Главная » Книги

Ткачев Петр Никитич - Задачи революционной пропаганды в России

Ткачев Петр Никитич - Задачи революционной пропаганды в России


1 2


ЗАДАЧИ

РЕВОЛЮЦ²ОННОЙ ПРОПАГАНДЫ

въ

РОСС²И

Письмо къ редактору журнала "ВПЕРЕДЪ."

П. Н. ТКАЧЕВА.

АПРѢЛЬ, 1874 г.

НЕБОЛЬШОЕ ЛИЧНОЕ ОБЪЯСНЕН²Е.

  
   Въ концѣ прошлаго года, живя въ ссылкѣ, я получилъ нѣсколько заявлен³й, частью анонимныхъ, частью съ подписями; приглашавшихъ меня оставить ссылку, ѣхать заграницу и принять участ³е въ только что возникшемъ тогда органѣ "русской радикальной революц³онной парт³и" - "Впередъ." Мнѣ извѣстно было въ чьихъ рукахъ находится это издан³е; я зналъ, что его первая программа (ходившая по рукамъ въ литографированныхъ листахъ) возбудила одно лишь негодован³е во всѣхъ честныхъ кружкахъ нашей молодежи, и что его вторая программа, хотя и произвела болѣе благопр³ятное впечатлѣн³е, но мало кого вполнѣ удовлетворила. Я зналъ также, что первая книжка журнала среди наиболѣе радикальной молодежи была встрѣчена крайне холодно, и что нѣкоторые статьи въ ней (напр. Знан³е и Революц³я) вызвали съ ея стороны горяч³е и рѣзк³е протесты. Въ виду этихъ данныхъ, я начиналъ опасаться за будущее новорожденнаго органа. Я боялся, что онъ не въ состоян³и будетъ сдѣлаться тѣмъ, чѣмъ онъ желалъ сдѣлаться и чѣмъ онъ долженъ былъ сдѣлаться - литературнымъ представителемъ, истолкователемъ истинныхъ потребностей нашей юной радикально революц³онной парт³и; я боялся, что онъ, вмѣсто объединен³я этой парт³я, броситъ въ нее только новое яблоко раздора, внесетъ новое разъединен³е и такимъ образомъ вмѣсто того, чтобы оказать пользу принесетъ одинъ лишь вредъ революц³онному дѣлу. Хотя я не придаю большаго значен³я журнальной пропагандѣ, но все же я считаю ее однимъ изъ средствъ революц³онной борьбы, однимъ изъ средствъ, которымъ нельзя игнорировать, но на которое и не слѣдуетъ тратить слишкомъ много революц³онныхъ силъ.
   Въ особенности этимъ средствомъ нельзя игнорировать, когда оно употребляется не такъ какъ слѣдуетъ. При нецѣлесообразномъ употреблен³и оно приноситъ несравненно большую сумму вреда, чѣмъ та сумма пользы, которую оно могло бы принести при употреблен³и цѣлесообразномъ. Въ послѣднемъ случаѣ все, что оно можетъ сдѣлать - это натолкнуть нѣсколько юношей на практическую революц³онную дѣятельность, разъяснитъ имъ пути и способы этой дѣятельности, вызвать въ обществѣ сознан³е своего недовольства существующимъ порядкомъ. Въ первомъ же случаѣ, оно не только можетъ содѣйствовать притуплен³ю этого сознан³я, отвлечен³е юношей отъ практической революц³онной дѣятельности и т. д.; но еще и внести раздоръ въ революц³онную парт³ю, пр³учить молодежь къ вредному резонерству, къ тому, что да позволено мнѣ будетъ назвать, революц³оннымъ онанизмомъ. Подъ вл³ян³емъ этихъ соображен³й и этихъ опасен³й, я счелъ своей обязанностью послѣдовать сдѣланнымъ мнѣ приглашен³ямъ: оставить ссылку и войти въ непосредственныя сношен³я съ редакц³ей "Впередъ".
   Я былъ конечно далекъ отъ мысли, что своимъ участ³емъ въ журналѣ, могу прибавить что нибудь къ обширнымъ научнымъ знан³ямъ и литературному таланту лица, взявшаго на себя вѣден³е дѣла. Я зналъ, что лицо, завѣдующее редакц³ей, человѣкъ весьма свѣдующ³й въ сферѣ математическихъ, философскихъ и историческихъ знан³й, но что онъ весьма мало свѣдущъ въ сферѣ тѣхъ практическихъ вопросовъ, тѣхъ насущныхъ интересовъ, которые занимаютъ и волнуютъ нашу молодежь.
   Онъ, по возрасту, человѣкъ другого поколѣн³я, поколѣн³я сороковыхъ годовъ, поколѣн³я отцевъ поколѣн³я "дѣтей," поколѣн³я той новой молодежи, которая выработалась подъ вл³ян³емъ общественныхъ услов³й непосредственно предшествовавшихъ крѣпостной реформѣ, и которое съ такимъ шумомъ выступило на сцену въ началѣ шестидесятыхъ годовъ,- этого поколѣн³я онъ не знаетъ, a если и знаетъ, то знаетъ, такъ сказать, теоретически, по слухамъ и по книжкамъ. Самъ онъ никогда среди него не вращался, никогда не жилъ одною съ нимъ жизнею. Онъ всегда стоялъ особнякомъ отъ него. Происходило это частью отъ общаго направлен³я его занят³й, слишкомъ отвлеченныхъ и слишкомъ мало гармонировавшихъ тогдашнему настроен³ю нашего общества и въ особенности съ настроен³емъ нашей молодежи; частью же, отъ того положен³я, которое онъ занималъ среди нашихъ литературныхъ парт³й. По какой то странной случайности, онъ постоянно держался около лагеря журналовъ съ несомнѣнно реакц³онною окраскою, журналовъ ненавистныхъ и антипатичныхъ молодежи; его спец³ально-научныя работы помѣщались въ оффиц³альныхъ, правительственныхъ издан³яхъ, его философск³е и историческ³е этюды печатались рядомъ съ полицейскими инсинуац³ями ех-жандарма Громеки, фигурировавшаго недавно въ роли Сѣдлицкаго палача, "милаго мальчика" Альбертини и иныхъ наѣздниковъ изъ клики заматарѣлаго въ реакц³онерствѣ и всякого рода эксплуататорствѣ старика Краевскаго. Любимѣйш³е молодежью писатели; представители нашей радикальной журналистики, относились къ нему, какъ къ человѣку враждебной парт³и, считали его ,,отсталымъ," клеймили его, страшнымъ въ то время, прозвищемъ реакц³онера. Понятно, что молодежь сторонилася отъ него, что между нимъ и ею существовали, если не явью враждебныя, то, во всякомъ случаѣ, крайне холодныя, натянутыя отношен³я.
   Только въ концѣ шестидесятыхъ годовъ, когда правительственный гнетъ достигъ казалось (т. е. казалось тогда, теперь намъ это не кажется) своего апогея, когда царск³е палачи, обрызганные кровью мученика Каракозова, потеряли всяк³й стыдъ и впали въ какое то полицейское бѣшенство,- только въ эту несчастную эпоху реакц³оннаго безум³я, эпоху дикихъ сатурнал³й распоясавшагося деспотизма,- холодныя и натянутыя отношен³я между теперешнимъ редакторомъ "Впередъ" и молодежью начали нѣсколько измѣняться.
   Онъ оказался въ числѣ "пострадавшихъ;" онъ сдѣлался одною изъ жертвъ ослиной реакц³и и этого для молодежи было довольно.
   За одно это, молодежь готова была все простить, все забыть. Она стала относиться къ нему съ нѣкоторымъ довѣр³емъ - но, тогда онъ самъ уже былъ оторванъ отъ нее. Онъ былъ сосланъ, потомъ жилъ заграницею, затѣмъ очутился во главѣ "русскаго революц³оннаго органа" органа объявившаго себя представителемъ "радикально-революц³онной молодежи". Гдѣ же и когда же онъ могъ узнать эту молодежь?- Нигдѣ и никогда.
   Этому то недостатку практическаго знан³я молодежи я и приписывалъ первые не совсѣмъ удачные шаги новорожденнаго органа. Мнѣ казалось, что человѣкъ, никогда ни въ теор³и, ни на практикѣ не занимавш³йся революц³оннымъ дѣломъ, не можетъ быть вѣрнымъ представителемъ революц³онной парт³и, вотъ почему и журналъ во главѣ котораго онъ стоитъ, не можетъ попасть въ унисонъ съ общимъ направлен³емъ этой парт³и, вотъ почему между нимъ и ею (или покрайней мѣрѣ нѣкоторыми ея фракц³ями) сейчасъ же возникли недоразумѣн³я, холодныя, даже враждебныя отношен³я. Вотъ почему, нашлись въ ней люди, которые съ перваго же раза бросили ему въ лицо обвинен³е въ измѣнѣ и предательствѣ, a нѣкоторые заподозрили его даже въ сношен³яхъ съ III-мъ отдѣлен³емъ.
   Вѣрно или невѣрно было мое объяснен³е, но я находилъ его тогда вполнѣ правдоподобнымъ, и потому, думалъ, что каждый честный человѣкъ, признающ³й пользу журнально-революц³онной пропаганды, и незанятый никакими другими болѣе серьезными работами, что каждый такой человѣкъ, - если только онъ можетъ пополнить пробѣлы редакц³и по части знан³я нашей революц³онной молодежи - можетъ и долженъ это сдѣлать. Я полагалъ, что я могъ, слѣдовательно, и обязанъ былъ это сдѣлать.
   Въ течен³е всей своей литературной дѣятельности, я постоянно вращался среди нашей молодежи, среди нашихъ "дѣтей." Я самъ принадлежу къ этому поколѣн³ю, я переживалъ съ нимъ его увлечен³я и ошибки, его вѣрован³я и надежды, его иллюз³и и разочарован³я, a каждый почти ударъ, который наносила ему свирѣпая реакц³я, отражался и на мнѣ или непосредственно, или въ лицѣ моихъ близкихъ товарищей и друзей; съ гимназической скамьи, я не зналъ другого общества, кромѣ общества юношей,- то, увлекавшихся студентскими сходками, то, таинственно конспирирующихъ; то, устроивающихъ воскресныя школы и читальни; то, заводящихъ артели и коммуны, то, опять хватающихся за народное образован³е, за идею сближен³я съ народомъ, и опять и опять конспирирующихъ; я всегда былъ съ ними и среди нихъ - всегда, когда только меня не отдѣляли отъ нихъ толстыя стѣны каземата Петропавловской крѣпости; могу ли я не знать людей, съ которыми 10-ть лѣтъ жилъ одною жизнею, дѣлилъ пополамъ и горе и радость? Мнѣ кажется, что если я хоть въ какой нибудь сферѣ знан³й имѣю нѣкоторую опытность, то только въ этой.
   Эту то опытность я и предложилъ издателю журнала "Впередъ," ею то я и думалъ быть ему полезенъ.
   Меня встрѣтили въ Цюрихѣ съ радостью, мои предложен³я приняли. Мнѣ и на умъ тогда не приходило опредѣлятъ какими нибудь формальными договорами мои отношен³я къ редактору, мое право на контроль и вмѣшательство въ дѣло журнала, въ его направлен³е. Однако, чѣмъ больше я сближался съ редакц³ей, тѣмъ больше я замѣчалъ, что расхожусь съ нею по нѣкоторымъ весьма существеннымъ вопросамъ, касающимся революц³онной дѣятельности молодежи, что я расхожусь съ нею во взглядахъ на самую эту молодежь и на тѣ задачи, которыя долженъ имѣть въ виду русск³й революц³онный журналъ.
   Въ то же время, ознакомившись съ организац³ею журнала, я увидѣлъ, и увидѣлъ къ немалому моему удивлен³ю, что въ основѣ ея лежитъ принципъ единоначал³я, что только одно лицо - полный хозяинъ дѣла, только оно одно имѣетъ рѣшающ³й голосъ, что всѣ остальные участники могуть лишь подавать свои мнѣн³я, но не болѣе. Подобная организац³я несправедливая вообще, въ журналѣ анонимномъ, становится возмутительно несправедливою. Въ анонимномъ журналѣ отвѣтственность за направлен³е его падаетъ въ одинаковой мѣрѣ на всѣхъ лицъ, принимающихъ въ немъ постоянное участ³е. Она не единична, a коллективна; равная же отвѣтственность, естественно предполагаетъ равныя права и обязанности. Это ясно, какъ день.
   Но, не съ одной только теоретической точка зрѣн³я я не могъ допустить принципъ единоначал³я; я, особенно не могу его допустить съ точки зрѣн³я чисто практической. Вѣдь это значило бы предоставить вѣден³е всего дѣла, дѣла близкаго каждому революц³онеру, дѣла, въ успѣхѣ котораго заинтересована вся молодежь, одному лицу и притомъ лицу, по всѣмъ своимъ прецендентамъ весьма мало внушающему къ себѣ довѣр³е, какъ къ революц³онеру. Я отдаю полную справедливость знан³ямъ и талантамъ этого лица, и еслибы дѣло шло объ какомъ нибудь издан³и въ родѣ энциклопедическаго словаря, я бы не сталъ спорить противъ его единовласт³я. Но въ дѣлѣ издан³я революц³оннаго журнала, я самымъ положительнымъ образомъ возстаю противъ него. Я самымъ положительнымъ образомъ отрицаю его компетентность въ рѣшен³и практически-революц³онныхъ вопросовъ, въ опредѣлен³и истинныхъ потребностей и желан³й нашей молодежи, въ уяснен³и ея программы и т. п. потому, что я знаю, что эти вопросы лежатъ совершенно внѣ сферы его обычныхъ умственныхъ занят³й, внѣ сферы его знан³й, внѣ сферы его житейской опытности.
   Само собою понятно, что мои отношен³я къ редакц³и должны были измѣниться: прежде всего я пожелалъ опредѣлить ихъ точно и ясно.
   Съ этою цѣлью я составилъ записку, въ которой изложилъ свой взглядъ на тѣ общ³я требован³я, которымъ должна удовлетворятъ, по моему мнѣн³ю, программа русскаго революц³оннаго журнала. При словесныхъ объяснен³яхъ, возникшихъ y насъ по этому поводу, я достигъ того, чего желалъ. Наши разноглас³я опредѣлились.
   Оказалось, что мы расходимся въ весьма существенныхъ пунктахъ, однако я думалъ, что мы всетаки можемъ вмѣстѣ работать, если только мы будемъ нести въ журналѣ одинаковыя обязанности и пользоваться равными правами, т. е. если организац³я журнала измѣнится. Не желая совсѣмъ ставить этого вопроса на чисто личную точку, и щадя по возможности самолюб³е почтеннаго редактора, я потребовалъ просто во имя справедливости, во имя соображен³й чисто теоретическихъ, предоставлен³я каждому постоянному сотруднику, сочувствующему журналу, равенство правъ и обязанностей во всемъ, что касается литературной и экономической стороны издан³я.
   Я поставилъ эти требован³я услов³емъ sine qua non моего участ³я въ журналѣ. Могъ ли я поступить иначе? Могъ ли взять на себя отвѣтственность за направлен³е журнала, съ которымъ я во многомъ несогласенъ, и на которое однакоже я не могу имѣть никакого существеннаго вл³ян³я, въ которомъ я не могу дѣлать никакихъ поправокъ, никакихъ измѣнен³й? Могъ ли я поддерживать органъ, претендующ³й быть представителемъ всей нашей радикально-революц³онной парт³и, когда этотъ органъ находится въ единоличномъ завѣдыван³и человѣка, никогда не принадлежавшаго къ этой парт³и, незнающаго ее, a если и знающаго, то лишь въ теор³и, a не на практикѣ?
   Редакц³я отказалась принять мои услов³я, я отказался отъ сотрудничества, этимъ вполнѣ и окончательно изчерпывался вопросъ о нашихъ личныхъ отношен³яхъ. Но, кромѣ этого личнаго вопроса тутъ былъ затронутъ другой вопросъ, вопросъ общ³й, вопросъ имѣющ³й, по моему мнѣн³ю, весьма существенное значен³е для всей нашей революц³онной молодежи,- вопросъ тѣсно связанный съ нѣкоторыми основными пунктами ея революц³онной программы.- Это вопросъ о задачахъ и цѣляхъ русского революц³онного журнала,- т. е. о задачахъ и цѣляхъ революц³онной пропаганды вообще. Около него-то и вертѣлись всѣ мои объяснен³я съ редакц³ей; оно то и составляетъ предметъ настоящаго моего письма; потому то я и счелъ возможнымъ принять предложен³я нѣкоторыхъ изъ здѣшнихъ моихъ друзей и обнародовать это письмо. Я думаю, что, съ одной стороны, оно можетъ послужить къ выяснен³ю существенныхъ пунктовъ нашей революц³онной программы, съ другой, бросить нѣкоторый свѣтъ на отношен³е наиболѣе радикальныхъ кружковъ нашей революц³онной молодежи къ журналу "Впередъ," оно покажетъ сторонникамъ этого журнала, гдѣ слѣдуетъ искать истинныхъ причинъ той холодности, того недовольства, которое проглядываетъ въ этихъ отношен³яхъ. Оно покажетъ имъ что для его объяснен³я имъ нечего ссылаться на невѣжество и легкомысл³е русской молодежи, на недобросовѣстныя интриги, на ковы какихъ то враждебныхъ парт³й, и т. п. призраки ихъ собственной фантаз³и.
  
  

ЗАДАЧИ

РЕВОЛЮЦ²ОННОЙ ПРОПАГАНДЫ

въ

РОСС²И.

ПИСЬМО КЪ РЕДАКТОРУ ЖУРНАЛА "ВПЕРЕДЪ."

I.

   М. Г.
   Я отказался отъ сотрудничества въ вашемъ журналѣ, потому что вы отказались предоставить мнѣ, наравнѣ съ вами, право рѣшающаго голоса въ выборѣ и помѣщен³и статей, право контроля надъ общимъ направлен³емъ журнала. {Я говорю здѣсь только о себѣ, потому что друг³е ваши сотрудники отказались отъ тѣхъ правъ, которыхъ я требовалъ для нихъ и для себя.} Но мнѣ было бы прискорбно еслибы вы и ваши сторонники, основываясь на этомъ фактѣ, вывели заключен³е, что я разошелся съ вами изъ за личнаго самолюб³я, изъ за вопроса о первенствѣ. Въ общемъ дѣлѣ, м. г., въ дѣлѣ касающемся дорогихъ для меня интересовъ русской революц³онной парт³и, я никогда еще не руководствовался, никогда не могу руководствоваться личными побужден³ями; я всегда ихъ приносилъ и всегда буду приносить въ жертву этой парт³и, этого общаго всѣмъ намъ дѣла, дѣла русской революц³и. Я не хочу, чтобы даже вы могли превратно истолковывать мое поведен³е, набрасывать тѣнь на руководивш³я мною мотивы. Потому не довольствуяся нашими личными объяснен³ями, я вамъ рѣшаюсь писать. Прочтя это письмо внимательно и обсудивъ безпристрастно мои аргументы, вы должны будете убѣдится, что я поступилъ такъ, какъ обязанъ былъ поступить всяк³й честный человѣкъ, дорожащ³й интересами революц³онной парт³и.
   Еслибы я былъ во всемъ согласенъ съ вашимъ журналомъ, или наконецъ еслибы я питалъ къ вамъ, подобно теперешнимъ вашимъ сотрудникамъ, безграничное личное довѣр³е, еслибы я видѣлъ въ васъ истиннаго и настоящаго представителя русской революц³онной мысли, я бы никогда не рѣшился поднять вопроса о несправедливости принципа единоначал³я. Я бы охотно пожертвовалъ этимъ принципомъ практическому интересу дѣла; я бы работалъ y васъ; я бы предоставилъ въ полное ваше распоряжен³е весь тотъ запасъ знан³й, и способностей которыми я обладаю, и мнѣ на умъ бы не приходила мысль спорить о правахъ.
   Но вы сами понимаете, что ни я и никто изъ молодежи шестидесятыхъ годовъ не могъ питать къ вамъ подобнаго довѣр³я. Мы всѣ знали кѣмъ вы были прежде, чѣмъ сдѣлались революц³онеромъ. Мы знали, что вы половину своей жизни служили на службѣ y русскаго правительства, получая отъ него чины и награды; что вы никогда не мѣшались въ "политику," никогда даже въ теор³и не занималися вопросами, имѣющими какое нибудь непосредственное отношен³е къ соц³альной революц³и. Вы всегда держались въ сторонѣ отъ всѣхъ нашихъ революц³онныхъ кружковъ, вели жизнь, выражаясь вашими же словами, "уединеннаго кабинетнаго мыслителя," и при томъ еще такого мыслителя, который вѣчно или виталъ въ туманныхъ сферахъ отвлеченной философ³и или совершалъ благонамѣренныя экскурс³и въ область физико-математическихъ и историческихъ наукъ.
   Ваша мысль постоянно занятая либо математическими формулами, либо метафизикою, либо философскимъ созерцан³емъ прошлаго, была чужда живымъ вопросамъ дня.
   Въ "медовой мѣсяцъ" нашаго либерализма, когда все общество увлекалось общественными вопросами, когда y всѣхъ лихорадочно бился пульсъ, когда даже философъ Страховъ сдѣлался политикомъ, вы и одни вы, спокойно бѣсѣдовали о задачахъ философ³и. Въ то время, когда всѣ честные, молодые, живые силы группировались около представителей нашей радикальной журналистики,- вы работали въ лагерѣ Краевскаго, стояли подъ знаменемъ, служившимъ символомъ рутины.
   Имѣя за собою такое прошлое, вы не могли и не должны были разсчитывать на полное довѣр³е съ нашей стороны. Ваши настоящ³я заявлен³я слишкомъ рѣзко противорѣчатъ всей вашей предшествовавшей жизни. Если бы вы были "флюгеромъ," тогда другое дѣло, но вѣдь вы человѣкъ съ твердыми, весьма ясно опредѣлившимися убѣжден³ями. Какъ же это могъ случиться съ вами такой удивительный переворотъ? Какъ это вы вдругъ изъ спокойнаго философа, изъ благонамѣреннаго сотрудника старыхъ "Отечественныхъ Записокъ" превратились въ краснаго революц³онера, въ редактора журнала, объявившаго себя органомъ "радикально-революц³онной парт³и?" Так³я метаморфозы всегда немножко подозрительны.
   Не то, чтобы я сомнѣвался въ вашей искренности, не то, чтобы я не вѣрилъ въ дѣйствительность вашаго превращен³я (чего на свѣтѣ не бываетъ), но, не посѣтуйте на меня за откровенность, я не вѣрю, я не могу повѣрить въ его прочность. Мнѣ кажется, что отъ старыхъ привычекъ, отъ старыхъ идеаловъ, вошедшихъ въ плоть и въ кровь человѣка, нельзя такъ же легко отказаться, какъ отъ изношеннаго платья. Рано или поздно онѣ пробьются наружу и смоютъ новыя, навѣянные извнѣ убѣжден³я. Личность постоянно привыкшая работать въ одномъ направлен³и не можетъ безнаказанно перескочить въ другое, ему противуположное. Старый человѣкъ, по мимо его воли; скажется въ новомъ. И развѣ онъ не сказался въ той первой программѣ, которую вы составили для вашего журнала. Могъ ли бы дѣйствительный революц³онеръ сочинить, что нибудь подобное? Сталъ ли бы онъ толковать о возможности революц³и, при помощи легализма?
   Правда, вы моментально отказались отъ своего изобрѣтен³я, чуть только увидали, что надъ нимъ смѣются; вы написали другую программу (говорятъ даже, что была и третья), но, и въ вашемъ новомъ proffession de foi, сквозь революц³онныя фразы, сквозило далеко не революц³онное содержан³е. Да, наконецъ, самая поспѣшность, съ которою вы мѣняли свои революц³онныя proffesion de foi, не свидѣтельствовала ли она о шаткости и неустойчивости вашихъ революц³онныхъ убѣжден³й? Скажите же по совѣсти, могъ ли, имѣлъ ли я право довѣрять вамъ.
   Правда, вы нѣсколько разъ старались убѣдитъ меня, что ваши личныя мнѣн³я, не могутъ имѣть существеннаго вл³ян³я на мнѣн³я редактируемаго вами журнала, что хотя по своимъ приватнымъ взглядамъ, вы продолжаете стоять на точкѣ зрѣн³я первой программы, но, что это нисколько не мѣшаетъ вамъ въ качествѣ редактора революц³оннаго органа проводить въ немъ самыя радикальныя, самыя революц³онныя идеи. Такимъ образомъ, по вашимъ же собственнымъ словамъ выходило, что вы изображаете собою нѣкотораго рода двуипостась, первое лицо, которой - философъ, постепенновецъ, либералъ, вѣрующ³й въ прогрессъ; a второе - красный революц³онеръ, редакторъ органа "радикально-революц³онной парт³и." Но кто же могъ мнѣ поручиться, что первое лицо когда нибудь не поглотитъ второе, что философъ не зажметъ ротъ революц³онеру и не заставитъ его плясать по своей дудкѣ? Напротивъ, судя по двумъ первымъ книжкамъ "Впередъ," мнѣ казалось, что это поглощен³е революц³и философ³ею, уже фактъ совершивш³йся.
   Въ самомъ дѣлѣ: вникните въ сущность распространяемыхъ вашимъ журналомъ идей, и вы сами убѣдитесь, что они могутъ привести къ торжеству всего чего хотите, но только не къ торжеству революц³и.
   Да, нужно ли еще вамъ въ этомъ убѣждаться? Мнѣ кажется, что вы ужь давно въ томъ убѣждены, и что именно потому-то вы и разпространяете ихъ. Не примите это за упрекъ въ лицемѣр³и. Нѣтъ, вы совершенно искренно не вѣрите въ революц³ю, и не желаете ей успѣха. Точно также, вы искренни и тогда, когда толкуете о необходимости революц³и, когда выражаете твердую надежду на ея несомнѣнное торжество д т. н. Вы только злоупотребляете словами. То, что вы и вашъ журналъ называете революц³ею, то совсѣмъ не революц³я, по крайней мѣрѣ не о такой революц³и мечтаетъ наша революц³онная парт³я, не для такой революц³и должна готовить себя наша молодежь.
  

II.

  
   Что подразумѣваетъ вашъ журналъ подъ словомъ революц³я? Народное движен³е, направленное къ уничтожен³ю существующаго порядка вещей, къ устранен³ю тѣхъ исторически-выработавшихся услов³й экономическаго быта, которые его давятъ и порабощаютъ. Это слишкомъ обще. Какое движен³е? Осмысленное, разумное, вызванное яснымъ сознан³емъ принцип³альныхъ недостатковъ дикихъ общественныхъ услов³й, руководимое вѣрнымъ и отчетливымъ пониман³емъ какъ его средствъ, такъ и конечныхъ цѣлей. Это сознан³е и это пониман³е должны быть присущими всему народу, или по крайней мѣрѣ, большинству его,- только тогда, по вашему мнѣн³ю, совершится истинная народная революц³я. Всякую другую революц³ю вы называете искусственнымъ "навязыван³емъ народу революц³онныхъ идей" (кнш. I, Наша Програм.). "Будущ³й строй русскаго общества, гласитъ ваша программа, осуществлен³ю котораго мы рѣшились содѣйствовать, долженъ воплотить въ дѣло потребности большинства имъ самимъ сознанныя и понятыя (ib)."
   Слѣдовательно, революц³ю вы понимаете въ смыслѣ осуществлен³я въ общественной жизни потребностей большинства имъ самимъ сознанныхъ и понятыхъ. Но развѣ это будетъ революц³я въ смыслѣ насильственнаго переворота? Развѣ, когда большинство сознаетъ и пойметъ какъ свои потребности, такъ и тѣ пути и средства, съ помощью которыхъ ихъ можно удовлетворить,- развѣ тогда ему нужно будетъ прибѣгать къ насильственному перевороту? О, повѣрьте, оно съумѣетъ тогда сдѣлать это, не проливая ни единой капли крови, весьма мирно, любезно и главное постепенно. Вѣдь сознан³е и пониман³е всѣхъ потребностей придетъ къ нему не вдругъ. Значитъ нѣтъ резона думать будто и осуществлять эти потребности оно примется заразъ: сначала оно сознаетъ одну потребность и возможность удовлетворить ее, потомъ другую, третью и т. д. и наконецъ когда оно дойдетъ до сознан³я своей послѣдней потребности, ему уже даже и бороться ни съ кѣмъ не придется, a уже объ насил³и и говорить нечего.
   Значитъ, ваша революц³я есть не иное что какъ утопическ³й путь мирнаго прогресса. Вы обманываете и себя и читателей, замѣняя слово прогрессъ словомъ революц³я. Вѣдь это шулерство, вѣдь это подтасовка!
   Неужели вы не понимаете, что революц³я (въ обыденномъ смыслѣ слова) тѣмъ-то и отличается отъ мирнаго прогресса, что первую дѣлаетъ меньшинство, a вторую большинство. Оттого первая, происходитъ обыкновенно быстро, бурно, безпорядочно, носитъ на себѣ характеръ урагана, стих³йнаго движен³я, a второй совершается тихо, медленно, плавно съ "величественною торжественностыо," какъ говорятъ историки. Насильственная революц³я тогда только и можетъ имѣть мѣсто, когда меньшинство не хочетъ ждать, чтобы большинство само сознало свои потребности, но когда оно рѣшается, такъ сказать, навязать ему это сознан³е, когда оно старается довести глухое и постоянно присущее народу чувство недовольства своимъ положен³емъ, до взрыва.
   И затѣмъ, когда этотъ взрывъ происходитъ, происходитъ не въ силу какого нибудь яснаго пониман³я и сознан³я и т. п., a просто въ силу накопившагося чувства недовольства, озлоблен³я, въ силу невыносимости гнета, когда этотъ взрывъ происходитъ, тогда большинство старается только придать ему осмысленный, разумный характеръ, направляетъ его къ извѣстнымъ цѣлямъ, облекаетъ его въ грубую чувственную основу, въ идеальныя принципы. Народъ дѣйствительной революц³и,- это бурная стих³я все уничтожающая и разрушающая на своемъ пути, дѣйствующая всегда безотчетно, и безсознательно. Народъ вашей революц³и - это цивилизованный человѣкъ, вполнѣ уяснивш³й себѣ свое положен³е, дѣйствующ³й, сознательно и цѣлѣсообразно, отдающ³й отчетъ въ своихъ поступкахъ, хорошо понимающ³й чего онъ хочетъ, понимающ³й свои истинныя потребности и свои права, человѣкъ принциповъ, человѣкъ идей.
   Но, гдѣ же видано, чтобы цивилизованные люди дѣлали революц³и! О, нѣтъ, они всегда предпочитаютъ путь мирнаго и спокойнаго прогресса, путь безкровныхъ протестовъ; дипломатическихъ компромиссовъ и реформъ - пути насил³я, пути крови, уб³йствъ и грабежа.
   Потому, повторяю опять, когда "большинство народа" дойдетъ до "ясного пониман³я и сознан³я" своихъ потребностей, тогда насильственный, кровавый переворотъ станетъ немыслимъ, тогда наступитъ та эра "безкровныхъ революц³й," въ нѣмецкомъ вкусѣ, о которой мечталъ Лассаль, идея которой лежитъ въ основѣ современнаго западно-европейскаго рабочаго движен³я, въ основѣ нѣмецкой программы Интернац³онала.
   Буржуа и философы, палачи и эксплуататоры безъ особенного страха и трепета созерцаютъ отдаленную возможность наступлен³я подобной эры. При словѣ "безкровная революц³я," ихъ волосы не подымаются дыбомъ, они только лукаво улыбаются и одобрительно киваютъ головами. Они знаютъ, что эти "тих³я ужасы" начнутся ни при нихъ, ни при ихъ дѣтяхъ, ни при ихъ внукахъ, даже ни при ихъ пра-правнукахъ, что къ тому времени, когда "большинство сознаетъ и пойметъ свои потребности" солнце бытъ можетъ давно уже потухнетъ и на землѣ наступить царство вѣчнаго мрака и холода,- царство смерти.
   Даже нашему III-му Отдѣлен³ю, впадающему въ умоисступлен³е при одномъ словѣ "революц³я" подобная революц³я - ваша революц³я, революц³я обусловленная "яснымъ сознан³емъ и пониман³емъ большинствомъ своихъ потребностей," не можетъ быть страшной. Напротивъ, его прямой интересъ состоитъ въ томъ, чтобы пропагандировать ея идеи. Съ помощью такой пропаганды, можно совсѣмъ сбить молодежь съ толку, представляя ей, дѣйствительную революц³ю, какъ искусственное навязыван³е народу несознанныхъ и не прочувствованныхъ имъ идей какъ нѣчто деспотическое, эфемерное, скоротечное и потому вредное; увѣряя ее, что побѣда народнаго дѣла, что радикальный переворотъ всѣхъ существующихъ общественныхъ отношен³й, зависитъ отъ степени сознан³я народомъ его правъ и потребностей т. е. отъ степенй его умственнаго и нравственнаго развит³я, можно незамѣтно довести ее до убѣжден³я, будто развивать народъ и уяснять ему его потребности и т. п. значитъ подготовлять не торжество мирнаго прогресса, a торжество истинной революц³и.

III.

  
   Вашъ журналъ именно и ведетъ такую пропаганду; онъ именно и стремится довести молодежь до такого убѣжден³я, т. е., самъ того не вѣдая и вѣроятно не желая, онъ служитъ цѣлямъ и интересамъ III Отдѣлен³я. Напрасно вы стали бы отрицать тотъ скрытый смыслъ, который вы придаете слову революц³я; напрасно вы стали бы увѣрять будто вы никогда не защищали въ вашемъ журналѣ пути мирныхъ реформъ, безкровнаго прогресса. Я знаю - вашъ журналъ никогда не рѣшится проповѣдывать открыто вашихъ идей; но онѣ, если можно такъ выразиться, постоянно присутствуютъ въ немъ въ скрытомъ состоян³и; онѣ придаютъ ему извѣстный цвѣтъ, извѣстное направлен³е; онѣ составляютъ его духъ. Я знаю - слово революц³я не сходитъ y васъ съ языка, но въ душѣ вы ей не вѣрите.
   Да, вы не вѣрите въ возможность кроваваго переворота! Въ противномъ случаѣ, вы не могли бы поставить его въ зависимость отъ такого услов³я (сознан³е и пониман³е большинствомъ его правъ и потребностей), при которомъ онъ немыслимъ. Вы не могли бы сдѣлать однимъ изъ основныхъ и неизмѣнныхь пунктовъ программы своего журнала положен³я: "Лишь тогда, когда течен³е историческихъ событ³й укажетъ само (?!) минуту переворота и готовность къ нему народа русскаго, можно считать себя въ правѣ призвать народъ къ осуществлен³ю этого переворота (кн. ², стр. 14, Наша программа.)." Кому это "можно считать себя въ правѣ..." и т. д. ? Вамъ? Но, не намъ.
   Неужели вы не понимаете, что революц³онеръ всегда считаетъ и долженъ считать себя въ правѣ призывать народъ къ возстан³ю; что тѣмъ то онъ и отличается отъ философа-филистера, что не ожидая пока течен³е историческихъ событ³й само укажетъ минуту, онъ выбираетъ ее самъ, что онъ признаетъ народъ всегда готовымъ къ революц³и.
   Нѣтъ, вы это понимаете, и потому то вы и поспѣшили включить ваше положен³е въ число основныхъ пунктовъ программы. Вы хотѣли этимъ дать понять кому слѣдуетъ, что васъ нельзя смѣшивать съ настоящими революц³онерами; революц³онерами практиками, что, хотя вы и толкуете о революц³и, но совсѣмъ не о той, къ которой они стремятся, что ваша революц³я совершенно особая, никому никакими опасностями въ настоящемъ не грозящая, что она возможна лишь въ отдаленномъ будущемъ "когда течен³е историческихъ событ³й само укажетъ минуту," когда народъ будетъ приготовленъ къ ней, т. е. пойметъ и сознаетъ свои права и потребности.
   Этимъ то вашимъ невѣр³емъ въ возможность революц³и (т. е. революц³и настоящей, a не той призрачной, которою вы замѣняете неблагозвучныя слова "мирный прогрессъ") объясняются ваши отношен³я къ нашей революц³онной молодежи, совѣты, съ которыми вы къ ней обращаетесь, наконецъ ваши взгляды на задачи революц³онного журнала.
   Кто не вѣритъ въ возможность революц³и въ настоящемъ, тотъ не вѣритъ въ народъ, не вѣритъ въ его приготовленность къ ней; тотъ долженъ искать внѣ народа какихъ нибудь силъ, какихъ нибудъ элементовъ, которыя могли бы подготовить его къ перевороту. Вы ищете этихъ силъ въ среди нашей интелегентной молодежи. Вы думаете, что эта молодежь должна отправиться въ народъ и "уяснить ему его потребности, подготовитъ къ самостоятельной и сознательной дѣятельности для достижен³я ясно понятыхъ цѣлей" (кн.², стр. 14). Лишь слѣдуя вашему совѣту, она, увѣряете вы, "можетъ считать себя дѣйствительно полезнымъ участникомъ въ современной подготовкѣ лучшей будущности Росс³и" (id.).
   Всякую другую революц³онную дѣятельность, не направленную къ "уяснен³ю и подготовлен³ю " народа, вы считаете, такимъ образомъ, безполезною. Конечно, съ вашей точки зрѣн³я вы правы. Вѣдь всѣ друг³я революц³онныя дѣятельности, до которыхъ такъ падка наша молодежь,- всѣ эти агитац³и, демонстрац³и, заговоры и т. п., все это имѣетъ своею ближайшею цѣлью вызвать то, что вы называете "искусственною революц³ею" (стр. 16). Ну, a вы хотите естественной, требующей предварительнаго "уяснен³я" и "подготовлен³я" наступающ³й по указан³ю "течен³я историческихъ событ³й." Гр. Шуваловъ, если бы онъ читалъ вашъ журналъ {Судя, однако, до тѣмъ преслѣдован³ямъ, которымъ онъ подвергаетъ юношей за чтен³е "Впередъ," можно думать, что самъ онъ его не читаетъ. Или, уже онъ то-же начинаетъ заражаться философ³ею. О, графъ прилично ли жандармскому генералу философствовать, прилично ли ему мучить себя ея призраками? Жандармъ можетъ п_о_л_ь_з_о_в_а_т_ь_с_я ея услугами спору нѣтъ,- но, вѣрить въ ея утоп³и, трепетать передъ созданнымъ ею фантомомъ какой-то "естественной революц³и," - это право даже не прилично.}, долженъ бы былъ васъ поблагодарить за это остроумное раздѣлен³е революц³й на естественныя и искусственныя.
   Если вамъ удастся убѣдить молодежь въ безполезности послѣднихъ, и въ необходимости первыхъ, то III-му Отдѣлен³ю придется почить на лаврахъ. Дѣлатели искусственныхъ революц³й только ему и опасны, только съ ними оно борется, только они причиняютъ ему всего больше хлопотъ и печалей. Ваша же "естественная революц³я" едва ли его особенно обезпокоитъ: въ ея возможностъ оно вѣрить вѣроятно, ровно столько же сколько вы вѣрите въ возможность революц³и "искусственной." При томъ же, ваши дальнѣйш³я совѣты юношамъ должны убѣдитъ его, что "дѣлатели естественныхъ революц³й" не будутъ ему слишкомъ надоѣдать, что это будутъ люди, солидные и терпѣливые, привыкш³е "въ потѣ лица своего подвизаться, на поприщѣ "саморазвит³я" и "самоперевоспитан³я," постоянно обогащающ³е себя "солидными и основательными знан³ями." Какой же вредъ можетъ произойти отъ такихъ благонамѣренныхъ подвижниковъ ?
   "Лишь строгою личною и усиленною подготовкою, говорите вы, можно выработать въ себѣ возможность (одну только еще возможность!) полезной дѣятельности среди народа.
   "Лишь внушивъ народу довѣр³е къ себѣ, какъ личности (а то еще какъ же?) можно создать необходимыя услов³я подобной дѣятельности."
   Оба эти положен³я вы признаете неизмѣнными членами своего революц³оннаго символа вѣры (ваша программа, кн. I, стр. 16). Затѣмъ въ статьяхъ "Знан³я и Революц³я" (кн. I) и "Революц³онеры изъ привилигированной среды" (кн. II) вашъ журналъ подробно развиваетъ въ чемъ именно должны состоять "эта строгая усиленная подготовка" и это "внушен³е народу довѣр³я къ себѣ какъ личности."
   Общ³й смыслъ и заключительный выводъ обѣихъ статей таковъ: юноши если вы хотите быть революц³онерами (въ смыслѣ т. е. "уяснителей" и "подготовителей"), то прежде всего учитесь: "выработайте въ себѣ критическую силу мысли правильными методами" (кн. ², стр. 225), изучите спец³ально какую нибудь отрасль науки (стр. 229), "обогатите свой умъ серьезнымъ и основательнымъ знан³емъ" (кн. II, стр. 148), передѣлайте и перевоспитайте себя физически и нравственно на столько, чтобы бодро переносить всѣ лишен³я, не гнуться при всякихъ невзгодахъ" (ib.).
   Вотъ совѣтъ, съ которымъ вашъ журналъ считаетъ теперь удобнымъ и своевременнымъ обращаться къ молодежи. Я уже нѣсколько разъ, м. г., въ личныхъ бѣсѣдахъ съ вами, говорилъ вамъ, что я думаю о подобныхъ совѣтахъ. И теперь, когда я опять коснулся ихъ - я не могу удержаться, чтобы не выразятъ снова и снова того чувства глубокого негодован³я, которое они всегда возбуждали во мнѣ.
   Какъ! Страдан³я народа съ каждымъ днемъ все возрастаютъ и возрастаютъ; съ каждымъ днемъ, цѣпи деспотизма и произвола все глубже и глубже впиваются въ его измученное и наболѣвшее тѣло, съ каждымъ днемъ петля самодержав³я все туже и туже затягивается на нашей шеѣ,- a вы говорите: подождите, потерпите, не бросайтеся въ борьбу, сначала поучитесь, перевоспитайте себя.
   О, боже, неужели это говоритъ живой человѣкъ живымъ людямъ. Ждать! Учиться, перевоспитываться! Да имѣемъ ли мы право ждать? Имѣемъ ли мы право тратить время на перевоспитан³е! Вѣдь каждый часъ, каждая минута, отдаляющая насъ отъ революц³и, стоитъ народу тысячи жертвъ, мало того, оно уменьшаетъ самую вѣроятность успѣха переворота. Пока, самый сильный и могущественный врагъ, съ которымъ намъ приходится бороться,- это наше правительство съ его военными силами, съ его громадными матер³альными средствами. Между нимъ и народомъ не существуетъ еще никакой посредствующей силы, которая могла бы на долгое время остановить и удержать народное движен³е, разъ оно началось.
   Сослов³е нашихъ землевладѣльцевъ, взятое само по себѣ, разрозненно, слабо, и какъ, по своей численности, такъ и по своему экономическому положен³ю совершенно ничтожно. Наше tiers êtat состоитъ болѣе чѣмъ на половину изъ пролетар³евъ, изъ нищихъ, и только въ меньшинствѣ ея начинаютъ выработываться настоящ³е буржуа въ западно-европейскомъ смыслѣ этого слова.
   Но, конечно, нельзя надѣяться на слишкомъ долгое существован³е этихъ благопр³ятныхъ для насъ общественныхъ услов³й; хотя тихо и вяло, но все же мы кое-какъ подвигаемся по пути экономическаго развит³я. А это развит³е подчинено тѣмъ же законамъ и совершается въ томъ же направлен³и, какъ и экономическое развит³е западно-европейскихъ государствъ.
   Община уже начинаетъ разлагаться; правительство употребляетъ всѣ усил³я, чтобы уничтожить и разорить ее въ конецъ; въ средѣ крестьянства выработывается классъ кулаковъ, покупщиковъ и съемщиковъ крестьянскихъ и помѣщичьихъ земель - мужицкая аристократ³я. Свободный переходъ поземельной собственности изъ рукъ въ руки, съ каждымъ днемъ встрѣчаетъ все меньше и меньше препятств³й, расширен³е земельнаго кредита, развит³е денежныхъ операц³й съ каждымъ днемъ становятся все значительнѣе. Помѣщики volens nolens поставлены въ необходимость вводить усовершенствован³я въ системѣ сельскаго хозяйства. A прогрессъ сельскаго хозяйства идетъ обыкновенно рука объ руку съ развит³емъ туземной фабричной промышленности, съ развит³емъ городской жизни. Такимъ образомъ, y насъ уже существуютъ въ данный моментъ всѣ услов³я для образован³я, съ одной стороны, весьма сильнаго консервативнаго класса крестьянъ-землевладѣльцовъ и фермеровъ, съ другой денежной, торговой, промышленной, капиталистической буржуаз³и. A по мѣрѣ того, какъ классы эти будутъ образовываться и укрѣпляться, положен³я народа неизбѣжно будетъ ухудшаться, и шансы на успѣхъ насильственного переворота становиться все болѣе и болѣе проблематическими.
   Вогь почему мы не можемъ ждать. Вотъ почему мы утверждаемъ, что революц³я въ Росс³и настоятельно необходима, и необходима именно въ настоящее время; мы не допускаемъ никакихъ отсрочекъ, никакого промедлен³я. Теперь или очень нескоро, быть можетъ, никогда! Теперь обстоятельства за насъ, черезъ 10, 20 лѣтъ они будутъ противъ насъ. Понимаете ли вы это? Понимаете ли вы истинную причину нашей торопливости, нашего нетерпѣн³я?
  

²V.

  
   М. Г., я думаю, что вы не можете этого понять, не можете, потому что въ васъ нѣтъ той вѣры, которая составляетъ нашу силу. Вы не вѣрите въ революц³ю, вы не вѣрите въ народъ, вы не вѣрите, что онъ можетъ совершить ее безъ предварительной подготовки. Точно также вы не вѣрите и въ нашу революц³онную молодежь; вы не вѣрите, что она уже готова къ революц³онной дѣятельности. И въ томъ и въ другомъ случаѣ причина вашего невѣр³я одна и та же: постоянное смѣшен³е понят³я революц³и съ понят³емъ мирнаго прогресса. Вы думаете, будто революц³и всегда должно предшествовать, что она всегда должна подготовляться знан³емъ, будто знан³е прологъ революц³и.
   Въ нашемъ народѣ вы видите полное отсутств³е знан³я и вы говорите, что народъ еще не готовъ для революц³и. Замѣчая, что и наша молодежь по части знан³й не особенно сильна, вы находите, что и она еще недостаточно подготовлена къ революц³онной дѣятельности, вы совѣтуете ей поучиться, a потомъ заняться обучен³емъ народа. И конечно, съ вашей скрытой, потаенной точки зрѣн³я, той точки которую вы никогда не рѣшитесь открыто высказать, но съ которой вы и вашъ журналъ никогда не сходятъ, съ точки зрѣн³я мирнаго прогресса,- вы правы, тысячу разъ правы. Всяк³й кто хочетъ содѣйствовать мирному прогрессу, долженъ учиться, учиться и учиться, накоплять и распространять знан³я; онѣ необходимое услов³е этого прогресса. Но они совсѣмъ не необходимое услов³е революц³и. Они создаютъ прогрессъ; но не они создаютъ революц³ю.
   Революц³и дѣлаютъ революц³онеры, a революц³онеровъ создаютъ данныя соц³альныя услов³я, окружающей ихъ среды. Всяк³й народъ, задавленный произволомъ, измученный эксплуататорами, осужденный изъ вѣка въ вѣкъ поить своею кровью, кормить своимъ тѣломъ праздное поколѣн³е тунеядцевъ, скованный по рукамъ и по ногамъ желѣзными цѣпями экономическаго рабства, всяк³й такой народъ (а въ такомъ положен³и находятся всѣ народы) въ силу самыхъ услов³й своей соц³альной среды - есть революц³онеръ; онъ всегда можетъ; онъ всегда хочетъ сдѣлать революц³ю; онъ всегда готовъ къ ней. И если онъ въ дѣйствительности не дѣлаетъ ее, если онъ въ дѣйствительности съ ослинымъ терпѣн³емъ продолжаетъ нести свой мученическ³й крестъ... то это только потому, что въ немъ забита всякая внутренняя иниц³атива, что y него не хватаетъ духа самому выйти изъ своей колеи; но разъ какой нибудь внѣшн³й толчокъ, какое нибудь неожиданное столкновен³е, выбили его изъ нея - и онъ подымается какъ бурный ураганъ, и онъ дѣлаетъ революц³ю.
   Наша учащаяся молодежь точно также въ большинствѣ случаевъ находится въ услов³яхъ благопр³ятныхъ для выработки въ ней революц³оннаго настроен³я. Наши юноши - революц³онеры не въ силу своихъ знан³й, a въ силу своего соц³альнаго положен³я. Большинство ихъ - дѣти родителей пролетар³евъ или людей весьма не далеко ушедшихъ отъ пролетар³евъ. Среда ихъ выростившая состоитъ либо изъ бѣдняковъ въ потѣ лица своего добывающихъ хлѣбъ, либо живетъ на хлѣбахъ y государства; на каждомъ шагу она чувствуетъ свое экономическое безсил³е, свою зависимость. A сознан³е своего безсил³я, своей необезпеченности, чувство зависимости - всегда приводятъ къ чувству недовольства, къ озлоблен³ю, къ протесту.
   Правда, въ положен³и этой среды есть и друг³я услов³я, парализующ³я дѣйств³е экономической нищеты и политической зависимости; услов³я до извѣстной степени примѣряющ³я съ жизнью, потому что онѣ даютъ возможность эксплуатировать чужой трудъ; услов³я, заглушающ³я недовольство, забивающ³е протестъ, развивающ³е въ людяхъ тотъ узк³й, скотск³й эгоизмъ, который не видитъ ничего дальше своего носа, который приводитъ къ рабству и тупому консерватизму. Но юноши еще не о

Категория: Книги | Добавил: Ash (11.11.2012)
Просмотров: 391 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа