Главная » Книги

Булгаков Сергей Николаевич - Л. Н. Толстой, Страница 2

Булгаков Сергей Николаевич - Л. Н. Толстой


1 2

ется тайной личности, раскрывающейся въ ростѣ души художника, ее можно лишь радостно и благоговѣйно созерцать, но безплодно было бы пытаться ее объяснить или рац³онализировать. Но именно таково искусство въ высшихъ своихъ проявлен³яхъ: такова была греческая скульптура и архитектура въ язычествѣ, такова средневѣковая готика и визант³йское зодчество, Данте и Беато Анжелико, Микель Анджело и Рафаэль (въ Сикстинѣ), таково творчество Гёте и Достоевскаго, который, очевидно, не зналъ разлада художника съ человѣкомъ и въ послѣднихъ своихъ произведен³яхъ (Братья Карамазовы, Сонъ смѣшного человѣка) явилъ образецъ душевнаго здоровья, результатъ гармон³и религ³озной личности съ художникомъ (и это несмотря на пресловутую эпилепс³ю, отсутств³е которой богатырю Толстому все-таки не дало желанной гармон³и и здоровья духа).
   Но не такъ благополучно было это у Гоголя и не такъ у Толстого, судьба которыхъ, при всемъ огромномъ различ³и между ними, въ этомъ отношен³и представляетъ такъ много сроднаго. Оба они, когда серьезно заболѣли религ³ей, когда наступилъ для нихъ религ³озный кризисъ въ жизни и искусствѣ, осудили свое художественное творчество, какъ грѣховное. Это осужден³е не имѣетъ ничего общаго съ утилитарными или эстетическими оцѣнками отдѣльныхъ художественныхъ произведен³й по тѣмъ или другимъ частнымъ мотивамъ. Оба они изнутри ощутили его грѣховнымъ, когда почувствовали себя предъ лицомъ судящаго Бога, предъ Которымъ распахиваются глубины сердца. Ихъ творчество предстало тогда предъ ними какъ идолопоклонство, какъ отпаден³е отъ Бога. Они такъ и не сумѣли примирить въ душѣ своей человѣка и художника, и тогда въ ней прозвучалъ грозный приговоръ надъ ихъ художественнымъ творчествомъ: "если правый глазъ соблазняетъ тебя, вырви его и брось отъ себя... и если правая твоя рука соблазняетъ тебя, отсѣки ее и брось отъ себя" (Мѳ., 5, 29-30). О, дорого, какъ око и какъ рука, художнику его искусство, и, какъ они, есть оно драгоцѣнный даръ Бож³й, и, можетъ быть, подобно Гоголю, не перенесетъ онъ этого отсѣчен³я. Но отъ этого драгоцѣннаго дара Бож³я надо отречься во имя Бога, принеся его въ жертву къ алтарю. И вотъ начинается это отречен³е, эта мучительная борьба съ своимъ искусствомъ, агон³я художника. Въ изнеможен³и отъ нея, Гоголь сжигаетъ свою рукопись Мертвыхъ Душъ и кается какъ въ тяжеломъ грѣхѣ въ своемъ художественномъ творчествѣ, замѣняя его отнюдь не ген³альнымъ, какъ бы ни относиться къ нему по существу, проповѣдничествомъ въ стилѣ Переписки съ друзьями. Также и Толстой отрекается отъ своего художественнаго творчества, хочетъ убить въ себѣ художника, хотя до конца это художественное самоуб³йство и никогда ему не удается. Отъ недосягаемой художественной высоты Войны и Мира онъ переходитъ къ составлен³ю многословныхъ, однообразныхъ, скучныхъ, съ рѣдкими лишь проблесками ген³альности, богословскихъ и моралистическихъ трактатовъ, изъ которыхъ большинство совершенно не читается уже теперь и скоро будетъ окончательно забыто. То резонерство, которое раньше было только эпизодическимъ придаткомъ къ его художественнымъ произведен³ямъ, теперь выдвинулось на первый планъ, заслонило собою искусство. Для этого же новаго жанра у Толстого не хватало ни подлиннаго религ³ознаго вдохновен³я, ни философскаго дарован³я, ни логической выдержки и научнаго метода. Вѣдь достаточно сравнить чисто богословск³я сочинен³я Толстого, хотя бы объ Евангел³яхъ, съ научными изслѣдован³ями того же направлен³я, которыми такъ богата теперешняя протестантская экзегетика, чтобы убѣдиться, какъ они неинтересны и слабы именно съ точки зрѣн³я научнаго рац³онализма по сравнен³ю съ этими изслѣдован³ями, а вѣдь послѣдн³я выходятъ изъ подъ пера не м³рового ген³я, а заурядныхъ тружениковъ науки. Разстоян³е между художественными и богословскими произведен³ями Толстого по силѣ дарован³я никакъ не меньше, чѣмъ между художественнымъ творчествомъ Гоголя и Перепиской съ друзьями, и различ³е это скрадывается лишь тѣмъ, что почти всюду у Толстого всетаки прорывается художникъ, а также исключительно жгучимъ характеромъ затрагиваемыхъ имъ вопросовъ (о голодѣ, о поркѣ, о смертной казни).
   "Велик³й писатель земли русской, вернитесь къ литературѣ"! Такъ взывалъ въ предсмертномъ письмѣ своемъ Тургеневъ, который едва-ли какъ слѣдуетъ понималъ всю серьезность коллиз³и въ душѣ Толстого и смотрѣлъ на нее только глазами художника. Но пожелан³е Тургенева могло бы быть исполнено въ томъ лишь случаѣ, еслибы конфликтъ былъ изжитъ, и Толстой ощутилъ бы въ себѣ способность своимъ художественнымъ творчествомъ служить Богу. Но онъ этого, очевидно, такъ и не ощутилъ, и роняемыя имъ крохи художественнаго творчества (какъ бы ни были онѣ драгоцѣнны) онъ считалъ дѣломъ второстепеннымъ, какъ будто стыдился ихъ, хотя въ нихъ и просвѣчиваетъ иногда новое, умудренное и просвѣтленное отношен³е къ м³ру. Онъ подчиняетъ искусство утилитарнымъ цѣлямъ, сознательно дѣлаетъ его тенденц³ознымъ. Въ неразрѣшенности этого конфликта, въ неослабѣвающей остротѣ этого неизбывнаго противорѣч³я не лежитъ-ли психологическ³й источникъ и всей теор³и опрощен³я съ проповѣдью недѣлан³я!
   Tantum religio potuit suadere malorum, скажетъ по этому поводу поклонникъ искусства, чуждый религ³ознаго м³ропониман³я. Напротивъ, при религ³озномъ отношен³и къ жизни въ этомъ самоуб³йствѣ художника, въ Гоголѣ, жгущемъ свою рукопись, и въ Толстомъ, замѣняющемъ перо сапожнымъ шиломъ и пишущемъ, вмѣсто Анны Карениной, Царств³е Бож³е внутри васъ видится полное глубокаго смысла и внутренно необходимое религ³озное борен³е человѣческаго духа. Это болѣзнь, но болѣзнь избранныхъ натуръ не къ смерти, а къ жизни. Душа человѣка дороже цѣлаго м³ра и тѣмъ болѣе дороже его художественнаго творчества, и, если дѣйствительно нужно принести это творчество въ жертву для спасен³я души, пусть будетъ принесена эта жертва. Вѣдь просто послѣдовать зову Тургенева, по старому возвратиться къ искусству при новыхъ требован³яхъ къ себѣ, для Толстого означало бы паден³е, а вернуться къ нему по новому онъ не умѣлъ. Первобытная невинность потеряна, вмѣстѣ съ непорочностью наготы, которая теперь была бы безстыдствомъ. Здѣсь тягостно и прискорбно то, что в душѣ Толстого вообще могъ возникнуть такой именно конфликт, ибо по существу въ немъ вовсе нѣтъ необходимости, онъ есть нѣчто вполнѣ индивидуальное, нѣчто такое, чего могло бы и не быть. Однако разъ этотъ конфликтъ налицо, онъ долженъ быть изжитъ до конца, и изъ него должны быть извлечены всѣ практическ³е выводы.
   Такъ понимаемъ мы со стороны внутреннихъ мотивовъ литературную эволюц³ю Толстого, - отъ великаго художника до посредственнаго богослова и морализирующаго публициста. Это безспорное понижен³е литературнаго типа субъективно было для него религ³озно-аскетическимъ подвигомъ, отсѣчен³емъ соблазняющаго члена, жертвой Богу. Однако нельзя умолчать, что возможно и иное, менѣе благопр³ятное для Толстого объяснен³е этой эволюц³и, не только изъ аскетическихъ, но и совсѣмъ изъ другихъ мотивовъ, изъ своеобразной духовной гордости, для которой недостаточнымъ уже казалось призван³е даже первокласснаго художника, а нужно было еще высшее служен³е, - религ³ознаго пророка, почти основателя религ³и. По совѣсти я не могу сказать, чтобы это пониман³е совсѣмъ не находило никакихъ точекъ опоры въ томъ, что намъ извѣстно о духовномъ обликѣ Толстого за эти послѣдн³е годы. Спасаясь отъ одного соблазна, онъ естественно могъ подпадать другому, гораздо болѣе опасному. Ибо, конечно, религ³озная проповѣдь его имѣетъ болѣе притязательный, а постольку и горделивый, характеръ, нежели художественное творчество. Про эту сторону дѣятельности Толстого приходится сказать, что и онъ, велик³й, притязалъ здѣсь на большее, нежели имѣлъ и къ чему былъ призванъ. Но человѣческому суду не дано раздѣлять пшеницу отъ плевелъ въ душѣ ближняго, и? какъ бы ни была запутанна, сложна и противорѣчива личная психолог³я Толстого, а также и Гоголя, несомнѣннно, что въ качествѣ одного изъ основныхъ мотивовъ, хотя, конечно, отнюдь не единственнаго, въ ихъ литературной судьбѣ былъ аскетическ³й. И любопытно наблюдать, какъ съ годами у Толстого становится все замѣтнѣе стремлен³е въ литературной дѣятельности заслониться отъ индивидуальнаго творчества тѣмъ, что сверхъиндивидуально или безлично. Какъ извѣстно, послѣдн³е годы жизни его были посвящены составлен³ю сборниковъ изречен³й изъ разныхъ мыслителей, т.-е. собиран³ю преимущественно не своихъ, хотя и раздѣляемыхъ имъ мыслей: сначала это Кругъ Чтен³я, изъ котораго вторичной перегонкой извлекается Путь жизни, впервые выходящ³й только теперь посмертнымъ издан³емъ. Это каноническ³я книги толстовства, его библ³я и катехизисъ. Но въ литературномъ отношен³и это сплошная мозаика.
   Величественное зрѣлище самопожиран³я художественнаго ген³я исполнено непреходящаго религ³ознаго смысла. Но на этомъ пути аскезы, разъ вступилъ на него Толстой, по неумолимой логикѣ не предстояло-ли ему сдѣлать и послѣдн³й шагъ, который совершилъ, повидимому, Гоголь? не предстояло-ли ему, отрекшись отъ искусства, преодолѣть въ себѣ, наконецъ, и писателя вообще? Не приближался-ли Толстой въ концѣ своей долгой жизни къ послѣднимъ ея вершинамъ, когда молчан³е, уже одно только молчан³е, способно выражать тайну зрѣемаго и слышимаго почти на грани двухъ м³ровъ? Умолкнувш³й Толстой въ этой нѣмотѣ своей далъ бы потрясающее свидѣтельство свободы духа, и вмѣстѣ съ тѣмъ это, конечно, была бы для него высшая религ³озная побѣда надъ собою, окончательное отсѣчен³е той руки, которая дѣйствительно соблазняла его. И у него самого - я убѣжденъ въ этомъ - не могло не быть этого сознан³я. Но этой побѣды надъ собой ему не дано было одержать, онъ до послѣднихъ дней такъ и остался "писателемъ". Онъ не сломалъ своего пера, подобно Гоголю. Не помогъ ему въ этомъ и его "уходъ".
   Когда въ душѣ Толстого повелительно зазвучалъ, наконецъ, голосъ: transcende te ipsum, - превзойди себя, выйди изъ себя, - и онъ, внимая этому зову, рванулся изъ м³ра съ его соблазнами къ великой простотѣ и тишинѣ послѣдняго молчан³я, онъ самъ оставилъ необрѣзанной одну нить, которая, можетъ быть, всего крѣпче и привязывала его къ "м³ру", дѣлала его плѣнникомъ этого "м³ра". А потому, когда "м³ръ" погнался за нимъ, то онъ могъ найти его, держась именно за эту нить. И этой послѣдней нитью была не привязанность къ друзьямъ и семьѣ, естественная и трогательная, ибо надъ нею онъ уже одержалъ побѣду своимъ отъѣздомъ, и не старческая немощь, ибо она безсильна была погасить работу его духа, нѣтъ, это было непобѣжденное писательство, соблазнъ литературнаго учительства, тотъ самый, въ борьбѣ съ которымъ и былъ выдвинутъ весь арсеналъ опрощен³я. А эмпирически это была положенная въ карманъ неоконченная статья (кажется по поводу смертной казни), которую онъ потомъ корректировалъ или заканчивалъ въ Оптиной. Но именно это-то для полнаго освобожден³я ему и надо было оставить въ Ясной Полянѣ, на добычу "всего м³ра". Толстой, въ величайшую минуту жизни, слыша уже зовъ Бож³й, въ Оптиной пустыни диктуетъ статью, - это зрѣлище полно для меня глубокой грусти и не есть свидѣтельство духовной силы, но, скорѣе, слабости. Для тѣхъ, кто иначе понимаетъ весь процессъ духовнаго развит³я Толстого, въ этой вѣрности его своему труду при такихъ обстоятельствахъ видится, напротивъ, черта велич³я и силы. Друг³е, можетъ быть, посмотрятъ на это гораздо проще, какъ на средство отвлечься отъ страшной душевной боли привычной работой. Мнѣ же видится здѣсь символъ незавершившейся борьбы духа за свое освобожден³е. Такъ или иначе, но м³ръ догналъ своего плѣнника, а догнавъ - снова окружилъ его своимъ кольцомъ. Клѣтка захлопнулась, и началась астаповская агон³я... Занавѣсъ опускается. А то, что происходило за этимъ занавѣсомъ, въ эти послѣдн³е часы, вѣдомо одному Богу, такъ не будемъ же нецѣломудренной рукою его приподнимать.
   Излюбленной и часто повторяемой мыслью Толстого за послѣднее время, повидимому, была та, что, хотя религ³озный идеалъ вполнѣ и недостижимъ, но надо постоянно стремиться къ его достижен³ю, - мысль глубоко вѣрная и вполнѣ христ³анская. И именно при свѣтѣ ея и надо оцѣнивать духовную драму Толстого. Велѣн³е "отвергнуться себя" ради Бога, которое становится предъ всякой религ³озной совѣстью, для Толстого приняло, конечно, вполнѣ индивидуальную форму. Онъ услышалъ въ немъ призывъ отвергнуться себя, какъ художника и культурнаго человѣка, и глубок³е порывы его души, мучительныя усил³я воли внутренно определились такимъ образомъ понятымъ велѣн³емъ. И каковы бы ни были побѣды и поражен³я въ этой борьбѣ и ея конечный исходъ, - какъ путь, она ведетъ къ опредѣленной цѣли, полна глубокаго религ³ознаго смысла и понятна лишь въ свѣтѣ руководящей своей заповѣди. И можно сказать съ этой точки зрѣн³я, что задушевнѣйшее желан³е самого Толстого исполнилось, хотя и иначе, чѣмъ самъ онъ того хотѣлъ. Ему такъ и не удалось окончательно превзойти въ себѣ писателя и всецѣло перейти на путь религ³ознаго дѣйств³я. Но своей жизнью, освѣщаемой ослѣпительнымъ рефлекторомъ небывалой м³ровой славы, своей религ³озной драмой онъ далъ людямъ нѣчто болѣе захватывающее и поучительное, чѣмъ всѣ его велик³я художественныя произведен³я и всѣ его богословск³е трактаты, далъ - свою жизнь.

Сергѣй Булгаковъ.

  

Другие авторы
  • Петрищев Афанасий Борисович
  • Раич Семен Егорович
  • Бобров Семен Сергеевич
  • Дьяконов Михаил Алексеевич
  • Якубович Лукьян Андреевич
  • Энгельгардт Анна Николаевна
  • Семевский Михаил Иванович
  • Высоцкий Владимир А.
  • Сомов Орест Михайлович
  • Орлов Е. Н.
  • Другие произведения
  • Добролюбов Николай Александрович - Историческая библиотека
  • Трубецкой Евгений Николаевич - В. С. Соловьев и Л. М. Лопатин
  • Клычков Сергей Антонович - Георгий Клычков. Медвяный источник
  • Станкевич Николай Владимирович - Г. Г. Елизаветина. Н. В. Станкевич и его духовное наследие
  • Аладьин Егор Васильевич - Аладьин Е. В.: Биографическая справка
  • Щербина Николай Федорович - Письмо М. Н. Каткову
  • Полевой Ксенофонт Алексеевич - Ермак, трагедия в пяти действиях, в стихах, сочинение Алексея Хомякова
  • Аверченко Аркадий Тимофеевич - Волчьи ямы
  • Сомов Орест Михайлович - Обозрение Российской словесности за первую половину 1829 года
  • Дружинин Александр Васильевич - Дружинин А. В.: Биобиблиографическая справка
  • Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (24.11.2012)
    Просмотров: 277 | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Имя *:
    Email *:
    Код *:
    Форма входа