злодеи.
  Я отыщу подземное гнездо,
  Я раздавлю шипящую эхидну.
  Мой верный друг! Теперь понятны мне
  Их рабские коленопреклоненья
  И льстивая покорность их речей.
  Всё мед и мак, чтоб взоры льва младого
  Сомкнулись сном; но пробудился лев.
  Готовьтеся к кровавому отчету,
  Преступники! Мой друг, ты спас меня.
  
  Марина
  
  Ты видишь сам, что милость бесполезна,
  Что в строгости спасение царей;
  Теперь внимать внушеньям кротким сердца
  Не должен ты. Губи, казни врагов!
  
  Димитрий
  
  О знаешь ли, как больно, как жестоко
  Крамольники мою терзают грудь!
  Ты знаешь ли, как я люблю Россию?
  Ты знаешь ли, что ночию и днем,
  И в снах моих, и в думах, и в мечтаньях
  Всё цель одна была передо мной -
  Отчизны честь и счастье... О, ужасно!
  За милости, за мой незлобный дух
  Мне заговор наградой!.. Шуйский! Шуйский!
  Ты мной прощен! И вот сердца людей.
  А, кротости ценить вы не умели -
  Так над собой увидите грозу
  Свирепую, жесточе Иоанна.
  Я чувствую, душа гоирт огнем,
  В моей груди родится жажда крови.
  Я их казню, стопчу безумцев в прах,
  Мученьями и казнями упьюся,
  Я истреблю злодеев; видит бог,
  Всех истреблю.
  
  Марина
  
  Не говори о казнях.
  Еще борьбы сомнителен успех,
  Еще трудна и неверна победа.
  
  Димитрий
  
  Что? страшен бой? Трудна победа? Мне
  Противников страшиться? Нет, Марина!
  Пока я спал в доверии слепом,
  Во мгле вилась, питалася крамола
  И выросла волшебною змеей;
  Но встану я, но голос мой раздастся,
  Как зык трубы гремящей, боевой,
  Но меч блеснет, и червем обратится
  Чудовище, грозившее войной...
  Бояться! Нет! Хитры они, лукавы,
  Бессовестны, бездушны, но со мной
  Начать борьбу не могут. Этот Шуйский
  В делах смышлен, искусный лицемер,
  Но не ему с моей тягаться силой!
  А прочие ничтожнее еще...
  То бой орла с полнощною совою.
  
  Патер Квицкий
  
  Но в темный час, когда заснет орел,
  Полнощнице не тяжела победа.
  
  Димитрий
  
  Мой взор открыт и не сомкнется он,
  Доколь вконец не сокрушу измены.
  Не страшен мне мятежный ков бояр,
  Пока народ признателен и верен.
  
  Марина
  
  Народ, народ! Да он твой первый враг
  И жадно ждет боярского призыва,
  Чтобы восстать и низложить тебя.
  
  Димитрий
  
  Восстать? За что? За то ли, что поборы
  Я уменьшил? За то ль, что власть бояр
  Я укротил правдивою рукою;
  Что кроток я, доступен всем мольбам
  И правый суд даю нелицемерно?
  За это ли?
  
  Марина
  
  Не ослепляйся, царь!
  Для черни ты гнуснее Иоанна,
  И Годунов перед тобою свят.
  Свирепым будь: народ замолкнет в страхе;
  Преступником: и он тебя простит.
  Ты хуже всех тиранов - ты еретик.
  
  Димитрий
  
  Еретик! А!
  
  Марина
  
  И где ж твои друзья,
  Советники, где верный твой Басманов?
  Они молчат.
  
  Димитрий
  

Другие авторы
  • Смирнова-Сазонова Софья Ивановна
  • Перец Ицхок Лейбуш
  • Толстовство
  • Оберучев Константин Михайлович
  • Мартынов Авксентий Матвеевич
  • Зуттнер Берта,фон
  • Смирнов Николай Семенович
  • Лафонтен Август
  • Покровский Михаил Николаевич
  • Юм Дэвид
  • Другие произведения
  • Крюков Александр Павлович - Киргизцы
  • Надеждин Николай Иванович - Русский театр
  • Мамин-Сибиряк Д. Н. - Дурной товарищ
  • Розанов Василий Васильевич - К открытию памятника П. А. Столыпину
  • Глинка Федор Николаевич - Стихи Ф.Н. Глинки шестилетней девочке Валентине Жизневской
  • Щеголев Павел Елисеевич - А. С. Пушкин и гр(аф) М. С. Воронцов
  • Блок Александр Александрович - Последние дни императорской власти
  • Стасов Владимир Васильевич - Концерт Д. M. Леоновой
  • Гайдар Аркадий Петрович - Школа
  • Белинский Виссарион Григорьевич - Владимир и Юлия, или Любовь девушки в шестнадцать лет. Роман. Сочинение Федора К. ср. на
  • Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (24.11.2012)
    Просмотров: 211 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа