Главная » Книги

Тихомиров Павел Васильевич - Обзор русских журналов

Тихомиров Павел Васильевич - Обзор русских журналов


1 2

   Тихомиров П. В. Обзор русских журналов: Русские философские журналы за 1900 г. // Богословский вестник 1901. Т. 1. No 3. С. 554-581 (2-я пагин.).
  
  

ОБЗОРЪ РУССКИХЪ ЖУРНАЛОВЪ.

Русск³е философск³е журналы за 1900-й годъ ("Вопросы философ³и и психолог³и", кнн. 51-55 и "Вѣра и разумъ", NoNo 1-24).

Спец³ально-философское журнальное дѣло въ Росс³и.- Краткая характеристика "Вопросовъ философ³и и психолог³и" и "Вѣры и разума".- Группировка статей въ "Вопросахъ философ³и и психолог³и".- Статья г. Лапшина о трусости въ мышлен³и.- Статьи объ умершихъ русскихъ философахъ, Н. Я. Гротѣ, М. М. Троицкомъ и В. П. Преображенскомъ.- Статья г. Новгородцева объ историческомъ и философскомъ изучен³и идей.- Г. Иванцовъ о Лейбницѣ.- Замѣчан³е о психологическихъ статьяхъ.- Защита метафизики, какъ науки, Б. Н. Чичеринымъ.- Статья проф. Лопатина о безсознательной душевной жизни.- Очеркъ современныхъ философскихъ учен³й о душѣ проф. Челпанова. - Проф. Огневъ о неовитализмѣ.- Философ³я войны проф. гр. Л. А. Комаровскаго. - Группировка статей въ "Вѣрѣ и разумѣ". - Г. Вержболовичъ о пособ³яхъ философскаго самообразован³я.- Статья г. Краснюка о старомъ славянофильствѣ.- Избранные трактаты Плотина въ переводѣ проф. Малеванскаго.- Изслѣдован³е проф. о. Буткевича о философскомъ монизмѣ Геккеля.- Проф. Струве о матер³и, духѣ и энерг³и.- Заключительное замѣчан³е.

   За послѣдн³я десятилѣт³я философ³я въ Росс³и сдѣлалась настолько существеннымъ элементомъ умственнаго развит³я общества, что оказалась нужда и явилась возможность издавать даже два спец³ально-философскихъ журнала. Старѣйш³й изъ нихъ, "Вѣра и разумъ", основанный преосвященнымъ Амврос³емъ, арх³епископомъ Харьковскимъ, издается съ 1884 года двухнедѣльными книжками; - всего, такимъ образомъ, онъ существуетъ уже 18-й годъ, и доселѣ вышло его 413 NoNo. Второй журналъ, "Вопросы философ³и и психолог³и", основанъ при Московскомъ психологическомъ обществѣ покойнымъ профессоромъ Московскаго университета Н. Я. Гротомъ и А. А. Абрикосовымъ, издается 12-й годъ и выходитъ двухмѣсячными книжками (кромѣ ³юня и ³юля) пять разъ въ годъ (въ началѣ выпускалось четыре книжки въ годъ);- всего доселѣ вышло 55 книжекъ. Два журнала на всю Росс³ю - нельзя сказать, чтобы этого было много, особенно, если сравнивать съ нашей западной сосѣдкой Герман³ей, гдѣ издается (если не ошибаемся) десять философскихъ журналовъ. Нельзя, правда, сказать, чтобы и эти два журнала имѣли очень много подписчиковъ. По "матер³аламъ для журнальной статистики за 1900 г.", сообщеннымъ редакц³ей "Вопросовъ философ³и и психолог³и", видно, что этотъ журналъ въ прошломъ году расходился въ количествѣ 1199 экземпляровъ {Въ томъ числѣ безплатныхъ и обмѣнныхъ 199. Всяже подписка распредѣлялась такъ: за границу 70 экз., въ Москву 191, въ СПБ 178 и по губерн. 760 (Вопр. ф. и пс, кн. 55, стр. 554).}. Въ какомъ количествѣ расходилась "Вѣра и разумъ", мы не знаемъ. Извѣстно только, что этотъ журналъ обязательно выписывается всѣми причтами Харьковской епарх³и. Во всякомъ случаѣ, мы безъ риска ошибиться можемъ принять для обоихъ журналовъ общую цыфру подписчиковъ въ 2 1/2 - 3 тысячъ. Это,- повторяемъ,- величина не слишкомъ то крупная. Но важно то, что она является уже до извѣстной степени устойчивой и имѣетъ надежды на повышен³е. Еслиже мы еще примемъ во вниман³е, что, съ одной стороны, большинство образованной публики (не считая спец³алистовъ) предпочитаетъ пользоваться спец³альными журналами въ библ³отекахъ, a съ другой,- что по самому существу дѣла интересъ къ философ³и можетъ быть свойственъ только наиболѣе развитой части въ средѣ самой интеллигенц³и, то должны будемъ признать, что вообще философск³е журналы имѣютъ y насъ достаточный контингентъ читателей. И надо сказать, что на этотъ же кругъ читателей могъ-бы приблизительно разсчитывать и всяк³й вновь открывш³йся философск³й журналъ {Если-же, тѣмъ не менѣе, новыхъ философскихъ журналовъ не появляется, то причина этого заключается главнымъ образомъ въ недостаткѣ сотрудниковъ. Пишутъ по философ³и y насъ почти исключительно профессора и приватъ-доценты философскихъ наукъ въ высшихъ учебныхъ заведен³яхъ. Этотъ недостатокъ порождалъ нѣкоторыя опасен³я при основан³и "Вѣры и разума": разсказываютъ, что преосв. Никаноръ Херсонск³й предрекалъ, что очень легко "вѣра" останется безъ "разума". т. е. журналъ будетъ терпѣть недостатокъ именно въ философскомъ матер³алѣ; къ счаст³ю, это предсказан³е не оправдалось. Этотъ-же недостатокъ далъ себя почувствовать и при основан³и Петербургскаго философскаго общества: вскорѣ послѣ его открыт³я поднимался было вопросъ объ основан³и для него спец³альнаго органа, т. е. Петербургскаго философскаго журнала. Слухъ объ этомъ проектѣ обезпокоилъ нѣсколько Московское психологическое общество мыслью о неизбѣжномъ отливѣ части сотрудниковъ "Вопросовъ ф. и пс." къ ихъ будущему Петербургскому собрату. Но, повидимому, и Петербургск³е философы почувствовали себя недостаточно многочисленными, чтобы однимъ издавать цѣлый журналъ. Предсѣдатель философскаго общества, проф. СПБ. унив. А-дръ И. Введенск³й обратился къ предсѣдателю Моск. псих. общ-ва съ предложен³емъ считать "Вопросы философ³и и психолог³и" органомъ и Петербургскаго философскаго общества. Предложен³е было принято, и съ тѣхъ поръ на обложкѣ журнала значится: "Издан³е Московскаго психологическаго общества при содѣйств³и С.Петербургскаго философскаго общества".}. Спросъ на философское чтен³е стоитъ твердо. Въ этомъ то смыслѣ мы и назвали философ³ю существеннымъ элементомъ въ умственномъ развит³и современнаго русскаго общества; и несомнѣнно, что этотъ элементъ долженъ такъ или иначе сказываться на выработкѣ общественныхъ настроен³й въ нашемъ отечествѣ, или, по крайней мѣрѣ, самъ служить ихъ выражен³емъ.
   Как³я-же идеи проводятъ въ сознан³е образованнаго общества эти два журнала? Кратко и въ общемъ видѣ отвѣтить на этотъ вопросъ мы въ настоящемъ случаѣ не беремся, потому что для этого потребовалось-бы подвергнуть тщательному анализу все напечатанное въ обоихъ журналахъ съ самаго ихъ основан³я и затѣмъ обобщить результаты такого анализа. Мы хотимъ только познакомить читателей "Богословскаго Вѣстника" съ нѣкоторыми заслуживающими вниман³я статьями обоихъ журналовъ за прошлый 1900 годъ {При этомъ считаемъ нужнымъ оговориться, что изъ "Вѣры и разума" мы коснемся лишь нѣсколькихъ статей философскаго отдѣла, церковный-же отдѣлъ цѣликомъ оставляемъ въ сторонѣ.}, что, конечно, хоть отчасти дастъ всетаки нѣкоторое представлен³е о томъ, куда движется русская философская мысль. Но предварительно мы позволимъ себѣ нѣсколько замѣчан³й отъ отличительныхъ особенностяхъ каждаго изъ разсматриваемыхъ журналовъ.
   "Вопросы философ³и и психолог³и'' являются органомъ независимой философ³и самыхъ разнообразныхъ направлен³и. Журналъ не связываетъ себя какимъ либо обязательнымъ credo, чуждается тенденц³озности въ подборѣ статей, даетъ мѣсто писателямъ самыхъ различныхъ школъ. Здѣсь можно подъ рядъ встрѣтить статьи и гегельянца, и кант³анца, и позитивиста, и спиритуалиста, и матер³алиста, и пантеиста, и теиста и т. д. Единственное требован³е, предъявляемое къ сотрудникамъ, есть требован³е научной серьезности и знакомства съ современнымъ положен³емъ обсуждаемыхъ вопросовъ въ соотвѣтственной литературѣ. Послѣднее обстоятельство, впрочемъ, не ведетъ къ обременен³ю статей обильной цитац³ей, обнаруживающей эрудиц³ю авторовъ; напротивъ, эта эрудиц³я обыкновенно лишь предполагается, статьи-же по большой части сопровождаются лишь самымъ ограниченнымъ числомъ необходимыхъ цитатъ, a часто печатаются и совсѣмъ безъ нихъ. Благодаря своей безпарт³йности, журналъ съ полнымъ правомъ можетъ считать себя ареной для обнародован³я всѣхъ существующихъ и вновь возникающихъ въ Росс³и философскихъ доктринъ, ареной даже борьбы между разнородными направлен³ями (въ немъ вполнѣ допускается и полемика между сотрудниками). Разумѣется, нельзя не сочувствовать такому характеру журнала. Русская философ³я еще такъ молода, самостоятельныя направлен³я въ ней только еще намѣчаются, и было бы преждевременнымъ монополизировать существующ³е y насъ философск³е журналы въ пользу одной какой-либо парт³и.
   "Вѣра и разумъ" по самому своему назначен³ю отличается нѣсколько инымъ духомъ. Прежде всего имѣетъ значен³е то обстоятельство, что это - журналъ не просто философск³й, a богословско-философск³й и, притомъ, - издаваемый подъ духовной цензурой. Ясно, что на его страницахъ не могутъ найти себѣ мѣста статьи съ враждебнымъ богослов³ю содержан³емъ, статьи матер³алистическаго и антирелиг³ознаго характера. Но мало этого,- помимо такого отрицательнаго требован³я отъ сотрудниковъ, журналъ не чуждъ и нѣкоторой положительной тенденц³и. Девизомъ своимъ онъ избралъ изречен³е Евр. XI, 3: "πίστει νοοῦμεν - вѣрою разумѣваемъ". Философ³я на страницахъ этого журнала, повидимому, должна быть "въ послушан³и вѣрѣ". И насколько намъ извѣстно, преосв. Амврос³й, почти до послѣдняго времени прочитывавш³й предварительно большинство статей, строго наблюдалъ за исполнен³емъ этого требован³я. Статьи и изслѣдован³я во многихъ случаяхъ носили ярко выраженную апологетическую окраску. Журналъ стремится быть органомъ спец³ально-христ³анской философ³и. Но это совершенно естественное стремлен³е не ведетъ однакоже къ посягательству на чисто философск³е принципы сотрудниковъ, и редакц³я никогда не связывала своего направлен³я исключительно съ тою или иною исторически извѣстной философ³ей (подобно тому, какъ, напр., католическое философствован³е связано съ томизмомъ). Напротивъ, если вникнуть въ основные принципы и предположен³я различныхъ авторовъ, то мы встрѣтимся съ поразительнымъ разнообраз³емъ, доходящимъ иногда до полной противоположности: скептицизмъ и догматизмъ, апр³оризмъ и эмпиризмъ, рац³онализмъ и позитивизмъ, дуализмъ и монизмъ - эти и тому подобныя противоположныя тенденц³и одинаково находили себѣ защитниковъ и пропагандистовъ среди сотрудниковъ "Вѣры и разума". Редакц³я ограничивается лишь наблюден³емъ, чтобы въ статьяхъ не апологетическихъ явно не нарушались интересы богослов³я и христ³анства; въ апологетическихъ-же статьяхъ для нея отказывается безразличнымъ, - на как³е философск³е принципы и предположен³я опираются авторы {Что такое отношен³е къ дѣлу не есть результатъ случайности или какого-либо недосмотра со стороны редакц³и, a является принцип³альнымъ, это мы можемъ рѣшительно утверждать на основан³и одного личнаго опыта. Въ 1897 году, съ одобрен³я самого арх³епископа Амврос³я, печаталась въ "В. и Р." наша статья - "Православная догматика и религ³озно-философское умозрѣн³е", заключительный выводъ которой гласилъ: "Православное богослов³е въ общемъ относится къ естественному человѣческому разуму въ высшей степени благопр³ятно и съ полнымъ довѣр³емъ. Никакихъ обязательныхъ программъ и методовъ, никакого философскаго "Credo" православному мыслителю не навязывается. Отъ него требуется только искреннее признан³е положительной богооткровенной истины христ³анства, a во всемъ остальномъ онъ безусловно свободенъ. Ему предоставляется итти какими угодно путями, держаться какой угодно философ³и, лишь-бы онъ не становился въ противорѣч³е съ положительной вѣрой. Правда, послѣднее услов³е содержитъ въ себѣ нѣкоторый ограничительный смыслъ - по отношен³ю къ системамъ, явно проникнутымъ антихрист³анскими и вообще антирелиг³озными тенденц³ями; но къ такимъ системамъ, строго говоря, можно причислить только одинъ матер³ализмъ, наименѣе философскую изъ всѣхъ доктринъ; всѣ-же проч³я философ³и, на которыя нерѣдко думаютъ опираться представители различныхъ атеистическихъ, пантеистическихъ и т. п. учен³й, въ дѣйствительности вовсе не приводятъ неизбѣжно къ такимъ воззрѣн³ямъ, a иногда гораздо лучше могутъ стать основой и теистическаго убѣжден³я, какъ это мы и видимъ на многихъ примѣрахъ - англ³йской опытной философ³и, картез³анства и т. н. волюнтаризма, или этелизма" (См. въ отдѣльномъ издан³и, стр. 38).}. Такимъ образомъ, и "Вѣра и разумъ",- если не считать нѣкоторыхъ неизбѣжныхъ въ духовномъ журналѣ формальныхъ ограничен³й, - представляетъ, въ сущности, достаточно простора для свободнаго раскрыт³я самыхъ разнообразныхъ философскихъ началъ. Это, разумѣется,- весьма хорошо, потому что въ философ³и болѣе, чѣмъ гдѣ-либо, свобода изслѣдован³я есть conditio sine qua Non собственно философ³и.
   Посмотримъ-же теперь, что далъ каждый изъ разсматриваемыхъ журналовъ за прошлый годъ.
  

---

  
   Начнемъ свой обзоръ съ "Вопросовъ философ³и и психолог³и". Разнообразный матер³алъ, помѣщенный здѣсь въ течен³е прошлаго года, можетъ быть распредѣленъ по слѣдующимъ группамъ (при этомъ распредѣлен³и мы не принимаемъ въ разсчетъ статей критико-библ³ографическаго характера, извѣст³й и замѣтокъ). а) Введен³е въ философ³ю представлено статьей И. И. Лапшина "О трусости въ мышлен³и" (кн. 55). б) Къ Истор³и философ³и могутъ быть прежде всего отнесены статьи, посвященныя памяти недавно умершихъ русскихъ философовъ - Н. Я. Грота (въ кн. 51 статьи: В. Н. Ивановскаго "Очеркъ жизни и дѣятельности Н. Я. Грота", Д. В. Викторова "Памяти Н. Я. Грота, какъ профессора", Ю. И. Айхенвальда "Очеркъ этическихъ воззрѣн³й Н. Я. Грота", П. П. Соколова "Б. Я. Гротъ, какъ мыслитель"), M. M. Троицкаго (въ кн. 52 статьи - А. С. Бѣлкина "М. М. Троицк³й" и В. Н. Ивановскаго "Къ характеристикѣ М. М. Троицкаго"), В. П. Преображенскаго (въ кн. 54 статьи: кн. С. Н. Трубецкого "Памяти В. II. Преображенскаго", H. A. Котляревскаго "Воспоминан³я о В. П. Преображенскомъ"). Затѣмъ, къ этой-же группѣ должны быть отнесены статьи и по истор³и западно-европейской и древне-греческой философ³и: П. И. Житецкаго "В. Гумбольдтъ въ истор³и философскаго языкознан³я" (кн. 51), И. И. Иванова "Поиски за м³росозерцан³емъ" {кн. 53,52 и 55), Вл. С. Соловьева "Объ авторѣ д³алога Протагоръ" (кн. 53), П. И. Новгородцева "Объ историческомъ и философскомъ изучен³и идей" (кн. 54), Г. А. Рачинскаго "Трагед³я Ницше" (кн. 55), Н. А. Иванцова "Лейбницъ" и П. Д. Боборыкина "О ницшеянствѣ" (кн. 54). в) Статьи по Психолог³и: А. Нечаева "Экспериментальныя данныя къ вопросу о вниман³и и внушен³и" (кн. 52), Вл. А. Вагнера "Физическ³я страдан³я и чувство страха" (кн. 53), А. Ф. Лазурскаго "О взаимной связи душевныхъ свойствъ и способахъ ея изучен³я" (ib.), Ц. П. Балталона "Наблюден³я и опыты по эстетикѣ зрительныхъ воспр³ят³й" (ib. и кн. 55), H. B. Згурскаго "Психофиз³ологическая теор³я чувствован³й" (ib. и кн. 55). г) Къ Метафизикѣ могутъ быть отнесены три статьи: въ кн. 54 - Б. Н. Чичерина "Метафизика есть ли наука?", Л. М. Лопатина "Къ вопросу о безсознательной душевной жизни" и въ кн. 52 - Г. И. Челпанова "Очеркъ современныхъ учен³й о душѣ". д) По Натурфилософ³и - статьи: А. Н. Щукарева "Очерки по философ³и естествознан³я" (кн. 52) и И. Ф. Огнева "Витализмъ въ современномъ естествознан³и" (кн. 54) е) По Эстетикѣ: Н. Г. Дебольскаго "Объ эстетическомъ идеалѣ" (кн. 55) и В. Е. Г³ацинтова "Объ отношен³и искусства къ дѣйствительности" (ib.). ж) По Филоеоф³и права: Б. Н. Чичерина "Философ³я права" (кн. 51) и гр. Л. А. Комаровскаго "Къ вопросу о философ³и войны" (кн. 53). з) По Философ³и истор³и - статья Р. Ю. Виппера "Нѣсколько замѣчан³й о теор³и историческаго познан³я" (кн. 53) и и) по Философ³и религ³и - Вл. С. Соловьева "Послѣдняя лекц³я въ С.Петербургскомъ Университетѣ въ 1882 году" (кн. 54) {Послѣдняя статья, впрочемъ, появляется въ "Вопр. фил. и псих.'' не впервые. Она ранѣе была напечатана въ "Правосл. Обозрѣн³и" (1883, 1) подъ заглав³емъ: "Жизненный смыслъ христ³анства, философск³й комментар³й на учен³е о Логосѣ ап. ²оанна Богослова". Редакц³я узнала объ этомъ только уже во время печатан³я статьи; но, полагая, что "большинству читателей она такъ-же была неизвѣстна, какъ и ей", рѣшила сохранить ее (Вопр. ф. и пс, кн. 54, стр. 639, прим.).}.
   Наибольш³й общ³й и принцип³ально-философск³й интересъ,- какъ по важности затрогиваемаго предмета, такъ равно и по литературнымъ достоинствамъ,- представляетъ несомнѣнно первая изъ перечисленныхъ статей, г. Лапшина. Молодой, начинающ³й философъ поднялъ вопросъ, правда, не новый, но весьма умѣстный для обсужден³я именно y насъ въ Росс³и, гдѣ не только внѣшн³я услов³я и строгости обязательной и добровольной цензуры, но и самый характеръ нашего просвѣщен³я, еще не вполнѣ умѣющаго стоять на своихъ собственныхъ ногахъ и не эмансипировавшагося отъ рабства всевозможнымъ авторитетамъ, способствуютъ развит³ю именно мыслебоязни. Подъ "трусостью въ мышлен³и" г. Лапшинъ разумѣетъ "страхъ предъ извѣстными представлен³ями", способными, съ точки зрѣн³я боящагося, подорвать всякое значен³е нѣкоторыхъ другихъ весьма цѣнныхъ истинъ и представлен³й. Напримѣръ, страхъ предъ матер³ализмомъ легко можетъ порождаться такимъ соображен³ямъ, что "если я примыкаю къ матер³алистической точкѣ зрѣн³я въ теор³и знан³я, я долженъ въ этикѣ отказаться отъ представлен³я о загробномъ существован³и нематер³альной души" Что подобнаго рода страхъ вообще свойственъ человѣческой природѣ, это было подмѣчено давно. Такъ, уже Аристотель въ своей "Риторикѣ" указываетъ возможность вл³ять на логическ³я убѣжден³я другихъ людей путемъ "интимидац³и" (кн. II, гл. VII). Особенно краснорѣчиво характеризуетъ этотъ пр³емъ въ спорѣ Шопенгауэръ (онъ называетъ его "argumentura ab utili"): "Если вамъ удастся заставить почувствовать вашего оппонента, что его мнѣн³е, будь оно истинно, явно наноситъ ущербъ его интересамъ, онъ отброситъ его, какъ горячую картошку, и признаетъ, что съ его стороны было очень неосторожно отстаивать такое мнѣн³е. Священникъ, напр., защищаетъ извѣстную философскую догму; вы даете ему понять, что эта догма непосредственно противорѣчитъ одному изъ основныхъ учен³й церкви - и онъ покидаетъ ее. Помѣщикъ утверждаетъ, что введен³е машинъ въ земледѣльческ³я работы, практикуемое въ Англ³и, превосходная затѣя, ибо одна машина выполняетъ работу многихъ людей. Дайте ему понять, что недалеко то время, когда экипажи будутъ приводиться въ движен³е паромъ, и что тогда стоимость его обширнаго конскаго завода значительно упадетъ - и вы увидите, что онъ скажетъ". Разсматриваемая г. Лапшинымъ "трусость въ мышлен³и" обыкновенно проявляется при знакомствѣ съ новыми и необычными м³росозерцан³ями и теор³ями. Ей подвержены и философствующ³е люди. "Знакомясь съ м³росозерцан³емъ, которое чуждо усвоеннымъ ими ранѣе метафизическимъ воззрѣн³ямъ, они, не понявъ, какъ слѣдуетъ, послѣдняго, пугаются возможной утраты извѣстныхъ цѣнностей, которая постигнетъ ихъ, если они станутъ на новую точку зрѣн³я, не подозрѣвая того, что эти цѣнности отнюдь не потеряютъ своего значен³я, если философы, какъ слѣдуетъ, усвоятъ себѣ новый взглядъ на м³ръ и познан³е". Задачей своей статьи авторъ ставитъ - иллюстрировать эту "трусость" примѣрами предубѣжденно-отрицательнаго отношен³я къ т. н. "философскому идеализму" (феноменализму). "Подобно индѣйской сказочной царевнѣ, слѣпо вѣрившей, что, если роза ея увянетъ - это значитъ, что отецъ ея, находящ³йся въ походѣ, умеръ, хотя между обоими событ³ями не могло быть ровно никакой связи, реалисты полагаютъ, что, утративъ догматическую вѣру въ независящую отъ сознан³я реальность быт³я, они потеряютъ нѣчто цѣнное; так³е выводы пугаютъ ихъ, и тогда этотъ страхъ, a не убѣжден³е въ логической несостоятельности идеализма, имѣетъ для нихъ рѣшающее значен³е". Этотъ страхъ проявляется различно, смотря по професс³и мыслителя: "въ духовномъ лицѣ, въ общественномъ дѣятелѣ, въ ученомъ, въ поэтѣ идеализмъ вызываетъ различнаго рода страхи".
   Авторъ подробно останавливается на анализѣ каждаго изъ видовъ этого "страха предъ идеализмомъ". Въ главѣ "опасность идеализма съ точки зрѣн³я духовнаго лица" онъ говоритъ о враждѣ къ идеализму со стороны католическихъ писателей, для которыхъ "идеализмъ представляется опаснѣйшимъ учен³емъ, такъ какъ онъ подрываетъ вѣру въ два рода реальностей, цѣнныхъ по преимуществу: 1, въ сверхчувственный м³ръ и 2, въ видимую церковь". Здѣсь много любопытныхъ данныхъ, характеризующихъ нежелан³е и неспособность католическихъ богослововъ вникнуть въ основан³я критическаго идеализма по существу, - "потому что онъ долженъ быть неправъ во всякомъ случаѣ". Только, намъ думается, авторъ напрасно далъ этой главѣ такое заглав³е, инсинуируя, будто всякое духовное лицо заражено подобной "трусостью". Вѣдь католическое богослов³е находится въ особомъ и исключительномъ отношен³и къ философ³и: аристотелизмъ и томизмъ настолько тѣсно слились съ нимъ, что мѣшаютъ ему не только участвовать въ развит³и новѣйшей философ³и, но и понимать его. Совсѣмъ въ иномъ положен³и находятся духовныя лица протестантства и православ³я. Относительно первыхъ авторъ, навѣрное, самъ знаетъ, что они отнюдь не чуждаются вл³ян³й новѣйшей философ³и вообще и идеалистической въ частности. Не мѣшало бы ему также знать, что и православное богослов³е отнюдь не связываетъ своей судьбы съ какою-либо спец³альною гносеологической или метафизической доктриной; и православное духовное лицо охотно признаетъ соображен³е г. Лапшина, что теизмъ можетъ удобно сочетаться съ различными гносеологическими, метафизическими и тимологическими доктринами,- напр., и съ идеализмомъ и оптимизмомъ (Берклей) и съ реализмомъ (Локкъ) и т. п. Въ главѣ о страхѣ предъ идеализмомъ общественныхъ дѣятелей авторъ приводитъ много любопытныхъ и даже комичныхъ примѣровъ негодован³я и инсинуац³й, съ какими англичане относились къ идеализму Берклея, скептицизму Юма и т. п. учен³ямъ {Они, не обинуясь, называли учен³е Берклея "скандальнымъ абсурдомъ: высказывали убѣжден³е, что за принят³емъ его "послѣдуетъ разложен³е общества и гибель человѣчества''. Главныхъ возражен³й противъ идеализма обыкновенно выставлялось три (у Рида): 1, "идеализмъ идетъ въ разрѣзъ инстинкту самосохранен³я: 2, "идеализмъ сводится къ солипсизму. т. е. къ отрицан³ю реальности другихъ живыхъ существъ"; 3, "идеализмъ Берклея и критика закона причинности Юма подрываютъ прочность всѣхъ общественныхъ отношен³й и между прочимъ ведутъ къ невозможности отправлять правосуд³е". Опасность Юмова скептицизма стараются, между прочимъ, доказывать и ссылкой на его, будто-бы, безнравственный источникъ: говорили, что пер³одъ наибольшаго философскаго скептицизма Юма совпадаетъ со временемъ, когда противъ него былъ возбужденъ процессъ одной женщиной, обвинявшей его въ томъ, что онъ, приживъ съ ней ребенка, бросилъ ее. "Крайне любопытно,- говоритъ Макъ-Кошъ,- что этотъ инцидентъ случился именно въ то время, когда юноша покидалъ свой родной домъ (23-лѣтн³й Юмъ отправлялся путешествовать) въ такомъ исключительномъ состоян³и духа".}. Съ точки зрѣн³я естествоиспытателей идеализмъ "представляетъ наростъ на современной философ³и, раковую опухоль, которая питается ея жизненными соками"; самая возможность его существован³я есть "просто скандалъ", допускаемый философ³ей. Для поэта идеализмъ оказывается просто иллюз³онизмомъ, и ему кажется, что - 1, "во внѣшнемъ м³рѣ - галлюцинац³и красота становится блѣднымъ вымысломъ"; - 2, качественное разнообраз³е м³ра тоже страдаетъ; - 3, наконецъ, идеализмъ ведетъ къ отрицан³ю другихъ живыхъ существъ, a "солипсизмъ для поэта - нѣчто худшее смерти: онъ вселяетъ въ него безграничный ужасъ".
   За этими примѣрами слѣдуютъ весьма любопытныя и по мѣстамъ тонк³я психологическ³я соображен³я касательно разсматриваемаго явлен³я. Послѣдняя глава посвящена вопросу о средствѣ противъ трусости въ мышлен³и. Иногда достаточно бываетъ выяснить мыслителю только присутств³е въ его размышлен³яхъ этого страха, чтобы онъ отсталъ отъ. него. Главнымъ же средствомъ является широкое научное и историко-философское образован³е.
   Статья г. Лапшина съ удовольств³емъ и глубокимъ интересомъ прочитается всякимъ,- какъ спец³алистомъ, такъ и вообще образованнымъ человѣкомъ. Каждый легко и самъ можетъ припомнить множество другихъ примѣровъ, кромѣ приведенныхъ авторомъ, потому что мыслебоязнь проявляется не въ отношен³и только къ идеализму и не только въ философ³и, a и во многихъ другихъ случаяхъ,- напр., въ обсужден³и вопросовъ общественныхъ, политическихъ, религ³озныхъ и т. п.
   Послѣдн³е годы для русской философ³и сказываются весьма ощутительными потерями. Большинство сходящихъ въ могилу философовъ обыкновенно и находитъ себѣ оцѣнку на страницахъ "Вопросовъ". Смерть Н. Я. Грота была насколько неожиданной, настолько-же к чувствительной потерей для психологическаго общества и русской философ³и. Посвященныя его памяти статьи довольно полно освѣщаютъ личность и учен³е этого покойнаго философа. Жаль только, что его сослуживцы не дали характеристики его, какъ члена ученой университетской семьи. Всѣ статьи о немъ принадлежатъ частью его ученикамъ, частью лицамъ постороннимъ для Московскаго университета. Изъ этихъ статей читателя могутъ видѣть, какою богато одаренной, энергичной, предпр³имчивой, прогрессивной и отзывчивой на все доброе и и высокое натурой былъ Н. Я. Гротъ (статья В. Н. Ивановскаго); какимъ онъ былъ образцовымъ профессоромъ, чуждымъ всякой рутины и олимп³йства, готовымъ на самопожертвован³е въ пользу студентовъ и стремившимся быть для нихъ не столько авторитетнымъ учителемъ, сколько лишь опытнымъ руководителемъ и другомъ (Д. В. Викторовъ). Что касается собственно воззрѣн³й Н. Я-ча, то совершенно вѣрно указываютъ на глубок³й нравственный интересъ, проникавш³й всѣ его работы и двигавш³й ими; своеобразная, нѣсколько эвдемонистическая этика Грота замѣчательно гармонируетъ съ его духовнымъ складомъ и, не смотря на свою незаконченность и несогласованность въ нѣкоторыхъ частяхъ, производитъ чрезвычайно подкупающее и пр³ятное впечатлѣн³е въ пользу цѣльной и симпатичной личности философа (см. статью Ю. И. Айхенвальда). Въ выработкѣ чисто философскихъ своихъ взглядовъ Н. Я. прошелъ нѣсколько стад³й: "пер³одъ позитивизма, пер³одъ метафизическаго идеализма и пер³одъ примирен³я позитивизма и идеализма въ духѣ современной научной философ³и" (П. П. Соколовъ) {Болѣе подробное раскрыт³е этой характеристики, какъ, м. б., помнятъ читатели, помѣщено авторомъ въ "Богословскомъ Вѣстникѣ" за 1899 годъ подъ заглав³емъ "Философск³й скиталецъ".}. Напомнимъ, кстати, читателямъ, что Н. Я. Гротъ былъ однимъ изъ самыхъ плодовитыхъ писателей нашего времени. Полный перечень его ученыхъ и публицистическихъ трудовъ (сдѣланный В. Н. Ивановскимъ) обнимаетъ 88 назван³й. Между ними есть и крупныя работы высокой научной цѣнности.
   Въ характеристикахъ M. M. Троицкаго справедливо ставится ему въ особенную заслугу энергичное требован³е эмпирическаго, индуктивнаго метода для психолог³и. Въ свое время "Нѣмецкая психолог³я" М. М-ча была крупнѣйшимъ явлен³емъ въ области русской философской литературы. Теперь уже ни одинъ серьезный психологъ, сколько-нибудь понимающ³й задачи своей науки, не рѣшится вести ее на метафизическихъ помочахъ. Теперь даже люди, въ философ³и далеко не примыкающ³е къ англ³йскому эмпиризму, въ психолог³и всетаки необходимо являются сторонниками и продолжателями здравыхъ завѣтовъ англ³йской школы. Для конца-же 60-хъ годовъ диссертац³я М. М-ча была чрезвычайно прогрессивнымъ явлен³емъ. Истор³я русской философ³и никогда не забудетъ этой заслуги M. M. Троицкаго. Увлечен³е его англ³йскимъ эмпиризмомъ явилось въ немъ не сразу: въ бытность его баккалавромъ К³евской духовной академ³и {М. М. Троицк³й окончилъ курсъ въ К³евской дух. академ³и въ 1857 г (вмѣстѣ съ преосв. Сильвестромъ Малеванскимъ) и былъ оставленъ преподавателемъ философ³и и греческаго языка, каковыя должности и проходилъ до 1861 г.} и нѣкоторое время послѣ того онъ болѣе придерживался нѣмецкой философ³и, провозглашая даже Фихте старшаго ген³альнѣйшимъ мыслителемъ. Тѣмъ цѣннѣе его позднѣйшая пропаганда эмпиризма, какъ плодъ глубокаго и всесторонне продуманнаго убѣжден³я.
   В. П. Преображенск³й русской читающей публикѣ извѣстенъ, только какъ авторъ двухъ прекрасно и талантливо написанныхъ статей - о Ницше и Шопенгауэрѣ и какъ редакторъ переводовъ и издан³й психологическаго общества. Но онъ весьма много потрудился для организац³я и веден³я журнала. A затѣмъ въ воспоминан³яхъ близкихъ къ нему лицъ (съ особеннымъ интересомъ читается въ этомъ случаѣ чрезвычайно красиво и тепло составленная рѣчь кн. С. Н. Трубецкого) онъ рисуется, какъ богато одаренная, высоко интеллигентная и разносторонне образованная личность, какъ тонк³й философск³й умъ, который лишь вслѣдств³е крайней критической требовательности къ самому себѣ такъ мало оставилъ въ наслѣдство русской философ³и. Этимъ и объясняется то,- на первый взглядъ чрезмѣрно участливое, - вниман³е, съ какимъ отнеслось къ его памяти психологическое общество, посвятившее ему цѣлую отдѣльную книгу своего журнала (No 54).
   Изъ статей по общей истор³и философ³и слѣдуетъ отмѣтить статью П. И. Новгородцева, выясняющую важный методологическ³й вопросъ. Несомнѣнно, что историческое изучен³е идей весьма важно и для самой истор³и, и для философ³и. Но несомнѣнно также, что историки какъ y насъ, такъ и за границей, сильно преувеличиваютъ цѣнность и значен³е своихъ изыскан³й. Понять и объяснить возникновен³е идеи въ связи съ жизнью и культурными услов³ями ея эпохи, конечно, важно; но важно-ли это само по себѣ? Къ чему мнѣ знать подобный генезисъ, если это знан³е никоимъ образомъ не служить мнѣ къ выработкѣ собственнаго м³ровоззрѣн³я {Говоря это, мы отнюдь не отрицаемъ за историкомъ права считать свою задачу оконченной именно только выяснен³емъ генезиса; но пусть историкъ помнитъ, что его задачами не исчерпывается наиболѣе существенный интересъ къ предмету, и что самыя эти задачи не суть нѣчто самодовлѣющее, a имѣютъ лишь служебное значен³е по отношен³ю къ высшимъ, философскимъ задачамъ.}? Философск³я идеи (включая сюда и идеи т. н. практической философ³и - политическ³я, нравственныя и т. п.) не суть только цвѣты всеобщаго культурнаго процесса, a въ значительной мѣрѣ цѣнны для насъ и по своему содержан³ю, которымъ онѣ могутъ вл³ять и на людей самыхъ разнообразныхъ культуръ; философск³я идеи суть элементы, претендующ³е на то, чтобы войти въ составъ нашего м³ровоззрѣн³я, и потому онѣ подлежатъ не только изучен³ю со стороны своего происхожден³я, но и критикѣ со стороны своей цѣнности. Вотъ почему, какъ справедливо утверждаетъ г. Новгородцевъ, къ чисто историческому изучен³ю идей должно присоединяться "философское" (иначе его называютъ еще "систематическимъ", "догматическимъ" {Слово "догматическое" (отъ "догма") y автора указываетъ на положительное содержан³е доктрины, a не является противоположностью "критическому", какъ принято въ современной гносеологической терминолог³и.}. "критическимъ"); y насъ есть законная "потребность выяснить значен³е доктрины съ точки зрѣн³я принятыхъ нами точекъ зрѣн³я или одушевляющихъ насъ стремлен³й". Что одного историческаго изучен³я идея въ рамкахъ ея эпохи недостаточно, это видно, между прочимъ, изъ того, что "подобно тому, какъ въ своемъ происхожден³и каждая болѣе глубокая доктрина не покрывается ближайшими и непосредственными впечатлѣн³ями, такъ и въ своемъ вл³ян³и она можетъ простираться далеко за предѣлы своей эпохи, являясь источникомъ поучен³й для послѣдующихъ вѣковъ и поколѣн³й; логическ³й объемъ доктрины, какъ системы абстрактныхъ опредѣлен³й, шире тѣхъ непосредственныхъ реальныхъ поводовъ, которыми она вызывается въ жизни". Наконецъ, само надлежаще полное и основательное историческое изучен³е невозможно безъ соотвѣтственнаго философскаго.
   Значительный общ³й интересъ могли-бы представлять статьи о Ницше. Но статья г. Рачинскаго еще не окончена въ прошломъ году, поэтому и сужден³е о ней мы отлагаемъ до слѣдующаго обозрѣн³я. Статья-же г. Боборыкина болѣе посвящена памяти В. П. Преображенскаго, какъ толкователя Ницше. Остальныя статьи отличаются болѣе спец³альнымъ характеромъ'. Общедоступно и интересно написана статья H, A. Иванцова. Воззрѣн³я Лейбница имъ изложены правильно и съ яснымъ пониман³емъ дѣла; но историческое положен³е и значен³е Лейбница указано очень односторонне: "нѣмецкая философ³я, по словамъ автора, есть дитя нѣмецкаго протестантизма и имѣетъ къ послѣднему такое-же отношен³е, какое схоластика и картез³анство въ его правой имѣли къ католичеству;... въ общемъ философ³я Лейбница носитъ всѣ черты старой схоластики". Едва-ли историкъ философ³и можетъ согласиться съ такимъ расширеннымъ пониман³емъ схоластики и такой упрощенной оцѣнкой Лейбница.
   Статьи по психолог³и всѣ затрогиваютъ весьма интересныя темы, знакомятъ со множествомъ любопытныхъ фактовъ и наблюден³й, даютъ не мало довольно поучительныхъ выводовъ. Но, къ сожалѣн³ю, въ рамкахъ настоящаго обозрѣн³я мы не можемъ ихъ коснуться, потому что познакомить съ ними читателей и особенно оцѣнить ихъ было-бы невозможно на двухъ-трехъ страницахъ: безъ приведен³я фактовъ и дов. многочисленныхъ примѣровъ изложен³е превратилось-бы въ сухую ничего не говорящую читателю схему. Но, впрочемъ, можетъ быть, со временемъ на страницахъ "Богословскаго Вѣстника" и будетъ спец³альное обозрѣн³е русской психологической литературы. Мы-же теперь переходимъ къ статьямъ по метафизикѣ.
   Ветеранъ русской философ³и Б. Н. Чичеринъ выступаетъ на защиту метафизики, какъ науки. Статья его представляетъ рефератъ, посланный на международный философск³й конгрессъ въ Парижѣ. "Противоположен³е метафизики и науки, - говоритъ авторъ, - составляетъ одну изъ многихъ ходячихъ мыслей въ настоящее время. Наука - это то, что мы знаемъ достовѣрно, познан³е истины вещей; метафизика - это не болѣе, какъ пустыя отвлеченности, произведен³я воображен³я, не имѣющ³я ничего общаго съ реальнымъ м³ромъ. Въ крайнемъ случаѣ считаютъ ее собран³емъ гипотезъ на счетъ того, о чемъ мы не можемъ имѣть никакихъ достовѣрныхъ свѣдѣн³й. Такова точка зрѣн³я, на которую становятся всѣ тѣ, для которыхъ опытъ составляетъ единственный источникъ всего, что мы можемъ знать объ окружающихъ насъ предметахъ я о себѣ самихъ". Авторъ рѣшительно возстаетъ противъ такого воззрѣн³я и старается доказать, что "опытъ отнюдь не служитъ единственнымъ источникомъ нашего знан³я"; - что "самая наука, будучи руководима разумомъ, не можетъ обходиться безъ метафизическихъ понят³й, которыя, сознательно или безсознательно, примѣшиваются ко всему, что мы думаемъ и изслѣдуемъ". Доказательство ведется сначала отрицательнымъ путемъ: анализъ эмпирической гносеолог³и показываетъ, что скептицизмъ, a затѣмъ и мистицизмъ - ея законныя послѣдств³я. Затѣмъ положительный доводъ: разсматривая пр³емы положительныхъ наукъ, мы видимъ, что онѣ не могутъ обойтись безъ апр³орныхъ понят³й "причины", "субстанц³и" и "силы". Далѣе, математика, безспорнѣйшая изъ наукъ, самымъ своимъ существован³емъ являетъ убѣдительнѣйшее опровержен³е эмпиризма. "Математическая наука доказываетъ неопровержимымъ образомъ, что источникъ нашего знан³я двояк³й, опытъ и мышлен³е, при чемъ послѣднее, исходя изъ данныхъ чистаго разума, можетъ придти къ совершенно достовѣрнымъ выводомъ на счетъ законовъ, управляющихъ м³ромъ". Изслѣдован³е категор³й, ихъ разнороднаго примѣнен³я въ области познан³я и построен³е системы понят³й, руководящихъ разумомъ въ познан³и вещей, и составляетъ предметъ логики и, главнымъ образомъ, метафизики. Въ пониман³и задачъ метафизики авторъ совершенно открыто примыкаетъ къ Гегелю и даже утверждаетъ, что "Гегель положилъ прочныя основан³я этому здан³ю, вся дальнѣйшая работа должна примыкать къ нему, и въ этомъ состоитъ главная задача настоящаго времени". Согласно съ Гегелемъ онъ говоритъ, что "законы разума суть вмѣстѣ и законы реальнаго м³ра, a потому понят³я разума являются выражен³емъ этихъ законовъ и соотвѣтствуютъ природѣ вещей". Въ этихъ разсужден³яхъ почтеннаго философа очень много справедливаго и поучительнаго, хотя,- надо прямо сказать,- гегельянская точка зрѣн³я, съ которой ведется здѣсь защита метафизики, въ глазахъ многихъ современныхъ философовъ можетъ быть дискредитирующимъ признакомъ.
   Проф. Л. М. Лопатинъ старается факты т. н. безсознательной душевной жизни привлечь къ рѣшен³ю вопроса о сравнительномъ достоинствѣ двухъ типовъ спиритуализма: 1) "картез³анскаго, признающаго душу и тѣло за начала субстанц³ально противоположныя одно другому, непостижимымъ образомъ другъ съ другомъ связанныя, видящаго въ душѣ абсолютно единую, простую сущность, вся жизнь которой исчерпывается ея сознательными процессами и состоян³ями и обращающаго нашъ тѣлесный организмъ въ чисто внѣшн³й аггрегатъ протяженныхъ частей, въ которомъ ничего не совершается, кромѣ механическихъ движен³й въ пространствѣ; - 2) лейбниц³анскаго или монадологическаго, принцип³ально отрицающаго существенную противоположность между духовнымъ и матер³альнымъ быт³емъ и полагающаго. что нашъ сознательный духъ есть, хотя и высш³й, но не единственный центръ психической жизни въ насъ". По мнѣн³ю автора, "гипотеза монадологическая имѣетъ несомнѣнныя и огромныя преимущества, если только устранить изъ нея въ высшей степени произвольное метафизическое предположен³е Лейбница о совершенной непроницаемости и замкнутости монадъ другъ для друга и замѣнить его гораздо болѣе естественнымъ признан³емъ ихъ реальнаго взаимодѣйств³я и возможности взаимныхъ отражен³й ихъ внутренняго содержан³я. Съ этой точки зрѣн³я вполнѣ совмѣщаются субстанц³альное единство нашего сознан³я съ внутренней сложностью основы нашей психической жизни въ ея цѣломъ. При этой гипотезѣ, далѣе, становятся понятными безчисленныя воздѣйств³я безсознательной психики на сознательный ходъ нашихъ душевныхъ явлен³й, понятна при ней и глубокая зависимость душевныхъ процессовъ отъ физ³ологическихъ отправлен³й нашего мозга - вѣдь тогда y каждаго такого отправлен³я надо предположить свою особую психическую изнанку болѣе или менѣе сложнаго типа". Эта работа проф. Лопатина стоитъ въ тѣсной связи съ прежними его статьями, посвященными защитѣ дуализма въ учен³и о человѣкѣ. Свой дуализмъ онъ, впрочемъ, желаетъ отличать отъ метафизическаго дуализма, абсолютно противополагающаго духъ й матер³ю: его дуализмъ только "полагаетъ, что душа и тѣло, какова-бы ни была ихъ внутренняя природа, и какъ-бы ни были они тѣсно связаны, суть всетаки различные источники разныхъ явлен³й" {Кстати замѣтимъ, что сейчасъ указанное отграничен³е проф. Лопатинымъ своего взгляда отъ метафизическаго учен³я о внутренней сущности духа и матер³и нисколько не говоритъ противъ отнесен³я нами его статьи къ группѣ статей по метафизикѣ, потому что задачи и выводы его суть всетаки метафизическ³е, выходятъ изъ рамокъ эмпирической психолог³и.}. Проф. Л. М. Лопатинъ уже давно извѣстенъ образованной публикѣ, какъ одинъ изъ выдающихся, солидныхъ современныхъ русскихъ мыслителей, какъ защитникъ и пропагандистъ оригинальной, серьезно задуманной и основательно раскрываемой спиритуалистической системы {Подобно Вл. С. Соловьеву, Л. М. Лопатинъ началъ свою литературную дѣятельность въ "Православномъ Обозрѣн³и" и доселѣ остается защитникомъ воззрѣн³й, въ высшей степени гармонирующихъ съ интересами религ³и и богослов³я.}. Въ виду существенной однородности этого новаго его произведен³я съ прежними трудами, намъ нѣтъ надобности касаться теперь его научной и философской цѣнности.
   Статья проф. Г. И. Челпанова имѣетъ цѣлью "познакомить читателей съ современными философскими учен³ями о душѣ". Любопытно, что, подобно Л. М. Лопатину, и онъ считаетъ свою статью отнюдь не трактатомъ по метафизикѣ, a по психолог³и, забывая, что эмпирической психолог³и до души нѣтъ никакого дѣла {Ссылка-же его на эмпириковъ Милля и Спеyсера, которые "не только считали возможнымъ говорить о душѣ, но даже признавали ее существующей, ничего не доказываетъ, п. ч. Милль и Спенсеръ въ этомъ случаѣ являются философами, рѣшающими вопросъ, по существу метафизическ³й, a не психологами-эмпириками.}. Очевидно, что даже наиболѣе безпристрастными и трезвыми умами нашего времеяя владѣетъ инстинктивный horror metaphysicae, и они предпочитаютъ проводить метафизическ³я теор³и въ сознан³е образованнаго общества подъ психологическимъ флагомъ. Авторъ начинаетъ съ разсмотрен³я того учен³я, которое называется обыкновенно психофизическимъ монизмомъ или параллелизмомъ. Онъ находитъ, что это учен³е возникаетъ въ связи съ учен³емъ Декарта и его преемниковъ - окказ³оналистовъ и Спинозы. "Въ текущемъ столѣт³и опытныя науки: анатом³я, физ³олог³я, хим³я и др. доставили огромный матер³алъ, доказывающ³й соотвѣтств³е между физическими и психическими явлен³ями". Матер³ализмъ пытался истолковать это соотвѣтств³е въ свою пользу. Недостатки матер³алистическаго пониман³я прпичинностип "дали поводъ современнымъ эмпирикамъ-философамъ (Авенар³усъ и Махъ) устранить самое понят³е причинности и ввести вмѣсто него понят³е функц³ональнаго отношен³я", утверждающаго параллелизмъ физическихъ и психическихъ процессовъ, т. е. въ сущности вернуться къ точкѣ зрѣн³я Декарта, окказ³оналистовъ и Лейбница. Различное рѣшен³е вопроса,- "отчего дѣйств³е этихъ двухъ различныхъ м³ровъ находится другъ съ другомъ въ соглас³и", - создало между сторонниками параллелизма два направлен³я: 1, теор³я эмпирическаго параллелизма и 2, теор³я монизма или неоспинозизма. Обзоръ этихъ учен³й авторъ заканчиваетъ выводомъ: "Если такой выдающ³йся писатель, какъ Вундтъ, не могъ провести послѣдовательно принципа монизма, то это ясно указываетъ на недостаточность самаго принципа монизма, и потому кажется, что въ настоящее время на вопросъ, что можно считать болѣе правильнымъ, монизмъ или дуализмъ, слѣдовало-бы отвѣтить, что дуализмъ, признающ³й матер³альный и особенный духовный принципъ, во всякомъ случаѣ лучше объясняетъ явлен³я, чѣмъ монизмъ". Послѣ этого онъ переходитъ къ разсмотрѣн³ю вопроса о "душѣ". Въ рѣшен³и этого вопроса "въ настоящее время среди философовъ одни являются сторонниками такъ называемой субстанц³альности, друг³е являются сторонниками актуальности; сущность этого различ³я сводится къ тому, что, по мнѣн³ю первыхъ, душа есть субстанц³я, по мнѣн³ю вторыхъ, она есть непрерывно смѣняющаяся связь процессовъ или актовъ". Защитниками этой послѣдней теор³и являются Паульсенъ и Вундтъ. Критическ³й анализъ различныхъ мнѣн³й по этому вопросу приводитъ автора къ заключен³ю, что "въ современной философ³и тѣ, которые признаютъ существован³е души, признаютъ также и ея субстанц³альность, если не прямо, то во всякомъ случаѣ косвенно". Статья г. Челпанова производитъ весьма пр³ятное впечатлѣн³е, какъ дѣльный историко-критическ³й очеркъ, соединяющ³й съ научной основательностью и полную общедоступность.
   Изъ статей по натурфилософ³и необходимо отмѣтить статью проф. И. Ф. Огнева о неовитализмѣ, какъ знаменательное указан³е на возможность торжества идеалистическаго м³ровоззрѣн³я и въ области естествознан³я, въ этомъ исконномъ убѣжищѣ матер³алистической и механической теор³й. По мнѣн³ю проф. И. Ф. Огнева, хотя "попытка опредѣлить на основан³и характерныхъ чертъ въ современномъ естествознан³и его дальнѣйшее развит³е и ходъ основныхъ воззрѣн³й въ немъ не можетъ не заключать въ себѣ вѣроятностей ошибки, однако все-же не можетъ бытъ сомнѣн³я и въ томъ, что изъ теперешнихъ течен³й научной мысли два перейдутъ въ новое столѣт³е и должны будутъ вступить между собою въ рѣшительную борьбу; одно изъ этихъ течен³й является въ настоящее время господствующимъ, другое только нарождается". Эти два течен³я суть механическое м³ровоззрѣн³е и новый витализмъ. "Характерной чертой для господствующаго теперь течен³я научной мысли, говорить авторъ, является взглядъ на жизнь, какъ на чисто механическ³й процессъ. Между живымъ и мертвымъ нѣтъ по существу никакой разницы. Въ томъ и другомъ дѣйствуютъ однѣ и тѣ-же центральныя силы. Жизнь есть только особая форма движен³я частицъ вещества или комбинац³я ихъ. Весь этотъ м³ръ. блестящ³й свѣтомъ и красками, полный различныхъ звуковъ и тепла, дающ³й намъ столько радостей и печалей, въ сущности лишенъ качествъ. Поперечныя колебан³я частицъ эѳира отражаются въ насъ какъ цвѣта или тепло, продольныя волны воспринимаются какъ звукъ. Сами мы, какъ и всяк³й организмъ, представляемъ собою лишь очень сложную машину. Необъятную машину представляетъ собою и весь м³ръ. Казалось, что такое механическое м³ровоззрѣн³е завладѣло очень надолго, если не навсегда, естествознан³емъ. Однако такое ожидан³е не оправдалось. Прежнее, казалось, давно и навсегда погребенное, учен³е о жизненной силѣ воскресло вновь и притомъ въ нѣсколько новой формѣ, чѣмъ прежде. Учeнie это получило назван³е неовитализма и въ настоящее время усиливается и распространяется все болѣе и болѣе. Въ противность механическому м³ровоззрѣн³ю, оно выдвигаетъ на первое мѣсто въ органической жизни особую психическую силу, которая и является главной руководительницей жизни. Такимъ образомъ, на ряду съ господствующимъ механическимъ взглядомъ на природу явилось новое учен³е, которое, не отрицая вполнѣ въ организмахъ, подобно прежнему витализму, значен³я центральныхъ силъ и механическихъ отношен³й, отводитъ имъ однако второе мѣсто въ объяснен³и жизни". Обзору неовиталистическихъ учен³й г. Огневъ и посвящаетъ свою статью. Онъ разбираетъ здѣсь воззрѣн³я - Бородина, Буяге, Ферворна, Риндфлейша, Фаминцына и Дриша. Къ сожалѣн³ю, мы не имѣемъ мѣста, чтобы коснут

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 363 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа