Главная » Книги

Васюков Семен Иванович - Русская община на кавказско-черноморском побережье

Васюков Семен Иванович - Русская община на кавказско-черноморском побережье


1 2

  

Русская община на кавказско-черноморскомъ побережьѣ

².

   Кавказско-черноморское побережье мы знаемъ по курортнымъ мѣстамъ и посадамъ Туапсе, Сочи, Гагры и проч., но не знаемъ трудовыхъ центровъ побережья, не знаемъ, какъ живетъ поселенный русск³й народъ - и въ чемъ его будущее?
   Побережье пережило культуры: греческую, римскую, черкесскую и въ настоящее время переживаетъ русскую. Еще въ глубокой древности побережье считалось лакомымъ кусочкомъ для народовъ, страной не только пр³ятной по климату и роскошной растительности для дачнаго пребыван³я изнѣженныхъ патриц³евъ, но и страной богатой и сильной по производительности и всякимъ естественнымъ богатствамъ. Сколько остатковъ прежняго, отжитаго велич³я, слѣдовъ заселенности и жизни осталось и теперь еще!..
   Но приступимъ къ русской общинѣ и культурѣ.
   Мѣстная война кончилась. Кавказъ, а вмѣстѣ съ нимъ и побережье покорены русскими. Черкесы ушли въ Турц³ю, оставш³еся переселены въ кубанск³я степи подъ надзоръ казаковъ. Покончили свою культуру горцы, и съ 60-хъ годовъ побережье начало заселяться русскими. Интересны первые шаги поселенцевъ въ странѣ для нихъ новой, въ совершенно незнакомыхъ услов³яхъ. Они не имѣли понят³я о мѣстахъ, куда ѣхали, одни неволею, друг³е охотою, не знали, какъ и тѣ, которые ихъ посылали, какъ не знаютъ до сихъ поръ мѣстъ тѣ, "кому вѣдать надлежитъ". Первые поселенцы были казаки-степняки тогда упраздненнаго шапсугскаго батальона, переведеннаго въ гражданское состоян³е. Положен³е 18-го октября 1870 года предоставляло огромныя льготы для поселившихся: при общинномъ земельномъ устройствѣ на каждую душу мужского пола, родившуюся до 1870 г., полагалось въ юрту {Юртъ - м³рская земля.} по 20 десятинъ, кромѣ одной десятины, отведенной въ полную ихъ собственность (§ 55); общинная же земля была отрѣзана на правахъ крестьянъ-собственниковъ. Въ течен³е 15-ти-лѣтняго срока, считая съ 10-го марта 1866 года, поселенцы освобождались отъ воинскаго постоя, отъ всякихъ гербовыхъ и канцелярскихъ пошлинъ, торговать могли по однимъ льготнымъ свидѣтельствамъ безъ платежа пошлинъ, могли устраивать фабрики и заводы, не подвергаясь никакимъ денежнымъ сборамъ въ казну, и наконецъ освобождались отъ платежа податей и отправлен³я денежной и натуральной повинности.
   Вотъ какими льготами пользовались въ новомъ, благодатномъ краѣ первые поселенцы-казаки, которыхъ, если они шли охотою, надѣляли кромѣ всего еще десятидесятинными "потомственными" (въ частную собственность) участками. Но этихъ охотниковъ, какъ видно изъ нарѣзаннаго числа участковъ, было не особенно много - пришлось селить силою, причемъ не пренебрегали порочными по приговорамъ столичныхъ обществъ членами. Такимъ образомъ организовалось 12 большихъ станицъ съ двумя поселками.
   Впрочемъ, заселен³е или, вѣрнѣе, раздача земель производилась не только простымъ казакамъ, но и офицерамъ упраздненнаго шапсугскаго батальона, которые получили безплатно въ полную собственность участки земли: штабъ-офицеры по 400, а оберъ-офицеры по 200 десятинъ. Полковники и генералы верстались по 1.000 десятинъ. Но всѣ эти крупные землевладѣльцы рѣшительно никакой сельскохозяйственной дѣятельности не проявили; нѣкоторые продали задешево жалованныя земли, а друг³е, повидимому, ждутъ цѣнъ и владѣютъ огромными лѣсными и береговыми площадями земель, не имѣя на нихъ не только какого-нибудь хозяйства, но даже турлучной хаты для сторожа, ибо эти вельможи предоставляютъ охрану своихъ владѣн³й мѣстнымъ лавочникамъ, платя имъ по 100 и даже по 50 руб. жалованья въ годъ.
   Мнѣ приходилось дѣлать десятки верстъ пѣшкомъ по берегу моря. Идешь, идешь - скалы да лѣсъ, и нѣтъ ни жилья, ни человѣка. Потомъ спросишь:- Чьи эти земли?- "Такого-то генерала или князя!" - Отчего же пустуютъ так³я прекрасныя береговыя угодья?- "Да такъ,- отвѣчаютъ мѣстные жители:- прежде греки потихоньку табакомъ занимались, а теперь никого нѣтъ!.." Не мало земель принадлежитъ министерству государственныхъ имуществъ: въ горахъ так³я земли тоже пустынны, а по берегу нарѣзаны культурные участки въ размѣрѣ около 10 и болѣе десятинъ, сдаваемые на льготныхъ услов³яхъ частнымъ лицамъ подъ высш³я культуры. Но слабо прививается и двигается эта высшая культура, вслѣдств³е отсутств³я дорогъ и, потому, дороговизны на самые необходимые предметы потреблен³я и строительные и друг³е матер³алы. Морской путь почти не эксплоатируется для сельскохозяйственныхъ потребностей, пароходы идутъ мимо селен³й и культурныхъ участковъ и, точно издѣваясь надъ несчастными хозяевами, идутъ близко, въ какой-нибудь верстѣ отъ берега! Кромѣ того, дорогъ перпендикулярныхъ новоросс³йско-сухумскому шоссе нѣтъ, хотя прежде, при черкесахъ, таковыя были и содержались въ прочномъ порядкѣ. Я лично въ горахъ на охотѣ находилъ совершенно сохранивш³еся каменные мосты, которые такъ заросли, что нельзя и подозрѣвать было о ихъ существован³и, еслибы не старый, мѣстный охотникъ, который мнѣ указалъ эти мосты въ непроходимой теперь горной глуши. Вообще, черкесы свои многочисленныя горныя дороги содержали хорошо, объ источникахъ заботились чрезвычайно и лѣсоистреблен³емъ не занимались. Русск³е первые поселенцы не только не поддержали черкесской культуры, для нихъ полезной и прямо необходимой, но уничтожили даже слѣды жилищъ и дорогъ непр³ятеля.
   Что же дѣлали на первыхъ порахъ поселенцы? Первые четыре года - ничего. Высадили ихъ по береговымъ "щелямъ", указали имъ "рукой" земли и, прибавивъ, что все это - ваше, живите, молъ, работайте и будетъ вамъ хорошо! Ни указан³й, ни совѣтовъ, о какихъ бы то ни было инструкторахъ не было ни рѣчи, "ни думки". Съ ними вмѣстѣ поселились священники и фельдшера, да еще начальники изъ бывшихъ офицеровъ. Кругомъ - горы, дремуч³й лѣсъ и море, все незнакомыя картины для степняковъ. Что имъ дѣлать? Стали они "робить" хаты и балаганы по низменностямъ около рѣчекъ, гдѣ никогда не селились черкесы, занимая жилищами своими возвышенности надъ низинами, въ которыхъ они разводили сады и разрабатывали поля. Русск³е, напротивъ, поставили хаты въ самыхъ низкихъ мѣстахъ, ниже даже уровня моря, и, разумѣется, en masse заболѣли лихорадками. Священники и фельдшера пригодились, дѣйствительно, очень скоро: одни лечили, друг³е хоронили, ибо лихорадки при такихъ услов³яхъ выражались осложнен³ями, которыя вели въ могилу. "Много насъ тогда перемерло, охъ, много!" - разсказывали мнѣ оставш³еся въ живыхъ поселенцы.- "Повѣрите ли, бывало, всѣ лежимъ, подняться нѣтъ силъ и воды некому подать... Что дѣтей похоронили,- такъ и валились ребята!.. Послѣ - ничего, обтерпѣлись!"
   Но я долженъ прибавить, что и теперь отъ лихорадокъ страдаютъ главнымъ образомъ первые поселенцы, старожилы, которыхъ усадьбы находятся въ ямахъ, между возвышенностями, среди густой, непроходимой чащи фруктовыхъ деревьевъ и непремѣнно около рѣчки. Кое-гдѣ еще оставались черкесы, которые уводили скотъ у переселенцевъ. На первыхъ порахъ бывшимъ казакамъ пришлось обороняться отъ горцевъ, имѣть съ ними враждебныя столкновен³я въ горахъ, разыскивать еще существовавш³е аулы. Вотъ во время этихъ экспедиц³й поселенцы находили нѣкоторые запасы зерна, оставленные невольными эмигрантами-горцами, и цвѣтущ³е, великолѣпные фруктовые ихъ сады.
   - Что было фруктовъ,- разсказывали мнѣ старожилы,- и, Боже мой! По 25 пудовъ и болѣе яблокъ и бергамотъ съ дерева брали... Некуда фруктовъ было дѣвать!.. Возить стали въ городъ... Это, впрочемъ, послѣ, когда пров³антъ перестали выдавать.
   Первые поселенцы въ течен³е четырехъ лѣтъ получали солдатск³й паекъ по 1 п. 32 ф. муки и по 8 1/2 фунтовъ крупы на человѣка, причемъ полный паекъ считался отъ семилѣтняго возраста, а до тѣхъ поръ дѣти все-таки получали полъ-пая. Для перевозки изъ Кубанской области многочисленнаго пров³анта въ построенные склады была организована береговая флотил³я на казенныя средства, существующая и понынѣ на ту же субсид³ю, но рѣшительно ничего для населен³я не работающая, а служащая интересамъ богатѣйшаго акц³онернаго "Русскаго Общества пароходства и торговли", очень извѣстнаго, какъ въ текущей прессѣ, такъ и мѣстнымъ береговымъ жителямъ Чернаго моря, своими отрицательными отношен³ями. Другими словами, это Общество существуетъ исключительно для своихъ акц³онеровъ, ихъ интересовъ, но не для развит³я края, причемъ оно - монопольное.
   Итакъ, поселенцы были обезпечены мукой, крупой, превосходными фруктами и рыбой, въ изобил³и живущей въ морѣ и рѣчкахъ.
   - Я былъ грамотный,- разсказывалъ мнѣ казакъ-переселенецъ, завѣдывающ³й раздачей пров³анта въ одной изъ станицъ, и потому былъ назначенъ по выдачѣ пайковъ. Дѣла было много... разные счеты и разсчеты... Бывало, въ семьѣ родится хлопецъ, сейчасъ же его батько бѣжитъ ко мнѣ: "Пиши,- говоритъ,- вноси въ списки ѣдока!" - дня, вѣдь, не пропуститъ, б³совъ сынъ!
   - А что, хватало пайковъ? не голодали поселенцы?..
   - И, что вы!.. не т³льки хватало, оставалось дюже... Ск³льки тѣхъ пайковъ пропивалось... Квитки можно было мѣнять на что угодно, въ магазинѣ всякаго товара было!.. гор³лка тоже!!..
   - А что, отъ лихорадки въ вашей станицѣ добре помирали?
   - Изъ 888 человѣкъ въ нашей станицѣ за два, кажется, года померло около 200 человѣкъ. Это взрослыхъ, а дѣтей - пропасть!..
   - Много садовъ оставили черкесы?
   - Много... хо-оррош³е сады... Если бы не порубили, и по с³е время фруктовъ хватило бы на всѣхъ!.. Теперь пооставалось мало, которые послѣ запрета...
   - Зачѣмъ же было рубить фруктовыя деревья, когда кругомъ лѣса сколько угодно!?
   - Зачѣмъ?! - усмѣхаясь, отвѣчалъ мнѣ старожилъ.- А затѣмъ, что не хотѣлось "лѣзти" на дерево, чтобы сымать фрухты; а срубилъ, значитъ и собралъ съ лежачаго дерева прямо на фуру, да и айда!.. Мног³е такъ дѣлали!.. Послѣ, когда перестала казна паекъ выдавать, когда на свои средства кормиться стали, вотъ тогда и взялись за умъ, и запретъ положили, и штрафъ...
   - Какой запретъ?
   - М³рской!..- приговоръ, значитъ! Всѣ черкесск³е, как³е ближн³е, сады по дворамъ надѣльнымъ подѣлили, и кто у кого фрухту чужую сниметъ, съ того 10 р. въ общество штрафъ... Еще бы, когда послѣ казеннаго пайка насъ черкесская фрухта кормить стала, и мы стали ее беречь!
   - Какимъ же это образомъ?
   - Очень просто! Стали возить, да и теперь возимъ яблоки и бергамоты въ Екатеринодаръ и мѣняемъ на муку, пудъ на пудъ выходитъ... Когда на фрухту урожай, мы всегда съ хлѣбомъ, который у насъ въ лавкахъ продается по 1 р. 60 к. пудъ... А какой хлѣбъ? сами видѣли!..
   - Да, мука не важная! - согласился я.
   - Вотъ изъ-за хлѣба-то мы и бьемся, и вспоминаемъ наши кубанск³я степи. Въ горахъ пшеница если и родитъ,- то мышь ее поѣстъ, то ливнемъ весной снесетъ... Трудно надѣяться на здѣшн³е урожаи хлѣба!..
   - А хлѣбъ всѣ сѣютъ?
   - А какъ же!?.. извѣстно,- всѣ жители...
   - А сады не разводятъ?
   - Мало кто!.. Почти можно сказать, что этимъ не занимаются.
   Считаю нелишнимъ для характеристики первыхъ поселенцевъ-казаковъ привести довольно оригинальный фактъ. Когда наступило время поселенцамъ стать на свои хозяйск³я ноги, когда пришла пора окончан³я выдачи казенной помощи натурой, то остроумные казаки заявили по начальству, что пшеница на горной землѣ совершенно не родитъ, а имъ безъ хлѣба жить невозможно. Тогда посланъ былъ чиновникъ, при которомъ поселенцы должны были посѣять выданную имъ пшеницу. Что же они сдѣлали?.. Предварительно обварили зерно въ кипяткѣ, а затѣмъ посѣяли. Пшеница, конечно, не родила, что имъ дало возможность еще годъ прожить на казенныхъ хлѣбахъ, хотя ихъ хитроумная продѣлка была узнана властями впослѣдств³и. Съ тѣхъ поръ началась самостоятельная жизнь первыхъ поселенцевъ, жизнь, по правдѣ сказать, трудная, безъ дорогъ, безъ близкихъ рынковъ; выручали одни только черкесск³е фрукты, когда по осени поселенск³я фуры изъ новоросс³йскаго (нынѣшняго) округа тянулись въ Новоросс³йскъ, а изъ туапсинскаго въ Екатеринодаръ черезъ горные перевалы по труднымъ дорогамъ.
   Такъ прошло время до проведен³я такъ называемаго голоднаго шоссе (отъ Новоросс³йска до Сухума) въ 1891 году и до прибыт³я изъ Росс³и новыхъ поселенцевъ, которые извѣстны на побережьѣ подъ именемъ новоселовъ. Еще черноморская губерн³я не организовалась, и побережье принадлежало къ Кубанской области, какъ черноморск³й округъ. Губерн³я же объявилась только въ 1896 году. Въ то время были назначены попечители, изъ которыхъ проявилъ нѣкоторую дѣятельность М. Ф. Пенчулъ. Онъ разъѣзжалъ по станицамъ, раздавалъ для посадки деревья, но, къ сожалѣн³ю, изъ этого почти ничего не вышло,- поселяне расчищали лѣсъ и сѣяли пшеницу. Фруктовыя деревья садили немног³е, хотя самые тонк³е французск³е сорта принимались и шли прекрасно безъ всякаго со стороны поселенцевъ ухода.
  

II.

  
   Конецъ 80-хъ и начало 90-хъ годовъ ознаменовались приливомъ новыхъ поселенцевъ, которыхъ при самомъ ихъ первомъ появлен³и принимали въ свое общество старые жители по приговорамъ, взимая съ каждой семьи по 25 рублей. Затѣмъ мѣстное начальство селило пришлыхъ изъ Росс³и людей по приказу, селило въ тѣ же станицы казаковъ-старожиловъ.
   Но эти новые поселенцы селились уже на другихъ услов³яхъ, а именно на основан³и "Положен³я", Высочайше утвержденнаго, 10 марта 1866 года, причемъ надѣлъ производился не на душу, а на дворъ или семью по 30 десятинъ болѣе или менѣе удобной земли, какъ пахотной, такъ и сѣнокосной. Но этихъ подворныхъ надѣловъ новоселамъ не отрѣзали, а они, поступивъ въ общество, получали одну, двѣ десятины подъ расчистку земли изъ-подъ лѣса. Прежде чѣмъ обдѣлать землю подъ пашни, нужно было корчевать лѣсъ, а корчевка въ горахъ - трудная, ибо на побережьѣ крѣпка и почва, и растительность.
   Новоселамъ подъ ихъ усадебныя мѣста обществомъ указывалась земля въ количествѣ 800 кв. саженъ около жилищъ староселовъ. Такимъ образомъ росли станицы, застраивались, и старо- и новожилы составляли одно общество, платя одинаковыя м³рск³я, но различныя казенныя подати. Около этого времени начальникъ черноморскаго округа, грекъ Никифораки, выписывалъ изъ Малой Аз³и и селилъ на побережьѣ грековъ, какъ и русскихъ новоселовъ, на основан³и "Положен³я" 10 марта 1866 г. Кромѣ грековъ, въ половинѣ 80-хъ годовъ были поселены чехи, поляки и эстонцы. Послѣдн³е, надѣленные также тридцатидесятинными надѣлами на семью, были поселены отдѣльно, составляя самостоятельныя земледѣльческ³я колон³и, но также на услов³яхъ общиннаго землевладѣн³я.
   Чтобы лучше уяснить читателю характеръ русской общины на побережьѣ, я возьму одну изъ большихъ станицъ туапсинскаго округа, которую я изучилъ детально. Тогда легко понять ту земельную неурядицу, которая ведетъ русскую культуру на побережьѣ къ отрицательнымъ результатамъ и при которой немыслимо ждать производительнаго труда и болѣе или менѣе стройнаго хозяйства, согласно мѣстнымъ почвеннымъ и климатическимъ услов³ямъ.
   Станица или селен³е, которое я теперь буду описывать, большое - болѣе 200 дворовъ,- съ населен³емъ вмѣстѣ съ иногородными насчитываетъ болѣе 1.400 душъ обоего пола, причемъ старожиловъ 548 душъ, а новожиловъ 730 душъ, остальное число жителей приходится на посторонн³й общинѣ элементъ: на дачниковъ, рабочихъ, духовенство, полиц³ю, лавочниковъ и проч. Какъ я уже упоминалъ, старожилы живутъ въ самыхъ низкихъ мѣстахъ станицы, новожилы - ближе къ морю, тоже около рѣчки; лишь нѣкоторые изъ нихъ поставили хаты по возвышеннымъ мѣстамъ, гдѣ сравнительно сухо и видъ на море великолѣпный, чѣмъ, впрочемъ, интересуется развѣ рѣдк³й житель селен³я. Степняки не любятъ моря и горъ, причемъ расчищенныя въ горахъ мѣста подъ посѣвы они называютъ степью.
   - Гдѣ твой батько! - спросишь мальца около хаты.
   - На степу! - отвѣчаетъ малый или жена поселянина.
   Вокругъ старожильскихъ хатъ растутъ сильныя черкесск³я яблони и груши, которыя такъ разрослись, что переплетаются вѣтвями другъ съ другомъ; нѣкоторыя вѣтви засохли, но хозяева не обрѣзаютъ ихъ и фруктовыхъ деревьевъ не окапываютъ. Но удивительно: растутъ и даютъ изобильные урожаи прекрасныхъ плодовъ эти полудик³я черкесск³я деревья. Изрѣдка встрѣтится груша французскаго происхожден³я, тоже урожайная безъ ухода. Откуда? Раздавалъ попечитель Пенчулъ, посадили и растетъ, и "рясно" даетъ плоды! Однимъ словомъ, при самомъ бѣгломъ осмотрѣ совершенно ясно, что сама природа создала это мѣсто для высшихъ культуръ плодоводства и виноградарства, но поселяне совершенно глухи къ этому и многолѣтними культурами не занимаются, сосредоточивъ всѣ свои интересы "въ степи", гдѣ пшеница и ихъ баштаны. Вы не думайте, что это происходитъ отъ невѣжества и ихъ полнаго непониман³я собственныхъ интересовъ; нѣтъ, здѣсь друг³я причины, исключительно земельныя, о которыхъ будетъ рѣчь впереди.
   Итакъ, разнородная, разнохарактерная община работаетъ "на степи", высшими культурами не занимается. Какъ же распредѣлены ихъ земли? участками? поровну? по передѣлу? - рѣшительно никакого порядка въ этомъ общинномъ владѣн³и нѣтъ, нѣтъ ничего похожаго на великорусское равнен³е общинное, и нѣтъ ничего хоть сколько-нибудь похожаго на земельную справедливость.
   Старожилы владѣютъ участками большею частью близкими къ селен³ю, хотя таковые имѣются и у новожиловъ, пришедшихъ раньше: такъ что старо- и новожилы "въ степи" владѣютъ смежно, да и тамъ дальше вмѣстѣ съ новожилами работаютъ и старожилы, однимъ словомъ, владѣн³е землей м³рской - смѣшанное, безъ раздѣлен³я старыхъ поселенцевъ отъ новыхъ. Конечно, у всякаго старожила въ юрту имѣется участокъ, у одного по размѣрамъ больше, у другого меньше; владѣетъ каждый тѣмъ количествомъ, которое онъ занялъ и расчистилъ изъ подъ лѣса, когда земли было много вольной и когда новожиловъ было немного или они еще вовсе не приходили. Такимъ образомъ, у одного въ пользован³и 5 десятинъ, у другого - 10 и болѣе, а у третьяго - 3 и даже одна десятина. Это у старожиловъ. А у новожиловъ и того хуже: одни имѣютъ въ пользован³и нѣсколько десятинъ, друг³е съ грѣхомъ пополамъ владѣютъ по одной и по полторы десятины, а нѣкоторые, и немало такихъ, не имѣютъ вовсе надѣльной земли, хотя всѣ подати сполна платятъ наравнѣ съ пользующимися землею. Можете себѣ представить м³рское соглас³е въ такой общинѣ при такихъ земельныхъ услов³яхъ, и если къ этому еще прибавить, что община составлялась по времени разноплеменная: членами ея и казаки-кубанцы, и крестьяне-хохлы к³евской, херсонской, черниговской губерн³й, и великороссы орловской, курской и др., и все это вмѣстѣ, одни съ землей, друг³е безъ земли, хотя по "Положен³ю" всѣмъ полагается. Но что дѣлать, когда болѣе или менѣе удобные участки заняты и остаются горы высок³я, да скалы, да земля каменистая (известковая), годная для виноградниковъ, но не для посѣва пшеницы.
   Надо помнить, что въ горномъ побережьѣ ведется хозяйство степное,- въ этомъ-то и состоитъ хозяйственная трагикомед³я, причемъ такое положен³е вещей до тѣхъ поръ будетъ составлять земельную характеристику побережья, пока будетъ существовать въ горномъ краѣ степная и притомъ смѣшанная община!
   Въ общинѣ, которую я взялъ, какъ представительницу остальныхъ русскихъ селен³й и притомъ безъ греческаго населен³я,- что, конечно, подбавляетъ путаницы и несоглас³я,- въ этой общинѣ всѣхъ старожиловъ 548 душъ обоего пола и новожиловъ 730 душъ. Старожилы, какъ крестьяне собственники, съ 1881 года платятъ подати: а) земельной государственной подати и b) казеннаго земскаго (земства въ черноморской губ. нѣтъ) по 3 р. 39 к. съ надѣльной души, да м³рского сбора 3 р. 49, итого 6 р. 88 к. Новожилы съ каждаго двора м³рского сбора - такую же цифру 3 р. 49 к., земскаго и оброчной подати 4 р. 46 к., итого 7 р. 95 к. въ годъ. Въ это же общество входятъ двѣ небольш³я колон³и чеховъ и поляковъ, о которыхъ я долженъ, спустя немного, сказать нѣсколько словъ. Колонисты поселены тоже на 30-тидесятинномъ надѣлѣ, какъ и новожилы, но податей платятъ больше: оброчной подати и земскаго сбора съ двора по 7 р. 96 к. и м³рского сбора 2 р. 55 к., слѣдовательно, всего въ годъ - 10 р. 51.
   Такимъ образомъ, выходитъ, что подати казенныя съ членовъ одного и того же общества берутся неравныя, и какъ это ни странно,- съ тѣхъ меньше, кто пользуется землей больше. Ошибка, конечно, была въ томъ, что старо- и новожиловъ селили въ одну общину, а нужно было ихъ выдѣлять порознь, съ нарѣзомъ на каждую по отдѣльному юрту. Немудрено, что въ такой странной, разнохарактерной общинѣ при земельныхъ притязан³яхъ и притомъ вполнѣ законныхъ, какъ со стороны старо-, такъ и новожиловъ, между ними происходятъ постоянныя несоглас³я рѣшительно по каждому вопросу, даже не касающемуся земельныхъ надѣловъ, ибо неравенство въ пользован³и послѣднихъ составляетъ тотъ тяжелый кошмаръ, который всегда виситъ надъ русской общиной на побережьѣ. Раздѣлить ихъ теперь на два юрта, разрубить пополамъ это хотя и нелѣпое, но живое тѣло, врядъ ли цѣлесообразно, но дѣлать все-таки что-нибудь нужно: такую общину оставлять на побережьѣ нельзя. Мѣстная администрац³я, повидимому, пришла къ такому же выводу, ибо въ прошедшемъ (1904) году лѣтомъ были попытки раздѣлить въ земельномъ отношен³и старожиловъ отъ новожиловъ, раздѣлить чертой на правую и лѣвую сторону: по одной сторонѣ будутъ жить и работать старо, а по другой новожилы. Попытки эти въ общемъ потерпѣли неудачу, да и въ самомъ дѣлѣ какой это раздѣлъ, который долженъ повести за собой многочисленные раздѣлы, передѣлы, обмѣны, замѣны земельными участками между всѣми членами общины, короче сказать - коренной передѣлъ всего юрта, всей земли, какъ старо, такъ и новожительской. Однѣ общины отъ такого раздѣла отказались; друг³я, раздѣлившись направо и налѣво (по рѣчкѣ), вступили въ еще болѣе враждебныя отношен³я, нежели были прежде, стали требовать выкупа обработанныхъ участковъ, которые перешли отъ обработавшихъ къ неработавшимъ, причемъ первымъ достались участки дѣвственные, которые нужно корчевать, т. е. тянуть мочалу опять сначала! Прибавьте ко всему, что эти земельные "Монтекки и Капулетти" между собой породнились посредствомъ браковъ, что они составляютъ и будутъ составлять одинъ м³ръ, одинъ приходъ, что всѣ друг³е, кромѣ земельныхъ, интересы у нихъ общ³е, и что въ неравныхъ земельныхъ правахъ старо- и новожилы связаны между собою на всю жизнь крѣпкими узами. Не это ли удивительно?
   - Какъ же вы теперь раздѣлитесь? - спрашиваю я у члена удивительной общины.- Что же? у васъ выгонъ и прогонъ будутъ общ³е?
   - Какое!! - отвѣтилъ общинникъ.- Разные выгоны будутъ... начистую надо раздѣлиться, потому - безъ этого нельзя намъ!..
   - Какъ же раздѣлиться-то, когда участки ваши перемѣшаны, какъ въ безпорядкѣ шашки,- говорю я. - Вотъ у тебя обработанный участокъ, а ты получишь хмирѣчье {Хмирѣчье - мѣстное названье мелколѣсья съ колючимъ непролазнымъ кустарникомъ.}!..
   - Пускай! - отвѣчаетъ мой собесѣдникъ съ отчаян³емъ.- Пускай, лишь бы мой участокъ былъ, какой онъ ни на есть... Я бы, можетъ, фрукты тамъ посадилъ, или виноградъ, когда земля подъ хлѣбъ не годится... Раздѣлиться надо... Сколько годовъ ждемъ земли своей!..
   Это говорилъ мнѣ новожилъ. Теперь послушаемъ, что говоритъ старожилъ.
   - У меня участокъ - какъ-разъ для сада... хорош³й былъ бы садъ, о, какой хорош³й, и я охотникъ заняться бы имъ, не для себя, а для дѣтей выростилъ бы... Какой участокъ! и отъ нордъ-оста защищенный, а вотъ приходится картофель, кукурузу садить!..
   - Почему?
   - Какъ почему? - отвѣтилъ онъ съ удивлен³емъ.- При раздѣлѣ, можетъ, мой участокъ отойдетъ къ другому, которому и садикъ мой достанется... Это не дѣло!.. Еслибы семьѣ моей пошелъ, тогда отчего не постараться!..
   - Стало-быть вы желали бы, чтобы вашъ юртовой участокъ поступилъ въ вашу полную собственность, и но смерти вашей перешелъ бы къ дѣтямъ по наслѣдству?..
   Старикъ совсѣмъ оживился.
   - Еще бы не желать!.. Тогда все, и садикъ, и виноградничекъ, все можно обладить... Пускай десять, хоть пять десятинъ удобной земли, остальная будетъ неудобная, но своя, собственная, тогда - совсѣмъ другое дѣло!..
   Другой, трет³й, четвертый старожители говорятъ то же, однимъ словомъ, такъ: "Пусть отдадутъ намъ по двадцати десятинъ ровной земли, удобной и неудобной вмѣстѣ, пусть нарѣжутъ двадцатидесятинные участки - мы сами раздѣлимъ, сами и подъ выпасъ, и подъ прогоны отведемъ, и больше намъ ничего не нужно!.. А теперь сами знаете, какое можетъ быть хозяйство?!.. Самое невѣрное... Вотъ, еслибы не нагнали къ намъ этихъ новожителей... тогда - еще бы!"... Но уже при послѣднихъ словахъ тонъ благодушнаго мечтателя быстро, при одномъ имени новожителя, переходитъ сразу въ озлобленный.
   Что касается новожителей, то они гораздо сговорчивѣе первыхъ. Въ самомъ дѣлѣ, очень мног³е изъ нихъ не имѣютъ ни клочка земли въ юрту и живутъ мног³е годы въ ожидан³и, прирабатывая на сторонѣ, занимаясь плотничьимъ дѣломъ, пилкой лѣса и проч.
   - Отчего же не похлопочешь объ участкѣ въ юрту? - спрашиваю я такого новожителя.
   - Удобныхъ, говорятъ, земель нѣтъ; указываютъ, вонъ, на тѣ горы, да что я тамъ буду робить?!..
   - Отчего же?.. далеко? земля негодная что-ли?..
   - Да нѣтъ, земля хорошая!.. Оно, конечно, не близко... Трудная тамъ раскорчевка!..
   - Стало быть и прекрасно!.. Взять и работать!..
   - Ничего бы! Вода тамъ родниковая, хату можно поставить... Какой баштанъ будетъ!..
   Вы слушаете и дивитесь.
   - Въ чемъ же дѣло, наконецъ?!
   - Раздѣлъ скоро будетъ, тогда мои труды пропадутъ даромъ... Тамъ хоть и далеко, а раскорчеванную землю всяк³й возьметъ... Надо правду сказать, добрая земля... и вода хорошая!
   Дайте такому новоселу участокъ въ полное владѣн³е,- онъ не на такой горѣ возьметъ, не посмотритъ на всю тяжесть разработки земли, онъ рукъ не положитъ, пока не вычиститъ все "хмирѣчье", не повалитъ крѣпкихъ кавказскихъ деревьевъ, пока вполнѣ не устроится на своемъ мѣстѣ. А теперь болтается, прирабатываетъ и ждетъ своего надѣла, своей земли, которая отъ него не отойдетъ и которая никакому передѣлу подлежать не будетъ. Что тогда онъ будетъ робить на своемъ участкѣ - это покажетъ будущее, покажутъ его способности и хозяйственныя соображен³я, хотя степняка трудно оторвать отъ зернового хозяйства и поставить на другую культуру, но время и мѣстныя услов³я сдѣлаютъ свое дѣло, а въ способностяхъ русскаго человѣка природа не обидѣла. Во всякомъ случаѣ будущее крестьянскаго хозяйства на побережьѣ, въ смыслѣ прогресса и устойчивости, никоимъ образомъ не можетъ выразиться при услов³и общиннаго землевладѣн³я, а тѣмъ болѣе такого, которое роковымъ образомъ создалось на побережьѣ и которое на мног³е, мног³е годы несомнѣнно будетъ тормозить развит³е края и даже вредно отражаться на его будущемъ, что мы сейчасъ и постараемся доказать.
  

III.

  
   Мнѣ возразятъ, что чехи, поляки, эстонцы и вообще колонисты живутъ и устроились на побережьѣ недурно, и ихъ хозяйства, если не процвѣтаютъ, все-таки поставлены хорошо,- а они поселены на томъ же юртовомъ (общинномъ) "Положен³и" 10 марта 1866 года, какъ и русск³е поселенцы-новожилы.
   Такъ-то оно такъ, да разница огромная. Начать съ того, что колонисты не внесли съ собой ни малѣйшаго понят³я о юртовомъ землепользован³и. Они пришли; положимъ, ихъ было тридцать семей, и они получили, по "Положен³ю", юртъ - ровно девятьсотъ десятинъ удобной и неудобной земли. Что же они сдѣлали на первыхъ порахъ? Очень просто,- раздѣлили землю подворно, поровну, отвели подъ выпасъ, кое-что оставили подъ Общественнымъ лѣсомъ и начали работать, работать крѣпко, не покладая рукъ своихъ. Развѣ что-либо подобное сдѣлали первые поселенцы, развѣ они подѣлили между собой участки, когда земли было много? Правда, начальство ихъ кормило, о нихъ заботилось, но что изъ этого вышло?! Чехамъ отвели землю и оставили ихъ совершенно въ покоѣ, лишь бы платили подати. Дѣйствительно, за колонистами никогда не бываетъ недоимокъ, и всѣ подати они всегда вносятъ ранѣе срока, а за русскими поселенцами, старо- и новожилами, почти всегда недоимки казенныя, а изъ м³рскихъ они никогда не выходятъ, и ничтожное жалованье писарю (20 рублей въ мѣсяцъ) выплачиваютъ съ натугой. Чехи культивировали землю, приноравливаясь къ мѣстнымъ услов³ямъ, и отлично доказали, что хозяйствовать на побережьѣ можно, да еще какъ, а русск³е устраивались да устраивались и, кромѣ вырубки лѣсовъ на продажу, ровно ни въ чемъ себя не проявили, кромѣ земельныхъ неурядицъ, а вѣдь и тѣ и друг³е - въ однихъ и тѣхъ же услов³яхъ; а чехи, принадлежащ³е, внѣшнимъ образомъ, къ тому селен³ю, которое я имѣю въ виду въ этомъ очеркѣ,- даже въ худшихъ услов³яхъ, ибо ихъ колон³и въ горахъ, далеко отъ моря - и виноградная культура недоступна, да и фруктовая страдаетъ отъ весеннихъ заморозковъ, а у русскихъ этого нѣтъ - все благопр³ятно и для виноградарства, и плодоводства.
   Но послушайте, что говорилъ мнѣ чехъ одной изъ этихъ колон³й.
   - Мы и нѣсколько польскихъ семей пришли сюда, на побережье, изъ Австр³и въ 1884 году, когда трудное житье било здѣсь; шоссе еще не было построено, дороги - плох³я, хлѣба достать и за деньги было трудно!.. Пришли мы съ какими достатками?! Капиталовъ никакихъ не было, даже одёжины недоставало; кромѣ крѣпкихъ рабочихъ рукъ, да сильнаго желан³я свободно хозяйствовать - ничего у насъ не было... Ну, и бѣдствовали по первоначалу, сильно бѣдствовали!.. Стали расчищать землю, пшеницу посѣяли, скотину завели, траву на сѣмена выписали, ну, дѣла и пошли - и стало теперь хорошо. Вы видѣли мое хозяйство?.. Лошади добрыя, скота довольно, все есть и денегъ сотъ семь, восемь въ запасѣ всегда найдется. Теперь табакомъ почти всѣ занимаемся - дѣло выгодное!..
   - Стало-быть, здѣсь выгодно хозяйничать, землей кормиться?..
   - Еще бы,- отвѣчалъ колонистъ,- и чѣмъ дальше, тѣмъ выгоднѣе будетъ.
   - Отчего же русск³е плохо живутъ?
   - Несоглас³я, земли своей не знаютъ, все дѣлятся, спорятъ... какъ это можно?! При хозяйствѣ спокойств³е нужно, надо думать, много думать! - прибавилъ серьезно колонистъ.
   Дѣйствительно, колонисты - прекрасные, разумные и вполнѣ самостоятельные работники. Въ этомъ я убѣдился при подворномъ изслѣдован³и нѣкоторыхъ колон³й. Они довольно скоро приспособились къ мѣстнымъ услов³ямъ, и хозяйство ведутъ разное: гдѣ виноградная культура, тамъ они занимаются винодѣл³емъ, гдѣ фрукты родятъ, тамъ плодоводствомъ, а въ лѣсныхъ мѣстахъ - скотоводствомъ и производствомъ молочныхъ продуктовъ. На черноморскомъ побережьѣ лучше чешскаго (вообще колонистовъ, которыхъ называютъ чехами) масла не найти, также молока, сметаны и проч.
   Въ селен³и русскомъ трудно найти бутылку хорошаго молока, а масла положительно нѣтъ, и немудрено - скотъ худой, заморенный, безъ всякаго ухода и постоянно на подножномъ корму. У чеховъ - наоборотъ, скотъ содержится не только хорошо, но со вниман³емъ и несомнѣннымъ знан³емъ скотоводства. Помѣщен³я - просторныя, свѣтлыя, полъ деревянный - такихъ скотныхъ построекъ не имѣется ни въ одной русской станицѣ даже у самаго богатаго поселянина. Стойловое содержан³е скота въ колон³яхъ продолжается въ течен³е трехъ мѣсяцевъ, и навозъ, накопивш³йся въ помѣщен³яхъ, увозится на поля. Кормится во время зимняго содержан³я скотъ отличнымъ сѣномъ изъ сѣянныхъ травъ клевера, люцерны.
   Понятно, молочные продукты превосходны.
   Кромѣ того, чехи занимаются культурой табака, который считается лучшимъ и на рынкѣ цѣнится (рубля на два пудъ) выше поселянскаго табака. Но какая разница въ количествѣ производимаго табака колонистами и русскими? Всѣхъ плантаторовъ-поселянъ въ селен³и, которое я описываю, при наличности болѣе 200 дворовъ, 19 человѣкъ, обработывающихъ подъ табакъ земли около 12 десятинъ, а первая колон³я при 15 дворахъ и 15 плантаторахъ обработываетъ 11 десятинъ, а вторая колон³я при 14 дворахъ и 13-ти плантаторахъ обработываетъ 8 десятинъ и 1.800 кв. саж. Разница огромная, если принять во вниман³е принадлежащ³я площади земель: русск³е поселенцы имѣютъ во владѣн³и болѣе 7.000 десятинъ, а каждая колон³я чеховъ 420-450 десятинъ.
   Въ этомъ большомъ прибрежномъ русскомъ селен³и, какъ уже по опыту доказано, виноградъ и фрукты родятся самаго тонкаго, высокаго качества. Но, спрашивается, сколько хозяевъ этимъ дѣломъ занимаются, и какое количество земли подъ означенными культурами находится? Виноградниками - 8 человѣкъ, у которыхъ всего заложено виноградными лозами одна десятина 1.400 кв. саж., причемъ культура ведется самымъ примитивнымъ образомъ, такъ какъ крестьяне о виноградарствѣ, а тѣмъ болѣе винодѣл³и понят³я никакого не имѣютъ и научить ихъ некому. Что касается разныхъ инструкторовъ-чиновниковъ, то, живя въ течен³е двухъ лѣтъ въ этомъ самомъ селен³и, я ни разу не видалъ ни одного, хотя слышалъ, что какой-то спец³алистъ по плодоводству или виноградарству проѣхалъ чрезъ селен³е, черезъ которое, впрочемъ, проходитъ шоссе.
   Поселяне отчасти кормятся оставшимися черкесскими садами, которые до сихъ поръ даютъ чудные фрукты, всегда имѣющ³е сбытъ въ Новоросс³йскѣ и Екатеринодарѣ. Прекрасно, но сколько завели эти поселяне въ течен³е сорокалѣтняго хозяйства своихъ собственныхъ садовъ въ описываемомъ мною типичномъ русскомъ селен³и побережья? Всего 15 садовъ, занимающихъ площадь 3 десятины 1.650 кв. саж. Но къ этому надо прибавить, что большинство деревьевъ въ означенныхъ садахъ - старыя черкесск³я. Еще прибавлю, что преобладающими фруктами въ садочкахъ (если не черкесское яблоко и груша) являются сливы и притомъ мелк³й, плохой сортъ, такъ какъ черкесск³я крупныя, сочныя сливы уже вывелись и имѣются два дерева у одного поселянина-старожила.
   Но что за виноградники у нѣкоторыхъ старожиловъ?! Покончило свое существован³е столѣтнее дерево орѣха недалеко отъ хаты хозяина, отъ гиганта осталась нижняя часть ствола съ нѣсколькими засохшими вѣтвями, по которымъ пущена "изабелла". Ну, не оригинальный ли виноградникъ?!..
   Но чѣмъ же живутъ русск³е поселенцы на побережьѣ?- спроситъ читатель.- Вы говорите, хлѣба у нихъ нѣтъ, а если хватаетъ, то, слава Богу, до новаго года; табакомъ занимаются немног³е, о плодоводствѣ и виноградарствѣ и говорить нечего; остаются черкесск³е фрукты, которые русск³е мѣняютъ на хлѣбъ... Ну, а если эти благодѣтельные фрукты не уродятся, тогда что?
   Вотъ на этотъ вопросъ я и постараюсь отвѣтить обстоятельно.
   Русск³е поселяне побережья или черноморской губерн³и занимаются продажей лѣса, притомъ въ весьма солидныхъ размѣрахъ. Торговля эта въ послѣдн³е годы вполнѣ организована и лѣсоистреблен³е идетъ, что называется, "во всю". Въ результатѣ горныя рѣки мельчаютъ, а малыя и совсѣмъ пропадаютъ; великолѣпные родники горные, что такъ берегли и чѣмъ гордились черкесы, отходятъ въ область предан³я; климатъ, измѣняясь, становится болѣе суровымъ зимой, ибо уничтожен³е лѣсовъ даетъ полный просторъ сѣверо-восточнымъ вѣтрамъ, которые безъ задержки теперь падаютъ въ долины и проч. Истреблен³емъ и продажей лѣса поселяне кормятся, уплачиваютъ подати и живутъ сравнительно не дурно, нисколько не думая о разведен³и высшихъ культуръ и вообще о приспособленномъ къ мѣстнымъ услов³ямъ хозяйствѣ. Что думать?! Лѣса въ горахъ общественнаго много, на нашъ вѣкъ хватитъ, а послѣ... а послѣ хоть трава не расти! Когда-то еще раздѣлятся, да передѣлятся, лѣсъ не принадлежитъ ни Ивану, ни Степану, руби его; изводи и давай наживаться мѣстнымъ своимъ кулакамъ и заѣзжимъ скупщикамъ, которые поселились въ русскихъ станицахъ подъ флагомъ мелочныхъ лавочниковъ.
   Мнѣ возразятъ: но какъ же рубятъ въ такомъ количествѣ поселяне общественный лѣсъ и кто имъ на это даетъ разрѣшен³е? Какъ кто? Конечно, мѣстное начальство, къ которому поселяне обращаются со слезными просьбами, что хлѣбъ не уродилъ, что нечѣмъ кормиться и нечѣмъ подати платить. Начальство разрѣшаетъ вырубку лѣса по 1/8 и менѣе десятины на хозяина; что же, въ самомъ дѣлѣ, дѣлать, какъ отказать, когда, дѣйствительно, пшеницу мышь съѣла, когда отъ засухи травы не родились и проч.? Что дѣлать!.. рубите, православные!.. И православные рубятъ, рубятъ и возятъ и день, и ночь, и считаютъ дрова кубическими саженями, продавая каждую по 12 рублей. Все это дровяное богатство, среди котораго, да и по большой части, великолѣпные строевые дубовые экземпляры свозятся на морской берегъ, гдѣ складываются въ штабели и приходящими парусными судами и грузовыми ,пароходами грузятся и увозятся въ Керчь, Мар³уполь, Бердянскъ и друг³е города. Съ тѣхъ поръ, какъ организовалась правильная лѣсная торговля на побережьѣ, нѣкоторые поселяне прибрежныхъ станицъ обзавелись фелюгами {Морская лодка, поднимающая до 300 пудовъ груза.}, посредствомъ которыхъ заработываютъ "добре". Кто же эти лѣсопромышленники и какая почва ихъ создала? Неустойчивость общиннаго хозяйства на побережьѣ и постоянная нужда въ хлѣбѣ, который притомъ дорогъ, такъ какъ пароходы для экономическихъ надобностей селен³й въ ихъ бухты не заходятъ, а всѣ жизненные и хозяйственные продукты доставляются гужевымъ способомъ изъ Кубанской области, Екатеринодара, Керчи черезъ Новоросс³йскъ.
   При крайне ограниченныхъ потребностяхъ въ нашемъ селен³и существуютъ три мелочныхъ лавки, которыя между собой не конкуррируютъ и цѣны держатъ высоко. Почему? Да собственно спец³альная ихъ торговля не въ мелочи, а въ лѣсѣ. Для мелочной торговли въ такомъ селен³и совершенно достаточно одной лавки, но ихъ три. Хитрая механика состоитъ въ томъ, что главный предметъ торговли такого мелочнаго торговца - лѣсъ, подъ который лавочникъ отпускаетъ поселянамъ крупу, муку, разные товары въ долгъ. О цѣнѣ и добротности товара при такихъ услов³яхъ не можетъ быть рѣчи: во-первыхъ - кредитъ, а во-вторыхъ - нужда. Такимъ образомъ, побережные общинники мало-по-малу очутились въ рукахъ скупщиковъ лѣса. Лѣсъ - вся надежда русскаго поселянина на побережьѣ, лѣсъ - вѣрное средство добыть всегда и муки, и чаю, и сахару, и даже одежину. Конечно, для такого промысла нужно имѣть пару воловъ или лошадей, пилу, топоръ и только. При такомъ положен³и огромное количество лѣса увозится съ побережья. Лѣтомъ сразу по нѣскольку судовъ приходятъ въ каждое береговое селен³е для погрузки лѣса. Поселяне возятъ, возятъ и нѣтъ конца этому лѣсоистреблен³ю.
   Рубятъ лѣсъ сплошь, не молодой, но старый, дубовый, рубятъ, оставляя мелочь, пни и кустарникъ, не корчуя, не раздѣлывая землю подъ пашню. Черезъ нѣсколько лѣтъ, а то и на другой годъ, на мѣстѣ величавыхъ дубовъ образовывается сплошная колючка, непролазная, мелкая чаща, черезъ которую ни пройти, ни проѣхать невозможно. Вотъ вамъ и культура!
   Но много еще лѣса на побережьѣ: когда-то его еще весь вырубятъ! Постоянной, непрерывной рубкѣ лѣса въ большой степени помогаютъ наслѣдственные, собственные участки, о которыхъ я упоминалъ выше. Когда запрещено рубить общественный лѣсъ на продажу, то возятъ лѣсъ съ потомственныхъ участковъ, а поди разбери, гдѣ срублено дерево? Нужно для этого имѣть особый надзоръ, цѣлый пожалуй штатъ надсмотрщиковъ! Кромѣ того, для своей надобности, для постройки, ремонта, наконецъ для отоплен³я рубить лѣсъ во всякое время можно... И рубятъ... Рубятъ и возятъ часто не по обыкновенной дорогѣ, но черезъ кусты и рѣчки, вокругъ станицы и притомъ ночью. Нѣкоторое время, и довольно продолжительное, я наблюдалъ за однимъ сравнительно зажиточнымъ поселяниномъ, который вмѣстѣ съ сыномъ, на тройкѣ лошадей при двухъ подводахъ, буквально и день и ночь, возилъ окольными дорогами лѣсъ. Я удивлялся и думалъ, когда же, наконецъ, спятъ эти люди? Станица, неправильно разбросанная по низинамъ и возвышенностямъ, представляетъ любопытную и характерную картину.
   Буквально, у каждаго двора хаты близъ воротъ на улицѣ сложены или солидныя бренна, или напиленныя дрова, у одного больше, у другого - меньше, но непремѣнно какой-нибудь лѣсъ да сложенъ, конечно, въ ожидан³и отправки къ морю. Если заглянете во внутрь двора, то увидите тоже спиленныя деревья дуба, ольхи, береста и друг³я. Пойдемте къ морю. На пространствѣ болѣе версты берега - дрова и дрова, помѣченныя, кому принадлежатъ. Еслибы Калхасъ заглянулъ въ нашу станицу, то сказалъ бы: "Все дрова, дрова!.. слишкомъ много дровъ!"
   Но, между тѣмъ, здѣсь все растетъ, и производительность почвы въ высокой степени интенсивна и разнообразна. Какая-нибудь одна десятина безусловно можетъ прокормить цѣлое семейство, но для этого хозяинъ-работникъ долженъ обладать нѣкоторыми сельскохозяйственными знан³ями и опытомъ, а побережный поселянинъ, выросш³й на административной опекѣ, въ большинствѣ случаевъ вполнѣ безграмотенъ и къ просвѣщен³ю даже не стремится, несмотря на то, что въ станицѣ два училища: одно двухъ-классное, министерское, другое - церковно-приходское. Въ первомъ учатся мальчики, во второмъ - дѣвочки. Отцы отдаютъ въ школу только маленькихъ, а едва хлопцы подрастаютъ и нѣсколько крѣпнутъ, берутъ въ работы или пасти козъ, овецъ,- вообще, дѣло найдется. Да и на что ему грамота, когда его настоящее и будущее заключаются въ рубкѣ и возкѣ лѣса съ горъ на берегъ моря. Льготы по воинской повинности и тѣ не привлекаютъ: въ нашей станицѣ еще ни одинъ ученикъ не выдержалъ экзамена, дающаго право на такую льготу.
  

IV.

  
   Повторяю, производительность и ест

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 270 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа