Главная » Книги

Кони Анатолий Федорович - Совещание о составлении Устава о печати, Страница 2

Кони Анатолий Федорович - Совещание о составлении Устава о печати


1 2

lign="justify">   Поэтому определенный срок для нахождения книги в рассмотрении цензурных органов безусловно необходим и определять его в 24 часа совершенно невозможно. Просмотр книги, с целью проверки ее содержания с точки зрения. Уголовного уложения, потребует гораздо больше работы и внимания, чем, как здесь выразились, "чирканье красным карандашом", в большей части случаев не подлежащее никакой проверке. Тут дело не вкуса или личных взглядов цензора, не его направления или настроения, а серьезной вдумчивости в подчас сложное и обширное сочинение. Нужно не раз вчитаться в остановившие на себе внимание места, сопоставить их между собою, вглядеться в статьи Уложения, вникнуть в кассационные решения и познакомиться с выводами судебной практики.
   Где же сделать все это в течение одних суток, когда книг и брошюр много и когда задержание книги будет по закону непременно сопряжено с возбуждением уголовного преследования? Для того, чтобы разумно действовать в этом отношении и сообщать прокурорскому надзору не поспешные выводы, а проверенный и серьезный взгляд, недостаточно, как здесь рекомендовалось, перелистать книгу. Ее надо прочесть и, быть может, не один раз. Только при таком условии издатель книги будет гарантирован от задержания ее без достаточных оснований лишь потому, что цензор будет опасаться подвергнуться упреку за то, что выпустил книгу, которая впоследствии вызвала против себя преследование.
   Для такого tempus deliberandi (времени для размышления - лат.) установленный семидневный срок представляется наиболее подходящим. В крайнем случае, по отношению к брошюрам, он мог бы быть доведен до 4 или 5 дней.
   Предложение представлять книги прямо прокурору тоже неприемлемо. Нельзя механически переносить в наши законы правила иностранных кодексов из тех стран, где печать достигла давно гражданской зрелости и свободы, тогда как у нас она лишь выходит из-под строгой опеки. Прокурор не может быть отождествляем с цензором и обременяем просмотром всех выходящих в свет книг, причем обвинитель и возбудитель преследования будут сливаться в нем воедино, не говоря уже о том, что по статье 545 Устава уголовного судопроизводства ему же будет принадлежать и право предания суду. На основании пункта 2 статьи 297 того же Устава уголовное преследование возбуждается сообщениями и донесениями административных мест и лиц. Ими и будут цензурные органы, а их сообщения будут проверяться прокурором, и последним будет даваться или не даваться ход в судебном порядке. Этим путем создадутся, согласно с духом Судебных уставов, две власти, независимые друг от друга и самостоятельно установляющие свой взгляд на возбуждающую сомнение книгу, издатель которой, при разногласии таких мнений, только может выиграть, а при единогласии подвергнется суду по более прочным основаниям.
   Не представляется нужным также установлять и особую имущественную ответственность цензора за задержание книги, признанной прокурором не подлежащей преследованию, так как, во-первых, задержание книги должно последовать одновременно с сообщением прокурору, от которого уже будет зависеть рассмотреть сообщение цензора вне очереди, и, во-вторых, потому, что для имущественной ответственности должностных лиц за неправильные, противные закону или корыстные действия установлена общегражданская ответственность в особом порядке, по Уставу гражданского судопроизводства.
   Нельзя согласиться и с замечанием, что семидневный срок даст цензору возможность чрезмерно вчитываться в книгу и усиленно искать в ней признаков преступления, так как это всего скорее может случиться при кратком сроке, когда цензор будет стеснен временем для проверки своих впечатлений и для взвешивания своих взглядов на весах Уложения о наказаниях, а, опасаясь пропустить что-либо преступное, будет писать свои сообщения наскоро и без остаточной обдуманности, задержав вместе с тем книгу. Трудно себе представить, в чем состоит великий вред от представления книги на недельный или четырехдневный просмотр и какие могут существовать неотложные нужды или мировые истины, которые бы пострадали от того, что будут оглашены несколькими днями позже и притом не в газете, а в книге?

---

   Я не могу разделить мнение о том, что общее начало освобождения от предварительной цензуры книг и газет должно безусловно распространяться на всякого рода рисунки, издаваемые отдельно и в тексте.
   Несомненно, что тут есть разница, особливо если рисунок помещается не в тексте книги, а издается отдельно и выставляется для продажи. Книгу надо купить, надо прочесть, надо себе усвоить ее содержание, а рисунок, доступный и неграмотному, сильнее и гораздо определеннее действует на воображение и отпечатывается в памяти ясным образом. Два рода изображений останавливают на себе, в этом отношении, внимание: лубочные картины и открытые письма. Первые давно уже утратили наивную прелесть и здоровый юмор прежних лубочных картин. Произведений подлинного народного творчества уже и не встречается в продаже, а приходится искать их в изданиях Д. А. Ровинского {Подразумевается многотомный труд Д. А. Ровинского "Русские народные картинки" (СПб., 1881), посвященный русскому лубку до 1839 года.}. Теперь они сделались не отражением народного взгляда на те или другие события, а предметом предприимчивости, очень часто рассчитанной на возбуждение в народе недобрых чувств, на разжигание страстей, на воздействие на душу путем развития в ней хвастовства и высокомерия
   Еще недавно в книжных магазинах пестрели, привлекая толпу прохожих, картины, относящиеся к настоящей японской войне, очень мало говорившие зрителям об исторической доблести русского народа, о его героях, о созидателях русского государства, но зато изображавшие с преждевременною поспешностью разбитые в кровь носы сжатых в мощный кулак неприятелей, верховный вождь которых легким движением плеча сталкивается в пропасть. Едва ли патриотизм русского народа нуждается в таких возбудителях.
   Вместе с тем, лубочные картины, в целях своего наибольшего распространения, могут представить и изображения явно бесстыдные, действующие на чувственность и вносящие соблазн туда, куда соблазн книги достигнуть еще не может.
   В последнем отношении являются особо вредными распространившиеся в последнее время открытые письма, большая часть которых именно направлена на возбуждение похоти. Больно видеть мальчиков и девочек, в которых только еще начинает пробуждаться физическая природа, стоящими пред многочисленными витринами с карточками, изображающими весьма недвусмысленно разные моменты интимных отношений и действующими разжигающим образом на молодое и восприимчивое воображение. Дело идет не о наготе статуй, не об изображении анатомической и художественной гармонии линий и очертаний человеческого тела, а о том, про что совершенно правильно сказал известный французский сенатор Беранже: "Се qui nuit, се n'est pas le nu, c'est le retrousse" (Вредит не нагота, а приподнятое (платье) - франц.). В таких изображениях художник или, очень часто, фотограф тщательно избегает ставить точку над i, и тем может избегать явного бесстыдства своих порнографических трудов, влекущего судебное преследование, но оставлять такую деятельность, растлевающую мысль, чувство и здоровье молодежи, без контроля, едва ли возможно.
   Следует называть вещи их действительными именами и не смешивать свободу мысли с неприкосновенностью спекуляции на животные чувства посредством порнографических картинок. Однако вопрос об устранении влияния вредных рисунков находится в тесной связи с трудами нашей субкомиссии по пересмотру статей уголовного законодательства. Если удастся создать статью, обнимающую понятие этого влияния, то, разумеется, издатели этих народных рисунков и открытых писем будут отвечать по суду; в противном случае придется, вероятно, сохранить для этих изданий предварительную цензуру.

---

   В общем, я присоединяюсь к соображениям об удержании, с некоторыми видоизменениями, правила, содержащегося в статье 40 Устава цензурного относительно цензуры медицинских книг, представляющих собою предназначенные для народного употребления лечебники и врачебные руководства, а также имеющих предметом явления половой жизни.
   Народные лечебники, общедоступные по цене и по изложению, могут содержать в себе не только сведения и советы, бесполезные по своей ненаучности и поспешной непроверенности, но и прямо вредные, могущие отразиться роковым образом на здоровье населения. Читателями их будут не более или менее образованные подписчики медицинских газет и журналов, а доверчивые люди, совершенно чуждые началам врачевания и элементарным понятиям из анатомии и физиологии, склонные верить печатному слову и в то же время бояться врачей. Самонадеянное невежество может вооружить их такими лечебниками для домашнего употребления, при соблазне обойтись без призыва врача, в которых на борьбу с недугами будут призваны средства и способы, приводящие к недугам еще горшим.
   Примеры самозванного лечения и его пагубных последствий столь многочисленны, что их не стоит приводить. Достаточно вспомнить хотя бы о лечении Гачковским градоначальника Грессера или о том, что такое лечение может быть предметом систематического изложения в усиленно рекламируемой автором книге. Здесь именно нужен медицинский контроль, широкий и чуждый односторонности, без предвзятого предпочтения той или другой системы лечения, но зоркий относительно явной вредоносности его, которая может совершенно ускользнуть от внимания и даже понимания неспециалиста.
   Не менее, если не более, опасности представляют книги о явлениях половой жизни. Пред молодыми и неопытными взорами, для которых еще не наступили, по выражению Пушкина, "охлажденны лета" {Цитата из стихотворения А. С. Пушкина "К Языкову" (1824).}, научное значение таких книг отступает на задний план, да едва ли и может быть верно понято, но пылкому воображению юных читателей дается самая нездоровая и распаляющая пища.
   Преждевременное возбуждение полового инстинкта, ненужное загрязнение ума представлениями из области извращения природы и противоестественных отношений, развитие болезненного любопытства - являются результатом знакомства с такими книгами. Их воздействие направлено не на развитие мысли, не на расширение знания в молодежи, даже не на возбуждение смелой предприимчивости (каковы, например, сочинения Купера и Жюля Верна), а непосредственно на низменные чувственные инстинкты.
   Могут сказать, что ведь то же самое возможно и в беллетристике, где существуют порнографические произведения. Но это не так.
   Явная порнография, как таковая, прямо нарушает "добрые нравы и нравственность" и подлежит судебному преследованию; порнография же прикрытая, которая, давая многое понять, не доводит своего злоупотребления словом до конца, никогда все-таки не решится, именно из опасения суда, называть все своими именами и описывать с методическою подробностью и точностью. Беллетристические произведения, избирающие себе щекотливые сюжеты, все-таки всегда стараются оправдать себя некоторою поучительностью, указанием на господствующую в обществе порочность, на неправильность отношений между различными слоями его, создающую поле для безнравственных привычек и поведения. Притом ..в названиях таких романов обыкновенно нет прямого указания на их возбуждающее больное любопытство содержание, они редко бросаются в глаза своими обложками, виньетками, не сторожат молодежь, вместе с двусмысленными фотографиями, в соблазнительных витринах специальных издательских фирм.
   Содержание научных и quasi-научных медицинских книг о половой жизни иное, - в них очень часто отводится главное и обширное место не этиологии, не продромам, не терапии болезненных половых состояний, а симптоматологии и казуистике, благодаря которым, жадно впивая их, впечатлительный ум, еще не знакомый с действительными страстями, уже знакомится с извращающими их пороками. Достаточно, в этом отношении, например, указать на сочинение Таксиля "La corruption fin de siecle"  ("Развращенность конца века" - франц.), где, между прочим, с санитарно-полицейской и судебно-медицинской точек зрения рассматриваются условия половой жизни населения в больших городских центрах и с точностью стороннего наблюдателя излагаются все практикуемые в этой жизни, доходящие до совершенной чудовищности и садизма, способы удовлетворения полового инстинкта.
   В таких сочинениях напрасно искать какого-либо поучения, как в полупорнографических произведениях беллетристики, но научение дается в полной мере и со всеми подробностями, очень часто даже с рисунками и снимками с фотографий.
   Такое научение может коснуться и другой области. Под видом гинекологических исследований и сведений преподаются указания, как и какими способами наиболее целесообразно и удобно производить изгнание плода или препятствовать зачатию. Ярким образчиком в этом отношении является не пропущенная нашею цензурою, но переведенная по-русски за границею книга неизвестного доктора медицины "Физическая, естественная и половая религия", в которой, отправляясь от закона Мальтуса и считая, что единственною причиною нищеты служит перепроизводство населения, автор, с величайшими подробностями и с внешними научными медицинскими и политико-экономическими литературными приемами, рекомендует ряд средств к ограничению и пресечению этого перепроизводства, доходя даже до указания дозировки этих средств.
   И у нас стремились проникнуть в публику, задержанные Медицинским советом, брошюры и трактаты о супружеских отношениях, о медицинских советах новобрачным, о "любовных страстях и нравственных недугах" и т. п., торопливая и нечистоплотная стряпня которых, всегда прикрытая именем какого-либо неизвестного врача, имела целью научить, как избавляться от неприятных последствий половых сношений. У нас такого рода литература стала развиваться с появлением, в половине шестидесятых годов, якобы научной книги доктора Дебэ "Физиология и гигиена брака", наполненной загрязняющими воображение рассказами и описаниями. Потом, по этой части, стали отличаться несколько издателей, выпустивших в свет с рисунками и широковещательными объявлениями такие книги, как, например, "Женщина в естествоведении и народоведении" доктора Плоса, в обработке доктора Бартельса и под редакциею доктора Фейнберга, "Женское тело" доктора Штраца, в переводе доктора Шехтера, в которых, несмотря на множество цитат, чертежей, цифр и ссылок на медицинские сочинения, истинная наука, выражаясь словами Тургенева, "и не ночевала" {Цитата из письма И. С. Тургенева к Я. П. Полонскому от 13 (25) января 1868 г., впервые опубликованного в "Первом собрании писем И. С. Тургенева. 1840-1883. Издание Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым", СПб., 1884, стр. 130-131. Тургенев говорит не о науке, а о поэзии Н. А. Некрасова.}.
   Нельзя не понять и того запрещения, которому подверг Медицинский совет переработку действительно научного обширного труда профессора Крафт-Эбинга, изданного "для врачей, студентов и юристов" фирмою Аскарханова под названием "Половая психопатия", весь центр тяжести которой перенесен на описание утонченнейших половых извращений, оставляющих тягостнейшее впечатление даже в человеке, близко знакомом со всеми отделами судебной медицины. Надо при этом напомнить, что книги подобного рода продаются учащейся молодежи по цене, гораздо ниже показанной, и, таким образом, приобретают особый соблазн легкой доступности.
   Мне приходилось, при занятиях по судебной медицине и по званию члена Медицинского совета, быть вынужденным знакомиться с многими книгами этой категории. Большая часть из них представляла грязную спекуляцию на чувственность, лишенную всякого серьезного научного значения. Такие действительно ученые труды, как "Судебно-медицинское исследование скопчества Пеликана" или "Судебная гинекология" доктора Мержеевского, составляют редкие островки в этом море ненужной грязи и вредной гнили.
   Наконец, невозможно умолчать и о том, что под видом лечебных книг, касающихся половой области, нередко появляются произведения, в которых, под флагом человеколюбивого участия к юношеству, ему подносятся вредные картины осуществления похоти или рисуются преувеличенные ужасы и разрушительное действие порочных привычек. И здесь можно указать, для примера, на книги доктора Пулье и доктора Гарнье, наполненные грязнейшими подробностями, изложенными "с чувством, толком, с расстановкой" {Цитата из комедии А. С. Грибоедова "Горе от ума" (1824) (действие 2, явление 1, слова Фамусова).}.
   В 1901 году та же фирма Аскарханова подарила читателей, и в том числе любознательное юношество, книгою доктора Роледера в переводе того же доктора Шехтера, где подробно описываются все виды рукоблудия. Иногда такие книги опасны, как ввергающие в бездну отчаяния. Всеми исследователями самоубийств в Германии указывается, какую роковую роль играет среди молодых самоубийц очень распространенная книга "Der persоnliche Schutz" ("Личная защита" - нем.), в которой в таких мрачных красках изображены физические и патологические последствия рукоблудия, что несчастные юноши, одержимые этою порочною привычкою, считают себя навеки погибшими и нередко спешат покончить с собою... В моей судебной практике был случай самоубийства прекрасного юноши, отец которого, вместо успокоительных советов и вразумлений, предпочел дать сыну одну из подобного рода "лечебных книг", чтение которой поселило в душе мальчика ужас, от которого он решил избавиться смертью.
   Поэтому, находя, что к книгам медицинского содержания о половой жизни далеко не всегда может быть применено их задержание и возбуждение против них уголовного преследования, ибо под определения Уголовного уложения такие сочинения не подходят и, с точки зрения карательного закона, содержание их, в качестве научных, неуязвимо, несмотря на возможность принесения ими несомненного вреда, я считал бы желательным, по отношению к ним, оставить в силе постановление статьи 40, видоизменив его, однако, в видах меньшего обременения издателей.
   С этой точки зрения надлежало бы постановить, что такие сочинения, а равно и народные лечебники и врачебные книги и брошюры представляются во врачебное отделение губернского правления, которое обязано их рассмотреть в семидневный срок, причем, в случае воспрещения или сокращения представленной книги, издатель имеет право жалобы в Медицинский совет, решение которого является уже окончательным. При таком порядке и ввиду научной компетентности Медицинского совета ни законные интересы издателей, ни интересы действительного знания не могут пострадать, и общество, в лице своих младших членов, будет ограждено и нравственно, и физически. Тогда можно будет избежать прискорбного явления, состоящего в том, что одна quasi-научная книга распаляет воображение юноши и толкает его на порочную привычку или на преждевременную половую жизнь, а другая quasi-научная книга, вопия о последствиях этого, толкает его на самоубийство.
   Здесь дело идет не о вредном направлении книги, а о прямом вредном ее влиянии на физически неокрепший еще организм. Недаром в Писании сказано: "Нельзя соблазну не прийти в мир, но горе тому, чрез кого он приходит" {Цитата из евангелия от Матфея (XVIII, 7).}.
  

Воспроизведено по изданию:

А.Ф. Кони, Собрание сочинений в 8-ми томах, Изд. "Юридическая литература". М., 1969 г., т. 7, стр.260-287

  

Другие авторы
  • Клюшников Иван Петрович
  • Сю Эжен
  • Эртель Александр Иванович
  • Вентцель Николай Николаевич
  • Голиков Владимир Георгиевич
  • Герцо-Виноградский Семен Титович
  • Арсеньев Александр Иванович
  • Грей Томас
  • Фиолетов Анатолий Васильевич
  • Ларенко П. Н.
  • Другие произведения
  • Ломоносов Михаил Васильевич - Слово похвальное блаженныя памяти государю императору Петру Великому
  • Неведомский М. - Д. И. Писарев
  • Котляревский Иван Петрович - Ене³да
  • Чулков Георгий Иванович - Под гласным надзором
  • Миклухо-Маклай Николай Николаевич - Поиски клипера "Изумруд" за H. H. Миклухой-Маклаем
  • Андреев Леонид Николаевич - Собачий вальс
  • Воровский Вацлав Вацлавович - В кривом зеркале
  • Соловьев Сергей Михайлович - История России с древнейших времен. Том 27
  • Ершов Петр Павлович - В. П. Зверев. Автор не только "Конька-горбунка"
  • Анненский Иннокентий Федорович - Варианты критических статей
  • Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (24.11.2012)
    Просмотров: 105 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа