Главная » Книги

Некрасов Николай Алексеевич - Комментарии к поэмам 1855—1877 гг., Страница 6

Некрасов Николай Алексеевич - Комментарии к поэмам 1855—1877 гг.


1 2 3 4 5 6 7 8

75" и подпись: "***" (л. 95); под частью 2 - подпись карандашом: "Н. Некрасов" (л. 127); рукой Некрасова сделана помета для типографии против ст. 17-28 части 2: "Подвинуть назад" (л. 96).
   К черновой рукописи ЦГАЛИ примыкают шестнадцать листов, хранящихся в ГБЛ (ф. 195, п. 5753). Дата: "19-го мая" (л. 10) помогает установить время работы над "Песней об орошении".
   Наброски, заметки, перечни эпизодов частей 1 и 2 из рукописей ЦГАЛИ и ГБЛ выделены особо, так же как и стихотворные фрагменты из сводной и черновой рукописей ЦГАЛИ. В этих рукописных материалах находятся несколько важных эпизодов, которые поэт предполагал включить в поэму, а также упомянут ряд лиц, послуживших прототипами для отдельных ее персонажей см. об этом подробнее ниже).
   В отличие от большинства предыдущих собраний сочинений Некрасова (включая и ПСС) в настоящем издании "Современники" печатаются по тексту "Отечественных записок", а не "Последних песен", где, как уже отмечалось, поэма была опубликована со значительными исключениями.
   По свидетельству А. А. Буткевич, Некрасов, издавая "Последние песни", "выпустил из них все, что хотя сколько-нибудь могло быть поводом к столкновению с цензурой, относившейся к нему во время болезни крайне придирчиво. Он поместил только самые по его мнению, невинные, боясь, чтобы книга не подверглась аресту" (ЛН, т. 49-50, с. 174). Об этом же А. А. Буткевич писала С. И. Пономареву: "...брат, желая увидеть в печати свои "Последние песни", избегал всего, к чему могла бы придраться цензура" (ЛН, т. 53-54, с. 175).
   Особые заботы Некрасова о "цензурности" "Современников" вполне объяснимы. Сразу же после появления части 1 поэмы в "Отечественных записках" цензор Н. Лебедев заявил: "...стихотворения <...> под общим заглавием "Современники" <...> кажутся мне предосудительными в том отношении, что в них осмеиваются юбиляры, признанные правительством заслуживающими такого чествования, так как оно удостоило их арендами и другими наградами" (Гаркави А. М. Разыскания о Некрасове.- Учен. зап. Калинингр. гос. пед. ин-та, 1961, вып. 9, с. 58).
   Сцены из поэмы, опубликованные в "Отечественных записках", но исключенные из "Последних песен", были помещены в Ст 1879 (т. IV) в отделе "Приложения". А. А. Буткевич не была удовлетворена таким решением, считая его ошибочным. Она писала: "В следующем издании их следует восстановить в тексте (теперь они в примечаниях, это моя вина)" (ЛН, т. 49-50, с. 174). Действительно, в издании стихотворений Некрасова 1881 г. эта задача в какой-то мере была решена. Однако в последующих изданиях "Современники" снова печатались по тексту "Последних песен".
   Приведенные суждения сестры поэта А. А. Буткевич не оставляют сомнений в вынужденном характере тех изъятий, которые были сделаны Некрасовым при публикации поэмы в "Последних песнях". Правда, К. И. Чуковский и некоторые другие исследователи отстаивали авторитетность текста "Последних песен" по сравнению с журнальными публикациями. Так, Г. В. Краснов утверждал, что исключения, сделанные Некрасовым в тексте "Современников" еще при их публикации в "Отечественных записках", вызваны были заботой о "композиционном единстве" (Некрасов Н. А. Последние песни. М., 1974, с. 297). Известно, однако, что Некрасов специально отметил в журнале выпущенные сцены точками; как бы предупреждая читателей о вынужденном характере купюр. Это прекрасно понял М. Е. Салтыков-Щедрин, который писал Некрасову после прочтения части 1 поэмы: "Стихи отличные, только выпущенного жалко" (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 204).
   Г. В. Краснов полагал также, что дальнейшее сокращение текста "Современников" в "Последних песнях" было вызвано "в первую очередь творческими соображениями" (Некрасов Н. А. Последние песни, с. 297). Анализ текста не дает возможности принять эту точку зрения (восходящую к суждениям К. И. Чуковского): из "Последних песен" Некрасов исключил не относительно безобидные фрагменты, в которых речь шла о чествовании французской певицы в Петербурге или о гастрономических обедах, а именно те эпизоды ("залы" No 6, 9, 12), где говорилось о неимоверно тяжелой жизни народа в пореформенный период или содержались намеки на кровавое подавление крестьянских восстаний (см. ниже комментарии к соответствующим сценам).
   Таким образом, прямые указания А. А. Буткевич и самый характер исключенных эпизодов позволяют сделать вывод о том, что поэму следует печатать по тексту "Отечественных записок", а не "Последних песен".
   Текст "залы No 5" (часть 1), обозначенный в "Отечественных записках" No 5 и строкой точек, Некрасов, завершая публикацию "Современников", ввел в часть 2. И в настоящем издании соответствующие стихи (455-498) оставлены в части 2, а в части 1 указано лишь место "залы No 5" - точно таким же образом, как в "Отечественных записках".
   В ряде случаев, однако, источником поправок в тексте поэмы являются в настоящем издании "Последние песни". Так, учтена стилистическая правка в ст. 137, 607-618, 971 части 2 и ст. 355 Эпилога, осуществленная в этой последней публикации и частично восходящая к наборной рукописи. По тексту "Последних песен," восстановлены ст. 389-390 части 2. Примечание к ст. 249 части 2 дано по "Последним песням", а не по "Отечественным запискам", так как более обширный текст примечания в журнале был вызван четырехмесячным перерывом в публикации первой и второй частей "Современников". По этой же причине не воспроизводится указание Некрасова в "Отечественных записках" на место действия "Героев времени" (в "Последних песнях" оно отсутствует).
   План расположения "зал" в части 1 поэмы ("Юбиляры и триумфаторы") из сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 437-438) включает шестнадцать сцен:
  
   1. Администратор
   2. Литератор
   3. Гонитель литературы
   4. "Жюдисты"
   5. Новый губернатор
   6. Жид-процентщик - редактор
   7. Военный спор
   8. Сенаторы
   9. Агрономы
   10. Председатель Казенной палаты
   11. Заводчики
   12. Литераторы-гробовскрыватели
   13. Воины
   14. Полицейский сыщик
   15. Благотворители
   16. Гастрономы.
  
   Именно в таком порядке все эти эпизоды вошли в наборную рукопись. Незадолго до публикации части 1 в "Отечественных записках" Некрасов решил включить в окончательный текст еще одну сцену, сохранившуюся в сводной рукописи: речь идет об отрывке, начинающемся словами "Были вы вчера студенты..." (в черновом плане он не упомянут, поэтому особого названия у него нет). Этот эпизод Некрасов пометил No 15, он должен был идти за сценой "Полицейский сыщик". Таким образом, общее количество "зал" теперь равнялось семнадцати.
   Однако в процессе подготовки части 1 к печати Некрасов исключил "залу No 5" ("Новый губернатор") и заново перенумеровал все остальные эпизоды, уменьшая последовательно их номера на единицу. Сцена "Были вы вчера студенты..." получила No 14 (см.: Другие редакции и варианты, с. 477). Но так как этот "зал" не был скопирован в наборной рукописи (см. там же, с. 500), а все время оставался в сводной, то исследователи долгое время не могли решить, какой именно текст стоит за No 14 (как уже было сказано выше, при публикации части 1 поэмы в "Отечественных записках" текст после No 2, 5, 14 был заменен строками точек) В связи с этим возникло даже предположение об ошибке переписчика, который по оплошности просто пропустил No 14 в наборной рукописи, а Некрасов этой ошибки не заметил (ПССт 1967 т. III, с. 462). На самом же деле за No 14 стоит вполне определенный текст, сохранившийся, правда, не в наборной, а в сводной рукописи. Номера, поставленные Некрасовым перед этим отрывком ([15] 14), не оставляют сомнений в том, что именно он должен быть помещен в соответствующем месте "Юбиляров и триумфаторов". {С 1954 г. К. И. Чуковский включал сцену "Были вы вчера студенты..." в основной текст поэмы (Некрасов Н. А. Соч., т. II. М., 1954, с. 192-193 (Б-ка "Огонек"); Собр. соч. 1965-1967, т. III, с. 98-99). Хотя это решение не было им должным образом аргументировано, а место сцены было избрано произвольно, все же в принципе К. И. Чуковский был прав; критика же по этому поводу в его адрес была неосновательной (см.: Теплинский М. В. Творческая история поэмы Некрасова "Современники".- Некр. сб., II, с. 340-341).}
   Таким образом, изучение рукописей дает четкое представление о композиции части 1. По замыслу Некрасова "Юбиляры в триумфаторы" в окончательном варианте должны были состоять из следующих "зал":
  
   1. Администратор
   2. Литератор
   3. Гонитель литературы
   4. "Жюдисты"
   5. Жид-процентщик - редактор
   6. Военный спор
   7. Сенаторы
   8. Агрономы
   9. Председатель Казенной палаты
   10. Заводчики
   11. Литераторы-гробовскрыватели
   12. Воины
   13. Полицейский сыщик
   14. "Были вы вчера студенты..."
   15. Благотворители
   16. Гастрономы.
  
   По этому плану часть 1 поэмы печаталась в августовской книжке "Отечественных записок" за 1875 г., причем сцена, названная Некрасовым "Жид-процентщик - редактор" ("Неразлучной бродят парой..."), как уже указывалось, вошла в часть 2 поэмы. За одним этим исключением "Юбиляров и триумфаторов" необходимо печатать по плану Некрасова, включая и те "залы", которые в журнальной публикации были заменены точками. Это и сделано впервые в настоящем издании. {В последнее время только в ПССт 1967 "Современники" были напечатаны по тексту "Отечественных записок", а не "Последних песен". Однако "залы", выпущенные Некрасовым в журнале, не были восстановлены по рукописи и даже не были обозначены точками, как в "Отечественных записках". Эпизоды части 1 поэмы даны со сплошной нумерацией (No 1-13) по образцу "Последних песен", где тоже была сплошная нумерация (No 1-10). Решение это недостаточно последовательно и обоснованно.}
   Замысел поэмы возник у Некрасова в середине 1860-х гг. в связи с его работой над циклом так называемых "клубных" сатир. Последняя сатира этого цикла и новая поэма перекликаются даже названиями: "Недавнее время" - "Современники".
   В конце 1860-начале 1870-х гг. Некрасов собирал материал для своей поэмы. Этот материал составили личные наблюдения поэта над современной ему русской действительностью, многочисленные публикации в "Отечественных записках" и других органах русской прессы, книги, сведения, которые сообщали Некрасову его знакомые, близко знавшие мир "юбиляров и триумфаторов": член Совета Министерства путей сообщения, главный инспектор частных железных дорог в России А. И. Дельвиг (см. письмо Некрасова к А. А. Буткевич от 17 сентября 1869 г.), инженер А. Н. Браков, известный судебный деятель А. Ф. Кони, журналист А. С. Суворин и другие (см.: Теплинский М. В. Творческая история поэмы Некрасова "Современники", с. 302-309; Краснов Г. В. К истории создания поэмы "Современники".- О Некр., вып. IV, с. 116-120). Вполне вероятно, что для творческой истории поэмы Некрасова имела значение полемика, которую Н. К. Михайловский вел на страницах "Отечественных записок" с Ф. М. Достоевским. Резко возражая против реакционных тенденций, про явившихся в романе "Весы", Н. К. Михайловский писал, обращаясь к автору романа: "Как! Россия, этот бесноватый больной, вами изображаемый, перепоясывается железными дорогами, усыпается фабриками и банками,- и в вашем романе нет ни одной черты из этого мира! <...> В вашем романе нет беса национального обогащения, беса самого распространенного и менее всякого другого знающего границы добра и зла. <...> Вы не за тех бесов ухватились" (ОЗ, 1873, No 2, отд. II, с. 340). Поэма Некрасова была посвящена художественному отображению этих актуальных проблем, важность которых была подчеркнута "Отечественными записками".
   Непосредственно к работе над "Современниками" Некрасов приступил 5 мая 1875 г., как об этом свидетельствует помета в сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 438). Сначала, по замыслу поэта, часть 1 поэмы должна была состоять из "12 фигур", работу над которыми он закончил 14 июня 1875 г. (см. там же). Затем к "12 фигурам" прибавились новые эпизоды, наиболее острые в общественно-политическом отношении: "Сенаторы", "Новый губернатор", "Военный спор", "Председатель Казенной палаты". Произошло это, очевидно, после 14 июня 1875 г., так как в черновой рукописи нет даже набросков к этим сценам (см.: Прокшин В. Г. К творческой истории поэмы Н. А. Некрасова "Современники".- Учен. зап. Башкирок, гос. пед. ин-та, 1955, вып. V, сер. филолог., No 1, с. 30). Установив порядок Расположения всех шестнадцати "зал", Некрасов затем изменяет их последовательность.
   Первоначально не существовало деления поэмы на две части. После "12 фигур" в плане намечались и такие эпизоды (впоследствии вычеркнутые), как "Подрядчики", "Сам автор", "Герои времени". Судя по рукописям, чествование Шкурина (часть 2, ст. 13-95) и являлось главным содержанием сцены "Подрядчики"; далее должны были идти размышления автора ("Сам автор"), а "Герои времени" начинались со ст. 221, перед которым в рукописи был" поставлена цифра II. В сводной рукописи после шестнадцатой (последней) "залы" части 1 ("Гастрономы") было написано очередное заглавие "Зала No ", а затем текст "Производитель работ Акционерной компании...". Лишь впоследствии Некрасов в самом верху страницы вписывает "Часть вторая. Герои времени" и добавляет новый текст.
   Часть 2 поэмы композиционно отличается от части 1. Если в части 1 дан ряд сцен, связанных между собою лишь образом автора-наблюдателя, то в части 2 различные эпизоды образуют в общей сложности связное повествование, даже с намеченным сюжетом (история Зацепина). Это композиционное отличие объясняется тем, что в части 1 изображены представители различных социальных групп (сенаторы, заводчики и т. д.), а в части 2 действующие лица принадлежат в основном к одному и тому же плутократическому миру.
   Изучение рукописей показывает, что Некрасов сначала набрасывал ряд сцен, реплик, разговоров и т. п., а затем располагал их таким образом, чтобы получилась цельная картина, в достаточной степени характеризующая русское пореформенное общество 1870-х гг. Не случайна забота Некрасова о наиболее целесообразном расположении отдельных эпизодов поэмы.
   Напряженная работа над текстом "Современников" не прекращалась и после того, как была изготовлена наборная рукопись. В частности, пристальное внимание Некрасова привлекала бурлацкая песня. Лишь в наборной рукописи поэт вписывает ее название - "В гору!", создавая, таким образом, резкий контраст с карточной игрой "в горку", с помощью которой Савва Антихристов в самом конце "Современников" "утешил" Зацепина (эпизод с карточной игрой был намечен Некрасовым с самого начала его работы над поэмой).
   Принципиально важным явилось также решение Некрасова включить в основной текст сцену "Были вы вчера студенты...". Благодаря этой сцене в поэме острее зазвучала проблема молодого поколения. Попытки реакционных кругов отвлечь молодежь от актуальных вопросов современности разоблачались уже в "зале No 4" ("Жюдисты"). Теперь эта тема раскрывалась на злободневном политическом материале: Некрасов высмеивает "заигрывание" с молодежью царского самодержавия, тщетно стремившегося не допустить ее непосредственного участия в революционном движении. Можно также отметить определенную перекличку с этой сценой в "Эпилоге" поэмы (история сына Зацепина).
   "Современники" создавались Некрасовым в основном в мае-июле 1875 г. (последняя дата на сводной рукописи, как указывалось выше,- 9 июля 1875 г.). Однако работа над поэмой продолжалась и в последующие месяцы - в связи с ее подготовкой к печати. Так, например, в журнальном тексте части 2 "Современников" есть строки, отсутствующие в наборной рукописи, что свидетельствует о правке в корректуре (корректура поэмы не сохранилась). Так как No 1 "Отечественных записок" за 1876 г. вышел в свет 22 января (см.: Боград В. Э. Журнал "Отечественные записки". 1868-1884. Указатель содержания. М., 1971, с. 199), можно сделать вывод, что корректуру Некрасов правил в январе 1876 г.
   Работа по подготовке текста для публикации в "Последних песнях" сводилась, как уже было сказано, к значительным сокращениям в результате автоцензуры.
   Поэма "Современники" является крупнейшим сатирическим произведением Некрасова, образуя вместе с двумя другими его поэмами, созданными в 1860-1870-х гг. ("Русские женщины" и "Кому на Руси жить хорошо"), своеобразную трилогию, которая как бы подводит итог всему его поэтическому творчеству.
   "Современники" посвящены прежде всего разоблачению антинародной, разбойничьей сущности капитализма, несущего с собой новые формы угнетения и эксплуатации: "...старая патриархальная Россия,- писал В. И. Ленин,- после 1861 года стала быстро разрушаться под влиянием мирового капитализма. Крестьяне голодали, вымирали, разорялись, как никогда прежде, и бежали в города, забрасывая землю. Усиленно строились железные дороги, фабрики и заводы, благодаря "дешевому труду" разоренных крестьян. В России развивался крупный финансовый капитал, крупная торговля и промышленность" (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 20. Изд 5-е. М., 1961, с. 39).
   В основе части 1 поэмы ("Юбиляры и триумфаторы") лежит описание серии юбилейных торжеств, которые были тогда чрезвычайно распространены в России и происходили часто по самым незначительным поводам (см.: Теплинский М. В. Об идейной направленности сатиры Н. А. Некрасова 1870-х годов.- Учен. зап. Южно-Сахалинского гос. пед. ин-та, 1957, т. 1, с. 184-185). В том же номере "Отечественных записок", где появились "Юбиляры и триумфаторы", был опубликован рассказ М. Е. Салтыкова-Щедрина "Сон в летнюю ночь", дополняющий до известной степени поэму Некрасова. В критике тех лет высказывалось мнение, что Щедрин и Некрасов выступали только против юбилейной мании (БВ, 1875, 29 авг., No 237; СПбВ, 1875, 29 авг., No 229). 16 сентября 1875 г. Салтыков-Щедрин писал Некрасову об одном из критиков (А. М. Скабичевском): "Он очень серьезно думает, что я против страсти к юбилеям протестую - каков дурачина! <...> Точно так же Буренин, яко подлец, и вашим стихам придает ту же нелепую цель" (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 204).
   Разумеется, истинный смысл произведений Некрасова и Щедрина был иным. Некрасов, иронизируя по поводу бесчисленных юбилеев, резко разоблачал всевозможных "триумфаторов", грабящих и эксплуатирующих народ, время, "подлее которого не было". Высмеивал Некрасов и тех, кто стремился уйти от действительности в библиографию, гастрономию и т. п.
   В части 2 поэмы ("Герои времени") в центре внимания автора - члены одной могущественной корпорации, объединившейся для походов "на карманы благодушных россиян",- подрядчики, капиталисты, дельцы, банкиры, сановники, отличавшиеся повальным взяточничеством, интеллигенты, продавшиеся буржуазии. С гневным сарказмом пишет Некрасов о попытках дельцов грабить массы, маскируя свои подлинные стремления лживыми словами о "любви к народу" (образы Шкурина и Саввы Антихристова).
   Тема народа, внешне оставаясь в сатирической поэме на заднем плане, на самом деле определяет идейную направленность "Современников". Некрасов полностью разделял точку зрения Салтыкова-Щедрина, который писал в 1868 г.: "...единственно плодотворная почва для сатиры есть почва народная..." (Салтыков-Щедрин, т. IX, с. 246). Какие бы стороны русской жизни ни затрагивал Некрасов, мысль о народе не оставляет его ни на минуту; постоянные упоминания о жестоких наказаниях солдат ("зала" No 6), о голодном пахаре ("зала" No 8), о кровавом подавлении крестьянского восстания в с. Бездна ("зала" No 12) образуют рельефную картину, на фоне которой особенно омерзительны слова и дела "юбиляров и триумфаторов".
   В части 2 поэмы теме народа уделяется еще больше места и внимания. Автор судит "героев времени" с революционно-демократических позиций, резко противопоставляя якобы "гуманные" идеи буржуазных дельцов подлинным народным интересам: "И сказались барыши Лишней гривною в налоге С податной души". Идейным центром части 2 является бурлацкая песня "В гору!". Поэт разоблачает космополитическую сущность русских капиталистов. В поэме раскрыта идейная и деловая связь русского капитализма с западноевропейским и американским.
   Работая над "Современниками", Некрасов широко использовал конкретные факты, характеризующие русскую действительность середины 1870-х гг. В черновых рукописях встречаются имена фон Дервиза, Мекка, Овсянникова, Кокорева, Полякова. Кроме того, в поэме отразились некоторые факты деятельности Губонина, Варгунина, Варшавского и др. Все это были типичные представители русского капиталистического общества пореформенного периода, и именно поэтому Некрасов использует отдельные черты их биографий при создании образов главных действующих лиц своего произведения (хотя применительно к последним трудно говорить о наличии какого-либо одного определенного прототипа). Иначе обстоит дело с второстепенными персонажами. Здесь Некрасов порою сам подсказывает ту или иную параллель, используя созвучие фамилий, сходство биографий и т. д. П. А. Ефремов вспоминал, что у Некрасова он "видел экземпляр Стихотворений, в котором поэт собственноручно разметил, кого он имел в виду в "юбилярах" и "героях", выведенных в его сатире" (Докл. РБО, с. 11). Кроме того, в поэме, созданной на материале живой современности, есть прямые упоминания тех или ипых реально существовавших личностей.
   Поэма Некрасова "Современники" была встречена резко отрицательными отзывами либеральной и реакционной печати. Критики отвергали право поэта обращаться к сатирическому воспроизведению современной русской жизни. "Сама эта действительность,- писал П. И. Вейнберг,- не та, которая имеет право на внимание поэта..." (Пчела, 1876, No 4, с. 67). В. Г. Авсеенко назвал поэму "опереточным либретто", "подделкой под вкусы толкучего рынка" (РВ, 1876, No 2, с. 684-686). Стремясь принизить общественное и литературное значение сатиры Некрасова, многие критики утверждали, что в "Современниках" отражены лишь "частные случаи, фотографические портреты, выхваченные из обыденной общественной хроники и почти вовсе не переваренные в горниле искусства", и что "поэма построена на частных явлениях, не достигающих в изображении автора интересной для всех типичности" (В. М. Литературная летопись.- СПбВ, 1876, 31 янв., No 31). Об этом же писали С. С. Окрейц (Петербургский листок, dg76, 12 февр., No 31) и К. К. Арсеньев (BE, 1878, No 12, с. 501). Среди неблагоприятных отзывов критики отметим и выступление до, А. Антоновича в газете "Тифлисский вестник" (1876, 29 февр., No 47; см. также: Новые материалы к истории русской литературы и журналистики второй половины XIX в., т. II. Тбилиси, 1977, с. 94-105).
   Лишь в нескольких выступлениях была дана в определенной степени положительная оценка "Современников". А. М. Скабичевский, например, находил в поэме "краски мрачнее ювеналовских" (БВ, 1876, 30 янв., No 29). "Первое появление в свет "Современников" было целым событием, громадною литературного новостью",- отмечал А. Голубев (см.: Голубев А. Некрасов. СПб., 1878, с. 105).
   Наиболее глубокий и проницательный отзыв о поэме принадлежал Салтыкову-Щедрину, который в письме к Некрасову от 12 февраля 1876 г. писал: "...я могу, по первому впечатлению, сказать, что поэма поразила меня своею силою и правдою; например, картина Кокоревых <...> с искренним трагизмом поющих бурлацкую песню (превосходную), производит поразительное действие. Описание оргии, спичи и лежащая на всем фоне угрюмость - все это отлично задумано и отлично выполнено" (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 255).
   В идейно-художественном отношении "Современники" примыкают к антикапиталистическим сатирам Салтыкова-Щедрина, созданным в 1870-е гг. ("Благонамеренные речи", "Дневник провинциала в Петербурге" и др.). Некоторые мотивы поэмы отразились в его рассказе "Больное место" (1879).
   Сатирическая поэма Некрасова оказалась произведением, во многом поучительным и для советских поэтов. Известно, что Маяковский, прочитав "Современников", "не переставал удивляться своему сходству с Некрасовым" (Знамя, 1940, No 3, с. 166). В дни некрасовского юбилея в 1971 г. советский поэт Б. Слуцкий писал: "И сейчас, через сто лет после некрасовских "Современников", у нас нет таких ярких образов капиталистов. Губонин, Кокорев, Поляков, Путилов написаны конкретнее, убедительнее, чем у кого бы то ни было, злоба дня соединена с обстоятельным знанием" (ВЛ, 1971, No 11, с. 137).
  

Часть первая

  
   Ст. 3-4. "Бывали хуже времена, Но не было подлей" - неточная цитата из рассказа Н. Д. Хвощинской-Зайончковской (псевдоним - В. Крестовский) "Счастливые люди": "...бывали времена хуже - подлее не бывало" (ОЗ, 1874, No 4, с. 363). Ср. листок с двумя эпиграммами Некрасова - на И. И. Кауфмана (5 января 1875 г.) и И. К. Бабста (20 мая 1875 г.), на котором сверху рукою Некрасова карандашом вписано:
  
   "Бывали времена и хуже,
   Но не было подлей".
  
   Листок вклеен в экземпляр Ст 1874, т. III, ч. 6, хранящийся в ИРЛИ б (шифр: 18.1.2); воспроизведен в изд.: ЛН, т. 51-52, с. 523.
   Ст. 41. Дюссо - владелец известного ресторана в Петербурге.
   Зала No 1. - Судя по тексту, речь здесь идет о чествовании генерал-губернатора. Возможно, Некрасов имел в виду И. И. Фундуклея (1804-1880), бывшего долгое время киевским губернатором, а затем назначенного членом Государственного совета. В сводной рукописи ЦГАЛИ указывалось, что юбиляр из "залы No 1" был награжден орденом Андрея Первозванного (см.: Другие редакции и варианты, с. 472). В первой половине 1875 г. этой награды был удостоен только И. И. Фундуклей - в связи с шестидесятилетием со времени производства в первый классный чип (Г, 1875, 2 янв., No 2).
   Ст. 62. Аргус - в греческой мифологии стоокий великан, которому Гера приказала стеречь возлюбленную Зевса Ио, превращенную в корову.
   No 2. - По свидетельству П. А. Ефремова, Некрасов имел здесь в виду И. А. Гончарова (Докл. РБО, с. 11). Ироническое отношение Некрасова к Гончарову связано, по-видимому, с резко отрицательной оценкой на страницах No 9 "Отечественных записок" за 1869 г. романа "Обрыв" (см. статью М. Е. Салтыкова-Щедрина "Уличная философия" - Салтыков-Щедрин, т. IX, с. 61-95). Полемика, возникшая вокруг романа, очень болезненно переживалась Гончаровым, "...переживания и волнения автора "Обрыва" продолжались еще долгое время, что видно из статей и писем 70-х годов. Оп неоднократно, при всяком удобном случае, при обстоятельствах, мало-мальски идущих к делу, стремился объяснить свои творческие цели и намерения в романе", - пишет А. П. Рыбасов, автор примечаний в кн.: Гончаров И. А. Литературно-критические статьи и письма. Л., 1938, с. 364. В период создания поэмы "Современники" в газетах промелькнуло известие о готовящемся юбилее Гончарова; впрочем, это известие вскоре было опровергнуто (Г, 1875, 6 мая, No 124 и 13 мая, No 131).
   No 3. - В плане Некрасова юбиляр, которого чествуют в этом зале, назван "гонителем литературы" (см.: Другие редакции и варианты, с. 437). Это название, а также упоминание имени М. Л. Магницкого (1778-1855), известного мракобеса, одного из самых реакционных деятелей эпохи Александра I в области народного образования, помогают понять намек Некрасова на реакционеров 1870-х гг. во главе с тогдашним министром народного просвещения Д. А. Толстым (1823-1889). Именно Д. А. Толстой был одним из наиболее злобных "гонителей литературы" тех лет, что не раз отражалось на истории "Отечественных записок" (см.: Теплинский М. В. "Отечественные записки" (1868-1884). Южно-Сахалинск, 1966, с. 90). В связи с реакционными реформами Д. А. Толстого в области народного просвещения в прессе 1870-х гг. неоднократно вспоминалось имя Магницкого. Так, например, Н. А. Демерт, анализируя отчет инспектора одной из классических гимназий, писал, что "подробности этого отчета напоминают времена давно минувшие, времена Магницкого, как видно не совсем еще сделавшегося достоянием истории" (ОЗ, 1870, No 3, с. 119). Некрасов писал 30 июля 1872 г., что Д. А. Толстой "принадлежит к тем людям, которые, наделав мерзостей и глупостей всенародных, тем упорнее стоят за них и тем глубже в них погрязают, чем яснее обнаруживаются эти гадости на деле; нетерпимость его всё будет возрастать по мере того, как сознанию его будет уясняться непроходимая трущоба, в которую он зашел и завел воспитательное дело в России". В апреле 1875 г. (незадолго до начала работы Некрасова над поэмой "Современники") Д. А. Толстой был награжден алмазными знаками ордена Александра Невского, причем особо отмечались "стойкость и последовательность", которые он обнаружил, проводя учебную реформу (Гр, 1875, 27 апр., No 17, с. 394).
   Ст. 121-122. ((Крамольники лукавы, Рази - и не жалей!".- Намек на циркуляр, с которым министр народного просвещения 24 мая 1875 г. обратился к попечителям учебных округов и в котором предписывалось усилить борьбу с революционными настроениями в русском обществе (Г, 1875, 17 июня, No 166). См. ниже, с. 603-604, комментарий к "зале No 14".
   No 4.- В 1870-х гг. особой популярностью в Петербурге пользовалась Опера-Буфф, среди постоянных посетителей которой современники отмечали прежде всего "выживших из ума стариков" и представителей "хлыщеватой, тоже бедной мозгами, юности". Их целью было "поклонение красивым артисткам, в особенности ваезжим, и поднесение им подарков и букетов" (Незнакомец, с. 121). На сцене Оперы-Буфф с начала 1875 г. выступала парижская опереточная певица А. Жюдик (1850-1911). Прощальные концерты Жюдик состоялись в конце апреля 1875 г. Выла организована подписка для покупки ей драгоценных подарков. Певице преподнесли "стрелу с крупными брильянтами и сапфиром, пять брильянтовых звезд и великолепный брильянтовый браслет" (Г, 1875, 20 апр., No 108).
   Ст. 157. Кадеты - воспитанники кадетских корпусов, средних военно-учебных заведений.
   No 6. - Упоминаемые в этой сцене В. М. Аничков (1830- 1877), генерал-майор, состоявший при военном министре, и Д. С. Мордвинов (1830-1894), генерал-адъютант, начальник канцелярии военного министерства, были изобличены в систематическом получении взяток от мукомола-миллионера С. Т. Овсянникова, преданного в 1875 г. суду (см.: Дельвиг, с. 527, а также ниже, комментарий к ст. 133 Эпилога). Д. А. Милютин (1816-1912) - военный министр, чья деятельность по преобразованию русской армии вызывала резкую критику со стороны крайне реакционных кругов, уповавших прежде всего на палочную дисциплину.
   No 7. - Среди черновых записей Некрасова есть сценка, рассказывающая об одном из сенаторов, неспособном понять суть тех дел, с которыми ему приходилось сталкиваться. Возможно, эта запись, относящаяся к 1874 г., являлась черновым наброском к "Современникам":
   "Сенатор из дивиз<ионных> генерал<ов>.
   - Ну, что, сенатор, как новая служба?
   - Ничего, одно плохо. Ничего не понимаю, что секретарь читает.
   - А знаешь что? ты сам читай.
   Через четыре года.
   - Ну что?
   - Еще хуже"
   (ИРЛИ, ф. 203, No 42; Некр. сб., И, с. 305).
   No 8. - В специальной литературе 1860-1870-х гг. высказывались мнения о целесообразности такой меры, как выписывание скота из-за границы (см.: Бабин И. А. Сборник статей о скотоводстве. СПб., 1869). По убеждению других, "туземная порода наша одарена отнюдь не меньшей молочностью, как и все знаменитейшие европейские породы" (Кузанов М. А. О скотоводстве в России. СПб., 1864, с. 24). Споры о скотоводстве, сатирически воспроизводимые в поэме Некрасова, велись в то время, когда положение крестьянского хозяйства было катастрофическим: "Цены на скот предлагаются крестьянами самые ничтожные, лишь бы только сбыть животных с рук, но никто не решается покупать их, потому что кормить нечем. <...> Говорят, что если еще с неделю не сойдет с полей снег и не появится трава, то весь скот пропадет" (ОЗ, 1875, No 5, с. 155).
   Ст. 284-286. Председатель Казенной палаты ~ И директор.- Казенная палата - учреждение, находившееся в губернском городе и состоявшее в ведении Министерства финансов. В обязанности Казенной палаты входило наблюдение за поступлением государственных доходов, взыскание крестьянских "недоимок" и т. п. Собеседник председателя Казенной палаты - директор одного из департаментов Министерства финансов.
   No 10. - Вполне вероятно, что при создании данной сцены Некрасов воспользовался некоторыми фактами из биографии Н. И. Путилова, владельца больших заводов в Петербурге, в частности Путиловского завода (ныне - завод им. С. М. Кирова). Во время Крымской войны Путилов занимался строительством военных судов (Г, 1870, 16 июня, No 165). В дальнейшей деятельности он также был связан с морским министерством, изготовляя орудия для кораблей. Кроме того, на его заводах производились гранаты, снаряды, а также рельсы для железных дорог (см.: Заводы Н. И. Путилова. 1807-1870. СПб., 1870). Путилов послужил Некрасову прототипом образа Ладьина в части 2 поэмы (см. ниже, с. 612, комментарии к ст. 1171-1200). Путилов упомянут в черновых автографах ЦГАЛИ и ГБЛ (см.: Другие редакции и варианты, с. 436, 439).
   No 11. - П. А. Ефремов утверждал, что Зосим Ветхозаветный - это М. И. Семевский (Докл. РБО, с. 11). Действительно, в черновом автографе ЦГАЛИ вместо имени Ветхозаветного названа фамилия Семевского (см.: Другие редакции и варианты, с. 447). М. И. Семевский (1873-1892) - журналист, редактор "Русской старины", исторического и историко-литературного журнала, далекого от живых интересов современности. В "Отечественных записках" отмечалось, что "Русская старина" "по специальности своего назначения предпочитает говорить о мертвых" (1874, No 4, с. 389).
   Ст. 338. Отозвался и Тяпушкин...- В черновом автографе и сводной рукописи ЦГАЛИ вместо "Тяпушкин" написано "Слепушкин" (см.: Другие редакции и варианты, с. 447, 476). Ф. Н. Слепушкин (1783-1848) - поэт-самоучка, творчество которого отрицательно оценивалось Белинским, осуждавшим псевдонародность многих его стихотворений (Белинский, т. IV, с. 156-161).
   Ст. 341. Отыскал товарищ наш! - Из сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 476) становится ясно, что речь идет о Г. Н. Геннади (о нем см.: наст. изд., т. II, с.372-375, комментарий к стихотворению "Литературная травля, или Раздраженный библиограф").
   Ст. 386. Миша - М. Н. Лонгинов (о нем см.: наст. изд., т. I, с. 690-693, комментарий к стихотворению "Послание к Лонгинову"). В 1860-х гг. М. Н. Лонгинов перешел на ультрареакционные позиции, что особенно проявилось, когда он стал начальником Главного управления по делам печати (о его враждебном отношении к "Отечественным запискам" см.: Теплинский М. В. "Отечественные записки" (1861-1884), с. 88).
   Ст. 391-392. Позавидует Бартенев И Ефремов зашипит...- П. И. Бартенев (1829-1912) - библиограф и историк литературы, издатель журнала "Русский архив". П. А. Ефремов (1830-1907) - библиограф и историк литературы, сблизившийся с Некрасовым в середине 1870-х гг. Переписку Некрасова и Ефремова см.: ЛН, т. 51-52, с. 262-273. В "Последних песнях" Некрасов вместо Ефремова упомянул Семевского, считая, что тогда у Семевского не будет повода отожествлять себя с Ветхозаветным (Докл. РБО, с. 11).
   Ст. 393. Но заметку сам Тургенев...- В первой половине 1870-х гг. И. С. Тургенев неоднократно помещал в газете "С.-Петербургские ведомости" письма в редакцию и заметки, направленные в ряде случаев против "Отечественных записок" и Некрасова.
   Ст. 421. Ты не дрогнул перед бездной...- Намек на подавление крестьянского восстания в с. Бездна Казанской губернии в 1861 г. Руководил подавлением граф А. С. Апраксин (1817-1899). Н. А. Демерт на страницах "Отечественных записок" вспоминал: "Факт почти невероятный, но, однако же, верный: после безднинского "увечья", в ознаменование радости по этому случаю, крупные и именитые губернские землевладельцы устроили торжественный обед, говорили торжественные приличные случаю спичи, запивая их шампанским" (1869, No 9, с. 48).
   Ст. 422. Татарин - официант.
   No 13. - В период работы Некрасова над поэмой газеты сообщали о нескольких случаях колоссальных краж и прославляли ловкость, сметливость и энергию полиции, проявленные при поимке преступников. Так, 30 апреля 1875 г. в Московском купеческом банке по подложному чеку была получена крупная сумма; при посредстве агентов петербургской и московской полиции один из похитителей был задержан в Киеве. Для поимки другого похитителя были разосланы телеграммы с указанием его примет чуть ли не по всей Европе; русское посольство обратилось с просьбой о содействии к прусскому правительству; в заграничных газетах появились фотографии преступника и т. д. (Г, 1875, 18 мая, No 136).
   No 14. - Текст этой главки представляет собой пародию на циркуляр министра народного просвещения Д. А. Толстого попечителям учебных округов от 24 мая 1875 г., в котором говорилось: "...революционеры избрали оружием своей гнусной пропаганды то, что для каждого честного и просвещенного человека составляет предмет особой заботливости и охраны - юношество и школу. <...> Но, к сожалению <...> дети и юноши, вместо того чтобы найти в окружающей их среде и в своих семействах отпор преступным увлечениям и политическим фантазиям, встречают иногда, напротив того, ободрение и поддержку; только этим и можно объяснить распространение социалистических теорий, давно осужденных здравою наукой: в 37 губерниях, как обнаружило судебное исследование, некоторые отцы и матери подбивали к ним своих детей. <...> Пусть же наставники заменят в этом случае родителей - это их прямое призвание" (Г, 1875, 17 июня No 166).
   No 15.- В прессе 1870-х гг. неоднократно говорилось о том что благотворительные лотереи, часто устраиваемые в то время, были одним из способов эксплуатации народа: "Действуя на скопляющуюся при этих случаях огромную массу народа по преимуществу из низших классов, материально не обеспеченных и живущих трудом,- рабочих, ремесленников, поденщиков, прислуге, завлекая их вывеской выигрышей и особенно дешевизною билетов, которых выпускается громадное количество, без соображении с числом выигрышей, подобные лотереи-аллегри, устраиваемые, например, в Летнем саду в праздничные дни, разжигают страсти, выманивают у бедного люда последнюю трудовую копейку" (Г, 1875, 26 ноября, No 327). О некоторых излюбленных приемах организаторов подобных лотерей рассказывал А. С. Суворин: "...госпожи благотворительницы получили вкус к коровам, доить которые они не умеют, но доить посредством коров народ выучились. Нетрудная наука!" (Незнакомец, с. 283).
   No 16. - "В начале 1870-х гг. в Петербурге существовало какое-то гастрономическое общество. <...> Ставились даже баллы за кушанья и обеды" (Михайловский Н. К. Литературные воспоминания и современная смута, т. 1. СПб., 1900, с. 78-79).
  

Часть вторая

  
   Ст. 17. В группе директоров Шкурин сидит... - При создании этого образа Некрасов использовал некоторые факты из жизни и деятельности П. И. Губонина (1826? - 1894), сына крепостного крестьянина, ставшего впоследствии одним из крупнейших железнодорожных воротил (НВ, 1894, 2 окт., No 6679). Подобно Кокореву (см. ниже, комментарий к ст. 20), он демонстрировал свою "близость к народу" тем, что не расставался с купеческой длиннополой поддевкой и предпочитал "народную пищу". Внешнее народолюбие Губонина неоднократно разоблачалось в "Отечественных записках" (1873, No 1, с. 147-148; 1874, No 11, с. 224). В начале 1875 г. в газетах промелькнуло сообщение о том, что "государь император удостоил принять в Зимнем дворце статского советника Губонина, имевшего счастье преподнести его величеству альбом с фотографическими видами Севастопольской железной дороги". "Благодарю тебя за исполнение столь трудного предприятия",- сказал ему царь (БВ, 1875, 24 янв., No 22). О том, насколько неудовлетворительно была построена Севастопольская железная дорога, в том же году писали "Отечественные записки" (1875, No 4. с. 318).
   Ст. 20. Савва Антихристов - спич говорит.- В этом образе отразились некоторые факты биографии и деятельности В. А. Кокорева. О нем см.: наст. изд., т. II, с. 357, комментарий к стихотворению "Дружеская переписка Москвы с Петербургом". Негативная оценка Кокорева содержится также в стихотворениях "Что поделывает наша внутренняя гласность", "Литературная травля, или Раздраженный библиограф" (см. там же, с. 365, 374).
   В "Медвежьей охоте" Некрасов назвал его "откупщиком, кабачным гением". "Отечественные записки" с негодованием писали о лицемерии Кокорева (1870, No 8, с. 257). Салтыков-Щедрин обратил внимание на типичность образа Саввы Антихристова, назвав эпизод из части 2 поэмы, специально посвященный истории этого персонажа (ст. 1237-1272), картиной "Кокоревых" (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 255). Кокорев упомянут и в черновом автографе ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 432).
   Ст. 30. Алтын - старинная трехкопеечная серебряная монета.

Категория: Книги | Добавил: Anul_Karapetyan (24.11.2012)
Просмотров: 234 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа